Ударные
Шрифт:
— Какой милашка, — игриво сказала Монтерфаль указавшему в ее сторону бойцу.
— Хорошо, тогда перейдем к сути. Ты принес их?
Фельдмаршал был не из тех, кто любит много поболтать о пустых вещах. Боец также хотел покончить со всем поскорей, поэтому поставил синий куб на стол и скрестил руки.
— С документами накладка вышла. Но если выкрасть незарегистрированный терминал с допуском выше сержанта, то удастся прочесть этот голокуб.
— А почему ты просто не дашь нам свой, хм? — поинтересовалась девушка, закурив сигарету через
— Я уже говорил раньше, что не буду ничего красть у своих. Это создаст ненужное внимание к моему отряду, и тогда вы лишитесь информатора в Отвергнутых. По этой же причине можете забыть о моем терминале.
— Даже если удастся выкрасть терминал с нужным уровнем допуска, мы все равно не сможем прочесть ваш язык, — фельдмаршал выглядел слегка разочарованным. — Документы вы смогли бы перевести и здесь, а вот с терминалом вы нам уже не поможете. Когда ваш отряд отправляется в Минаику?
— Сегодня утром. Но перед этим мне придется где-то достать свиток с темной магией исцеления. Иначе с этим, — боец указал на дыру в своем лбу, — меня повяжут прямо в казарме.
— Уверен, вы справитесь. Не смею задерживать.
Фельдмаршал явно дал понять бойцу, что не желает больше видеть его здесь. Пусть тот и был ценным информатором, но предателей не любят нигде.
Раньше старый солдат даже выражал ударным свое уважение. Он ценил тот факт, что среди них нет предателей и что все они безгранично преданы своим хозяевам. Когда же он встретил данного индивида, все уважение к этому виду пропало начисто.
Бойцу было нечего добавить. Он и сам не питал теплых чувств к фельдмаршалу, да и оставаться рядом с ним было рискованно. Если девушку и старика еще могут спутать с обычными людьми, то ударный, который по какой-то причине ошивается с гражданскими, уже не отделается простым допросом.
До утра у него еще остались дела. Лейтенант, обнаруживший бойца, не мог записать серийный номер с его черепа, ибо тот оказался прострелен. Ему лишь нужно восстановиться, и тогда никаких доказательств его причастности к краже голокуба не останется.
Есть лишь одно «но».
Когда ноги предателя встали в метре от двери, внутрь вкатилось странное устройство, состоящее из двух полусфер и капсулы со светящейся жидкостью.
— Кх?! Ложись! — инстинктивно прокричал он в момент взрыва.
— Ах!
Комната заполнилась ярким светом, который мог заставить человека ослепнуть на долгое время. Фельдмаршал и Монтерфаль опрокинули стол набок и скрылись за ним, а боец встал за дверью.
В ту секунду предатель с ужасом осознал свое положение. Хоть он был уверен, что за ним не следили, но его все-таки смогли найти.
До недавнего времени он сам был верным членом гильдии, а потому стал очень ценным шпионом. Он знал все лазейки в системе управления, пользовался своим званием и, конечно же, притворялся одним из слуг создателей. Никто не мог заподозрить его, потому что подобных
Тогда это вселило в предателя ложную уверенность в собственной непобедимости. Он уже успел забыть, насколько меняется отношение Отвергнутых, когда речь касается врагов гильдии. Ударные готовы горы свернуть, но добиться победы ради торжества гильдии и создателей.
И сейчас этим врагом был сам предатель.
Когда свет наконец угас, в комнату вбежали два солдата, но на лестнице слышались шаги еще нескольких ударных. Однако они были заглушены криком одного из гвардейцев.
— Всем оставаться на местах! Вы, за столом, живо вышли с поднятыми руками!
Гвардеец сделал предупредительный выстрел в пол рядом с тем местом, где сидели старик и девушка.
И фельдмаршал, и Монтерфаль были умелыми магами, но они выполнили приказ и сделали в точности, как сказал гвардеец.
Однако они не собирались сдаваться.
— Стой, должен быть третий! Где предха-а…
Когда второй боец заподозрил неладное, сбоку раздался выстрел. Пуля прошла через тонкую часть брони и пробила кристалл жизни. Гвардеец погиб мгновенно.
— Ч-черт! Гха-а-а!
Первый гвардеец развернулся и даже успел выстрелить в сторону нападавшего, но вмешался фельдмаршал. Боец и понять ничего не успел, как кто-то уже вырвал кристалл жизни из его груди. Последним, что он увидел перед смертью, был череп предателя.
Боец, убивший гвардейца, вжался в стену и с дрожащими огоньками в глазницах смотрел на труп брата. Он действовал инстинктивно и лишь устранил угрозу. Но у него возникло чувство, будто это ему в кристалл попала пуля. Хотя стрелявший в него гвардеец лишь проделал пару дыр в стене.
— Похоже, и нам пора бежать. Младший лейтенант, идите сюда, если хотите жить.
Фельдмаршал без особого энтузиазма подозвал ударного к себе. Отойдя от шока, тот уже побежал в его сторону, но…
— Не уйдешь, предатель! — из двери выбежал Верс и приставил ствол пистолета прямо к груди ударного.
Вместе с ним забежал еще один гвардеец и Лаки. Все трое сейчас навели оружие на каждого члена собрания, дабы те не смогли уйти.
— Хм. Не повезло, — с досадой сказал фельдмаршал.
— Т-ты же?.. — едва увидев лицо старика, Верс тут же вспомнил его.
Именно этот человек был в канализации, когда люди из подпольного сопротивления пленили там Дрозда и Моржа. Хоть он появился всего на мгновение, но его лицо лейтенанту не забыть никогда. Через дрон Верс не смог его увидеть, потому что старик сидел спиной к окну. Но сейчас сомнений быть не могло.
Человек перед ним — тот, о ком ему рассказывал Сэдэо. Генералы видели его в Радаике вместе с отрядом преихских солдат. Лейтенант еще тогда сделал вывод, что фельдмаршал как-то связан с объединением патриотов. С теми, кто ответственен за хищение строительного оборудования и пропажу ударных.