Угли "Embers"
Шрифт:
— Он хочет причинять боль, — мрачно объяснил Айро, отступая к племяннику и дрожащей женщине. — У него трусливое сердце, а мы можем себя защитить… Племянник, нет!
Слишком поздно. Зуко уже вскочил на незаседланную спину Асахи и устремился к ранчо, следуя за полным издевки смехом.
***
«Не знаю, зачем я это делаю. Я думал, что моя семья испорчена, но эти люди! Они заслуживают всего, что камуи сделает с ними».
Только дух на этом не успокоится. Зуко знал это. Мор животных уже распространился с ранчо на ни в чем неповинные
«Этого не будет».
Асахи неслась, как темный ветер. Наверное, Пинг очень любила её.
«Ты ведь пыталась вырваться, правда, Пинг? Ты сражалась с ним. С собственным отцом. Хотел бы я быть настолько храбрым».
Разгневанные обитатели ранчо высыпали на улицу с фонарями и пиками в руках.
— Ты! — прорычал Шо. — Чего это ты забрался на мою лошадь? Вор!
— Камуи, идиот! — рявкнул Зуко, пытаясь отследить движение земляного холмика. «Там!»
Прямо перед ним. Мечами не достать. Земля вспучилась…
«Прости, дядя».
Зуко ударил по воздуху, и вырвавшееся пламя отбросило духа от намеченной цели. Асахи протестующее заверещала, прыгнув в сторону… Что оказалось очень кстати, поскольку пика Шо ударила туда, где они только что стояли.
— Покоритель огня!
— Моровой дух, ты, камнеголовый идиот! — Зуко соскочил с Асахи и крутанул клинки так, чтобы перехватить вопящую пасть. — Ты действительно больше хочешь драться со мной, чем с этим?
Судя по количеству направленных на него пик, они хотели именно этого.
Сейчас не время осторожничать.
Земля была твердой, укорененной, упорной. Именно так они его и атаковали, жаля острыми концами пик, словно шипами, широко распахнув остекленевшие глаза, словно одной их воли достаточно, чтобы отгородиться от враждебного духа.
Твердые. Упрямые. Предсказуемые. Он в точности видел, куда бить, чтобы оставить их беззащитными…
Одно движение тела покорительницы воды, и его копейщики были заперты во льду…
Вспоминая тот плавный маневр, Зуко отскочил в сторону, на дюйм уклонившись от ударов. Пики воткнулись в потусторонний мех… и отскочили, словно дух состоял из стали.
«Что за?..»
— Умри, маленький дракон!
Камуи прыгнул на него в вихре зубов, когтей и ненависти…
Но он уже сражался с ветром. Он сражался с Аватаром. Эта тварь ему и в подметки не годилась.
«Не дай ему коснуться себя».
Одним лезвием он направил на духа огонь, чтобы сбить с ног. Лезвие-близнец тем временем рубануло пространство за его спиной, наконечники пик железным градом посыпались на землю. Он сделал сальто, перелетев через перила ранчо, ударил пылающей пяткой по сухим деревянным планкам и прожег их насквозь, чтобы успеть перехватить вновь зарывшегося в землю духа.
Удивительно, как этот жуткий вопль отозвался музыкой в его ушах.
Ещё один вопль боли, на сей раз человеческий, за которым последовал поток грязных ругательств.
— Чертова сучья курица!
Ах, Асахи снова укусила
Земля под дырой с опаленными краями вновь пошевелилась — камуи вновь пытался зарыться в землю.
«Ни. За. Что!»
Зуко вскинул руки, насыщая и без того пылающий огонь яростью, болью и предательством. Огонь взревел, сжирая дерево как промасленную бумагу, закручиваясь, по мере того, как юноша разводил в стороны руки, в огненный шторм, буравящий землю… Вонзающийся в землю. Поглощающий её в раскаленной добела ярости.
«Этот лабиринт пролегает не только по поверхности, дух!»
Вопль камуи становился всё пронзительней и пронзительней, царапая его уши, как крики сверчковой мыши… и вдруг оборвался, сменившись оглушающей тишиной. Тонкий серый дымок поднимался над пламенем и таял на ветру.
— Всё кончено, племянник.
Зуко покачнулся, невыразимо благодарный за твердую руку, сжимавшую его плечо. Всё болело, и мир время от времени непонятным образом серел.
— Дядя, ты в по…
Стонущие обитатели ранчо были раскиданы по земле у него за спиной, словно опавшие листья. По крайней мере одна обезглавленная пика была вторично расколота небрежным ударом ладони. И Асахи стояла над Шо и шипела.
Голодный и вымотанный, Зуко широко улыбнулся.
Дядя покашлял в кулак, его глаза задорно блестели.
— Думаю, нам лучше уйти.
— МОЙ ДОМ!
— И быстро, — сухо добавил Айро.
Зуко отошел назад, только сейчас заметив пылающее здание. Крыша дома уже обваливалась внутрь, пламя перекинулось на ближайший забор, даже земля выгорела, когда пламя прожигало её. Поморщившись, Зуко поднял руку…
— Пусть горит.
Зуко сглотнул, отправив дао в ножны.
— Дядя?
— Огонь очищает. Если город их не осудит… Думаю, этого наказания хватит.
Зуко состроил гримасу и посмотрел на дорогу. Фонари, факелы, блеск железа и стали…
— Они могут с тобой не согласиться.
— О, духи, — пробормотал дядя Айро.
«Они вооружены, — подумал Зуко. — У них свежие силы, свежее, чем наши, в любом случае. И мы не хотим причинять им боль».
Придя к решению, он свистнул. Асахи вскинула голову и подбежала к нему. Поймав поводья, Зуко взглянул на дядю. Айро посмотрел на страусовую лошадь. Посмотрел на полуоглушенных обитателей ранчо и потрясенную госпожу Лин. Посмотрел на ревущий огонь и тяжело вздохнул.
Оставив дядю обшаривать конюшню в поисках седла, Зуко побежал за вещами.
Вскоре он сидел на оседланной Асахи с дядей за спиной.
— Куда мы едем, племянник?
— Куда угодно, лишь бы отсюда.
***
«Мне надо было выражаться точнее».
Он должен был знать наперед. В самом деле. У них были рыболовные крючки, бечевка, наживка. И, разумеется, они оказались в сухой пустыне, где было мало воды и ещё меньше рыбы. Не говоря уже о городе полном испуганных гражданских и кучки громил, маскирующихся под городскую стражу.