Украли солнце
Шрифт:
Он медлит. И всё-таки решается: нажимает кнопку со стрелкой вниз.
Бесшумно лифт опускается. Мгновение, и дверца распахнулась.
И, точно, он очутился на улице, около машины. И шофёра нет.
Глава вторая
— Джулиан Клепик!
Он вздрогнул. Обернулся. Перед ним Влад. Тот, кто убежал из детприёмника, кто слушал его и проводил сюда. Но почему он торчит здесь, голодный, замёрзший?
— Я так и знал, ты попробуешь удрать от
Джулиан доверчиво поспешил следом.
Окна Гелиного дома на страже: не моргая следят за ним. Он боится оглянуться, в каждом — дуло, нацеленное на него. Но здесь у него спасением — отогревшаяся рука в цыпках!
Заблуждаться нечего, Геля должна была заманить и передать его Властителю. А Властитель собирался убить его! Ерунда! Решил использовать его для уничтожения оппозиции! Это пострашнее, чем просто убить: Властитель уверен, что он способен стать предателем! Джулиан остановился, и парень, оторвавшись от него, пролетел вперёд, чуть не упал, вернулся и удивлённо спросил простуженным голосом:
— Что случилось?
— Нет, нет, ничего, бежим! Извини! — Они побежали снова.
Зачем же заманивать его в сети женщины? У Властителя было много возможностей убить его, силой переправить наверх. Здесь что-то не то.
А список расстрелянных графов… пять одинаковых фамилий, выгравированных слепящими буквами… его родные!
Он никак не мог связать оборванные нити, но страх, что парализовал его в Гелиной квартире, пропал, ноги окрепли, и он смог оглядеться. Тёмные дома переходят один в другой, стены — сплошняком, без щелей, через которые можно было бы сбежать с улицы в глубь дворов. Ни души. Комендантский час в действии. Они с Владом — одни в мире. И живые лишь они, серый пот на стенах и окна друг против друга, как глаза слепцов.
Пусть до смерти час или минута, пусть через шаг, через улицу настигнет его Властитель, а сейчас он бежит.
И вдруг Влад остановился, Джулиан чуть не сшиб его с ног.
— Ты что? — спросил.
— Ты совсем задохнулся, отдышись.
Оглянулся — Гелиного дома не видно.
Ему жарко. Ему легко.
— Бежим, со мной всё в порядке.
Пустырь. Улица. Ещё улица. Пусть Влад кружит по городу, кому как не беспризорному знать все тайные ходы и выходы: наверняка укроет его от всевидящего ока Властителя.
И, словно услышав его, Влад остановился. Наклонился и открыл люк.
— Спускайся осторожно, — сказал.
— Куда ты ведёшь меня?
— К матери.
— У тебя есть мать? Почему же ты был в детприёмнике?
— У всех нас есть мать! Но, когда я попал в детприёмник, я ещё не знал, что у меня есть мать. Здорово удрали. Теперь не найдут. Идём, что ли? — За руку повёл его Влад по ступенькам вниз. Спускался очень
На него пахнуло влажным воздухом. Ещё через десяток ступенек лицо покрылось моросью, стало труднее дышать. Угольная чернота заливает всё вокруг.
— Не хочешь ещё раз подышать? — спросил Влад.
— Не понимаю.
— Я думаю, тебе придётся остаться здесь. Ты не подчинился Самому!
В горячке он ни о чём таком не подумал, а ведь в самом деле как вернёшься в квартиру, которую дал Властитель?!
— Ладно, потом решишь?! Идём.
— Что же, твоя мать живёт под землёй? — Джулиан продолжал стоять.
— И твоя! Давай руку! — Влад двинулся вниз.
Лестница кончилась. Они идут и идут.
Похоже, он бывал уже здесь, с Конкордией! А может, и не здесь. Тогда тоже было темно. Сырость висит у лица, срывается струями воды, дышать тяжело.
Но, чем дольше идут, тем воздух становится чище. Чернота рассеивается — вдали мерцает свет.
На языке вертятся вопросы, но почему-то ему спокойно, словно, наконец, добрался до безопасного дома.
Всё больше огней. Люди что-то делают. Перебрасываются непонятными фразами с Владимом, на него смотрят с любопытством, улыбаются ему, здороваются. И он здоровается в ответ.
— Они тянут сюда коммуникации, будут строить и здесь жильё, — объясняет Влад.
Ещё сто метров, и он попадает в ярко освещённый коридор, а по бокам распахнуты двери в комнаты. Шкаф, стол, кровать.
— Здесь живут наши, — говорит Влад и приводит его в просторный зал. — Наш театр! — Сцена с бордовым занавесом. — Здесь мы ставим спектакли, поём, танцуем. Ну, чего так смотришь? Думал, тащу тебя в подземелье? Я привёл тебя в город Солнца. Я вместе с матерью строил этот город. Ну, спроси, что ты хочешь спросить?
— И сколько здесь живёт людей? — заикается Джулиан.
— Четыреста тридцать два всех возрастов. У нас школа, институт, в котором нам выдают дипломы.
— А ты… на кого учишься? — он едва складывает слова.
— Я буду учителем, кем же ещё? Как мать. — И Влад засмеялся.
— А как зовут твою мать?
— И твою… Идём же! Она заждалась тебя! — И он потянул Джулиана по светлому коридору с распахнутыми дверями. — Ну вот, наше солнце!
Джулиан зажмурился.
Яркий диск над головой. В самом деле слепит как солнце. И от него лучи. Не успел рассмотреть солнце, его обступили дети.
— А ты тоже пришёл к нашей маме? Ты тоже будешь с нами жить?
— Тебя тоже Владим спас?
— А что ты сделал такое, за что тебя — сюда?! Хочешь, я отведу тебя к нашей маме? Она успокоит тебя.
— Идём, мы тебе покажем, как у нас растут грибы!
— У нас есть токарные станки и сверлильные, нас учат всё делать!