Угли "Embers"
Шрифт:
Из всех приемов командования, которым он пытался обучить своего племянника, почему именно этот должен был прижиться?
— Ничего такого, о чем тебе стоило бы волноваться, — наконец сказал Джет без улыбки. — Она, её брат и тот пацан… Ты куда больший реалист, чем она когда-либо сможет стать. — Он фыркнул. — Как будто Народ Огня недостаточно навредил Южному Полюсу. Может быть, поэтому они спустили им всё с рук.
Глаза Айро широко распахнулись, и он не удержался от того, чтобы кинуть на Зуко взгляд. Тот сидел очень-очень
«Катара».
Это мог быть другой покоритель воды. Но из Южного Племени, с братом? Он сомневался, что так далеко на юге мог найтись ещё один покоритель воды после того, как Морские Вороны проделали свою мясницкую работу.
Если этот юноша смог вызвать гнев той юной леди, то ему за многое нужно было ответить.
«То же самое можно сказать и о моем племяннике».
Нет, это было несправедливо. Поиски принца Зуко заставляли его сражаться с покорительницей воды до тех пор, пока она защищала Аватара. Этот молодой человек, заявивший, что он сражается за свободу — что, скорее всего, означало против Народа Огня — что именно он мог натворить?
«Что бы это ни было, Зуко прав. Нам лучше держаться подальше от этого мальчика».
***
Утро. При таком количестве людей было невозможно найти место для тренировки ката. Но было достаточно туманно, чтобы Зуко мог притвориться, будто он один. Юноша стоял на носу корабля и тренировал дыхание. «Вдох, и выдох. Вдох. И выдох».
Он потерял контроль над дыханием в битве с Азулой, в тот ужасный день, когда она пыталась заманить его в цепи обещанием отцовского прощения. Потерял дыхание, потерял контроль, проиграл битву.
«Я не допущу этого снова».
Он не мог работать над стойкой. Не мог тренировать ката даже без огня, потому что вокруг было полно чужих глаз. Но он мог дышать.
Точнее, мог бы, если бы одно харизматичное недоразумение не пыталось подобраться к нему со спины, со стороны пострадавшего глаза.
«Ты хочешь, чтобы люди верили тебе, но гораздо больше ты хочешь быть главным. Поэтому ты не можешь удержаться от того, чтобы лишний раз не ткнуть в больное место в мелочах, которые, как ты думаешь, люди не замечают. И я готов поспорить, что многие не замечают. Я готов поспорить, что твоя маленькая шайка считает тебя чистым золотом. Я готов поспорить, что Катаре ты тоже нравился, пока не выкинул какую-то глупость.
Азула сожрала бы тебя на завтрак».
— Знаешь, как только я увидел твой шрам, я сразу понял, кто ты.
«О, черт».
Он сохранил голову, когда Дух Океана пытался его утопить. Он не станет паниковать сейчас.
Вдох, и он с опаской посмотрел на Джета.
— Ты такой же изгой, как и мы, — продолжал Джет, стоя рядом с ним. — И мы, изгои, должны держаться вместе. Мы должны прикрывать друг другу спины, потому что никто больше этого не сделает.
Предложение, столь же очевидное, как завернутый в шелк кинжал.
«Присоединись
Проклятье, мы с дядей не придумали, что делать, если кто-то захочет, чтобы мы остались».
— На борту есть лекарь?
Кричал один из членов экипажа. Он крепко держал покрытого потом беженца. При взгляде на мечи-крюки Джета, его глаза прищурились.
«Что ещё?»
— Пожалуйста! — выпалил беженец, обращаясь к палубе, покрытой туманом и усыпанной людьми, большая часть из которых ещё спала. — Моя жена… так много крови… есть хоть кто-нибудь?..
Забыв про Джета, Зуко кинулся за своим набором.
***
«… от меня пахнет кровью».
Уставший Зуко сидел возле пациентки, пока её муж обнимал и целовал свою всё ещё бледную жену, поливая её потоками слез.
— Убедитесь, что она выпьет столько воды, сколько захочет, — сказал он флегматичной седовласой тетушке, сидевшей рядом с ним. — Чай был бы лучше. Воду обязательно кипятить. Ей стало плохо от вчерашней бурды. Это не имело бы значения, не будь у неё… — он повел рукой в воздухе, но не знал нужных слов.
— Разрывов после родов, — кивнула головой тетушка, качая на руках спеленатого младенца, который проспал всё это время. — Три недели назад. Я думала, она поправилась. — Её лицо скривилось. — Она клялась, что поправилась.
— Свежее мясо, — устало продолжил Зуко. — Рыба, если вы уверены в её свежести. Я исцелил её, но надо восполнить количество крови. — Он нахмурился. Он что-то забыл, точно.
— Соль, — твердо сказал дядя Айро, появившись в его поле зрения. — Её кровь и так достаточно жидкая. Если соли недостаточно, кормление младенца только усугубит положение. — Он улыбнулся и протянул ему дымящуюся чашку. — Кажется, она не единственная, кому это пойдет на пользу.
— Мпф? — выдавил Зуко, незаметно для себя выпив половину. Сладко, и чуточка соли. Где дядя их раздобыл?
— Мы вошли в док, — Айро по-прежнему улыбался, но его глаза метнулись по направлению к трапу. — И, кажется, я привлек излишнее внимание.
«… Проклятье».
***
— Мы не из Туманного Болота!
— Ну конечно нет, господин Ли, — сухо произнесла таможенница, проштамповав их бумаги таким количеством красных чернил, что им было впору закровоточить. — Как никто и никогда.
Городской стражник Хьёдзин наблюдал, как пожилой джентльмен — Муши, если информация, полученная Амаей из определенных источников, была верна — что-то прошептал на ухо разъяренному подростку, и подавил смешок. Судя по вспышке озорства на добродушном лице, это скорее всего было «смирись с этим, Ли». Не совсем стандартная реакция для беженца из Царства Земли… Но вполне понятная, принимая во внимание то, кем они были на самом деле. Беженцам Амаи всегда было, что рассказать. Эти двое выглядели гораздо интереснее, чем большинство.