Удар новичка
Шрифт:
Мне нравилась Глория. Ее шелковистые волосы были коротко подстрижены. Личико можно было назвать даже хорошеньким.
— Дорогой, я жду тебя уже несколько часов. Боюсь, что я выпила весь твой бар.
— Хорошо. Дай мне то, что еще осталось в бутылке и ложись в постель. Только лежи тихонько. Я еще должен окончить кое-какие свои дела.
Я подошел к телефону и набрал номер Вестал. Пока я ждал, когда меня соединят с ней, Глория покопалась в шкафу и из дюжины рубашек выбрала красную, которую сама
— Ради бога, только не эту. Ты в ней похожа на пожарника.
Она хитро посмотрела на меня через плечо.
— А именно поэтому я ее и выбрала. Я хочу сегодня быть пожарником.
В трубке прозвучал голос:
— Резиденция мисс Шелли.
— Это мистер Винтерз. Соедините меня с мисс Шелли.
— Минуточку, сэр.
В ожидании я проводил Глорию взглядом, когда она направлялась в ванную, но тут в трубке щелкнуло и прозвучал голос мисс Доллан.
— Я вас слушаю, мистер Винтерз.
— Я просил к телефону мисс Шелли.
— Извините, но она ушла к себе.
— Я не могу поговорить с нею немного?
— Боюсь, что нет.
— Жаль. Но ничего не поделаешь. Передайте ей, что я звонил. Я хотел только узнать, как она себя чувствует.
— Я передам ей.
— Спасибо. — Я помолчал немного, а потом добавил: — О, мисс Доллан, я еще не поблагодарил вас за...
Последовали гудки. Второй раз она бросала трубку. Я тоже положил свою и выпил немного виски. Мисс Доллан начинала интересовать меня. Глория появилась из ванной комнаты в ярко-красной ночной рубашке.
— Ты звонил Вестал Шелли? — поинтересовалась она, вытягиваясь на кровати.
— Да, — ответил я, набирая номер Внекстоуна.
— Это ее ты взял на бокс вместо меня?
— Да.
В трубке отозвался Внекстоун.
— Это Чад. Слушай, Ронни, ты можешь продолжать. Я договорился насчет четверти миллиона и завтра открываю специальный счет на имя Вестал Шелли в «Вестерн-Калифорния-банк». Пускай эти деньги в оборот и обеспечь мисс Шелли ежемесячную прибыль. Мы один раз можем дать потерять двадцать тысяч, но если мы потеряем больше, то она заберет эти деньги.
— Я не допущу потери и в пять тысяч. Я буду обращаться со счетом мисс Шелли, как со своим собственным. Я думаю, что мы с тобой неплохо заработаем на этом деле.
— И вот еще что, — продолжал я. — Ты будешь давать мне отчет о том, что сделал и что собираешься делать каждый понедельник.
— Хорошо.
— Начинай завтра же. Когда тебе будут нужны деньги, скажешь мне.
— О’кей! Остальное я все беру на себя, Чад!
Когда я положил трубку, Глория промурлыкала:
— Чад, дорогой!
Я вздохнул.
— Я совсем забыл о тебе. Что ты хочешь?
Глория сидела на кровати с напряженным выражением на личике. Она часто моргала своими
— Ты сказал, что у тебя есть четверть миллиона?
Иногда Глория бывала надоедливой, но у нее имелось одно хорошее качество: она умела, когда надо, молчать. Мне вдруг захотелось поговорить с кем-нибудь о Вестал.
— С тех пор, как ты была здесь в последний раз, я успел стать советником мисс Шелли по экономическим вопросам. Если мне повезет, то я смогу неплохо заработать на этом деле.
— Я слышала, что она ужасно жестокая, — сказала Глория, откидываясь назад.
— Это так, — согласился я непринужденно. — Но мне кажется, что мои мужские достоинства очаровали ее. Сегодня она чуть было не соблазнила меня.
Глори приподнялась, чтобы посмотреть на меня.
— Ты, конечно, шутишь?
— Почему же? Вовсе нет. Я сделал все, чтобы сдержать ее порыв. Если бы она не была так похожа на обезьяну, то, возможно, я уже почил бы на ее шелковом ложе. Но, к счастью, я устоял.
— Почему же, глупец? — воскликнула Глория. — Я всегда считала, что в твоей очаровательной голове все-таки есть мозги.
Я так удивился, что чуть не выронил стакан.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Если бы мужчина, владеющий миллионами, попытался соблазнить меня, то я не стала бы останавливать его, даже если бы у него была деревянная нога и вставные зубы. Я знаю, что такое деньги! Ты скажешь, что она худышка, ну и что? Между прочим, сколько она стоит?
— Точно не знаю. Но по крайней мере, не менее семидесяти миллионов. А, может быть, и больше.
— Ух! Семьдесят миллионов! Ты сказал, что уговорил ее на четверть миллиона?
— Да. А что в этом плохого? Подвинься, я хочу лечь.
— Подожди. Давай еще поговорим. Этот вопрос меня очень заинтересовал. — Глория встала и принялась расхаживать по комнате. — Что же все-таки случилось сегодня вечером? Расскажи мне подробнее.
Я рассказал ей о матче боксеров, о реакции Вестал, о том, что произошло в полутемной комнате и как Вестал сбежала от меня.
Глория сидела на краю стола, обхватив руками колени. Она слушала очень внимательно, не перебивая меня.
— Это ты ей только что звонил?
— Я не мог уговорить ее секретаря соединить меня с ней.
— Просто ты не очень старался.
— Нет, я старался. Я просил передать ей о моем звонке.
— Просил передать! О, господи! Когда ты, наконец, поймешь, что для девушек этого мало? Необходимо давать ей более убедительные доказательства. Что-нибудь трогательное... Пошли ей цветы. Букет фиалок, например...
— Ты думаешь, что это хорошая идея, а я вовсе так не думаю. Она подумает, что физически привлекает меня, я же меньше всего хочу этого.