Угли "Embers"

Vathara

Попытка встать… была ошибкой.

Когда мир почернел, он почувствовал, как Широнг подхватил его, услышал ругательства Амаи.

– Генерал? – голос Тэруко исчезал, как и всё остальное. – Я знаю, что я обещала ему, но, думаю, вам стоит подождать, прежде чем рассказывать ему про Кузона…

***

– Он прав? – Амая посмотрела через плечо, её синие глаза были круглыми в свете лампы в их каюте. – Неужели кто-то посмеет убить Хозяина Огня? Это вообще возможно? Он же обладает верностью ваших людей.

Айро прекратил расчесывать её волосы.

–

Это возможно, - ответил он и вновь принялся водить щеткой по волосам. – Отказ от верности убивает не моментально, есть время на отчаянные действия. – Он замешкался. «Нет, скажи ей правду». – И связи верности не так прямолинейны, как связи Племени Воды с семьей, деревней и племенем. Они связывают вас в определенном порядке, так? Пакку не всегда был прям в своих ответах.

Она вздрогнула.

– Ты знаешь Мастера Пакку?

– Он отличил меня тем, что заморозил, да, - усмехнулся Айро. – Это одна из причин, почему я отрабатывал дыхание огня.

– Мастер Пакку хочет вернуть равновесие в мир? – голос Амаи упал. – А я так плохо думала о нем все эти годы.

– Возможно, - благоразумно ответил Айро. – С другой стороны, именно он обучал Катару.

– Хм-м.

– Верность в первую очередь привязывает ребенка к родителям, - продолжил Айро.
– Эта связь начинает ослабевать около тринадцати лет и замещается ответственностью взрослого человека. Она не разрушается, если ребенок решит оставаться верным. Так делают многие. Зуко – ответственный и благородный молодой человек, поэтому он остался связанным, ибо Озай был его отцом, главой его клана, лордом столичного владения и Хозяином Огня.

– Главой клана? – Амая повернулась так, чтобы он мог расчесать особо упрямые пряди. – Мейшанг говорит, что Тингжэ – глава Вэнов.

Поистине шок и сюрприз. Земли и огонь, связанные вместе? Разве это вообще может сработать?

– Да, - согласился Айро. – Как глава клана, он обладает верностью своей жены, детей и своего брата, Широнга. Когда дети Широнга станут старше тринадцати, их первая верность будет принадлежать Тингжэ, потому что он – старшая ветвь клана. Только если – и это единственный случай – не станет ясно, что главная семья погибнет, не оставив наследников. Живая ветвь получает верность, вымирающий род – нет.

Амая замерла под его руками.

– Значит, когда погиб Лу Тен…

– Мой брат слишком поспешил и рассердил нашего отца, - признался Айро. – Но он был в своем праве. Если у меня не было наследника, и я бы никого не усыновил, тогда его род становился живой ветвью клана. – Он вздохнул. – Но он рассердил Азулона, и это затянуло удавку на нашей семье. Потому что, хоть Озай и был верен нашему отцу, Урса не была.

Амая подняла руку, чтобы остановить расчесывание, очевидно, обдумывая сказанное.

– Она была верна своим детям, мужу и своим родителям…

– Но хотя леди Котонэ и заставила себя поклониться Драконьему Трону, ее верность не распространялась на её дочь, - кивнул головой Айро.

Амая поморщилась.

– Неудивительно, что он так сердится.

– Он

часто злится, - вздохнул Айро. – Но я надеялся, что он перерастет это…

– Айро. – Целительница посмотрела на него ровным взглядом. – Ты был единственным из его клана, кто не предавал его. А теперь он знает, что ты ему лгал.

Правда. К несчастью.

– Ради нашего народа…

– Ради всего мира, - поправила его Амая. – Если бы ради вашего народа, он бы понял.

Плечи Айро опустились.

– Я пытался научить его заботиться о мире.

– Тот шрам сжег не только его плоть, - напомнила ему Амая. – Он сражался, чтобы переживать о тебе, а потом о нас, а потом за всех наших людей в Ба Синг Се. Он пытается вернуть в мир покорение воздуха. – Она развела руками. – Чего ещё ты можешь от него просить?

Айро печально улыбнулся, думая о собственных неосознанных амбициях.

– Полагаю, я хотел сына, который во всем следовал бы за мной по пятам. Но Зуко никогда не привлекало Пай Шо.

– У тебя получилось бы, если бы не вмешались духи, - согласилась Амая. – Не думаю, что хоть один убийца смог бы пробраться мимо тебя. – Ей пришлось сделать паузу и успокоить дыхание. – Я знаю, что ваши люди на этом корабле не такие, но то, что Зуко так легко подумал об этом…

– Может, дело не только в Зуко, - признался Айро. – Зная то, что я знаю сейчас, у меня есть свои подозрения по поводу смерти Кузона. – Он печально фыркнул. – Я должен был понять раньше. Воистину, погиб во сне.

Смахнув с глаз выбившиеся пряди, Амая бросила на него косой взгляд.

– Даже в Народе Огня такое должно случаться с кем-то.

– Часто так и есть, - согласился Айро. – Ему было девяносто семь, пусть он и выглядел таким же бодрым, как мужчины вдвое младше. Но слабеющий лорд едет домой, чтобы успеть позаботиться о своих людях и убедиться, что ими будут хорошо управлять после его смерти. И всё же Кузон умер в Шу Джинге. – Он криво улыбнулся. – Это не так далеко от Бьякко, как остров Киоши от Ба Синг Се, но и не сильно ближе.

– Кузон. – Амая нахмурилась и протянула руки для успокаивающего объятия. – Скажи мне, Айро, с чем мы имеем дело?

***

– Кузон из Бьякко. – Мечи к мечам, Шидан сдерживал обоих островитян. Его глаза были прищурены, а губы плотно сжаты. – Мой тесть и мой лучший друг.

«Ладно, - подумала Саолуань, пытаясь перевести дыхание, пока сталь скрежетала о сталь. – Этот парень точно не человек».

Она не переживала насчет экипажа, работающего на «Нами но Кизу». С ними обращались как с почетными, пусть и немного странными гостями на протяжении всего путешествия вверх по реке, даже когда она и Лангшу гоняли Шидана по палубе острыми заточенными предметами, чтобы немного спустить пар. Ей не на что было жаловаться, кроме того факта, что разговаривать с Шиданом… ну. Это как разговаривать с тем, кто не совсем вписывается в окружение других ходящих на двух ногах. И вопросы «почему ты делаешь это, ни слова не говоря мне, что это всё дело рук духов» тут совершенно неуместны.