Учиться верить
Шрифт:
— Что ему нужно?
— Отцу? Он хочет, чтобы я вернулась домой.
Дейв на мгновенье остановился и затем тихо, словно не желая разбудить других, спросил:
— Ну, и что ты думаешь?
— Пока ничего не думаю. Я еще не решила. — Она улыбнулась. — Утро вечера мудренее. Спокойной ночи. До завтра.
Но уснула она не скоро. Все думала и думала о том, что делать: возвращаться в Англию или остаться здесь? Единственное, в чем она была уверена, — это в том, что никогда не будет жить в одном доме с женщиной, на которой так необдуманно женился
Лин вспомнила разговор с Морганом и удивилась, почему он уверен, что она обязательно поедет с ним в Англию. Он говорил об этом так, словно у нее нет выхода. А почувствовав ее колебания, он начал давить на нее. Ее мнение его не интересует. Да, собственно, почему оно должно его волновать? Просто еще одна посылка, которую следует доставить в Англию. Лин, любимый ребенок заботливых родителей, сейчас чувствовала себя никому не нужной. И ей это не нравилось. Наивно полагая, что своим бегством заставит родителей помириться, она думала, что они будут обеспокоены ее судьбой, но результат, судя по всему, оказался прямо противоположным. А того, чего ожидала в кибуце, она тоже не нашла. Глубоко подавленная, она наконец уснула.
Занятия в школе кибуца начинались рано утром, и Лин едва не опоздала. Под глазами у нее были темные круги, и она никак не могла сосредоточиться. Ученики не преминули этим воспользоваться, так что ей даже пришлось призвать их к порядку. Выходя из школы, она ожидала увидеть Моргана, но его не было, и вместо облегчения она вдруг почувствовала разочарование. Перед занятиями она не успела позавтракать и потому направилась прямо в столовую.
Увидев под зонтиком Моргана с Амосом, Лин хотела было проскочить мимо незамеченной, но, поняв, что это глупо, решила пройти с высоко поднятой головой. Когда же сообразила, что они ее сразу увидели, то даже порадовалась своему решению. Кивнув с преувеличенной бодростью, она произнесла:
— Доброе утро.
Амос жестом пригласил ее за столик, и она с неудовольствием подчинилась.
— Я как раз собиралась перекусить.
Морган встал.
— Я принесу. Что вы хотите?
— Кофе и сандвич. Спасибо.
Он преднамеренно оставил ее наедине с Амосом, который тут же заявил, что, по его мнению, ей лучше уехать из кибуца.
— Но почему? — запротестовала Лин. — Я нормально работаю, разве не так?
— Мы здесь даем не просто работу. Мы даем возможность начать новую жизнь. Но ты отличаешься от нас, Лин. И в глубине души ты сама это понимаешь.
Она опустила глаза на свои лежащие на коленях руки.
— Боюсь, это правда.
— Тебе нужно было время, чтобы прийти в себя, и мы тебе его дали, — твердо продолжал Амос. — Но теперь пора домой, там решать проблемы.
— Это Морган Френч попросил вас сказать
— Ну, мы договорились… — начал было Амос.
Но Лин наклонилась вперед и не дала ему докончить.
— Какое право имеете вы оба решать что-либо за меня?
— Никакого, — согласился Амос. — Если не считать того, что мы старше и, может, чуточку мудрее тебя, а ты, кажется, сама не знаешь, чего хочешь. — Он дотронулся до ее руки. — Возвращайся домой, Лин. Только дома ты сможешь быть по-настоящему счастлива. — Лин ничего не ответила, и он встал. — Прежде чем уедешь, не забудь зайти попрощаться.
Когда Морган принес ей кофе и сандвич, Амоса уже не было. Лин смотрела в стол, изо всех сил стараясь сдержать слезы.
— Кофе и сандвич с сыром, — сказал он. — Этого достаточно?
Она вдруг разозлилась и уставилась на него горящими глазами.
— Вам ведь все равно! — горько воскликнула она. — Вы так спешите побыстрее вернуться домой, что договорились о том, чтобы меня просто вышвырнули из кибуца! — Морган и не собирался отрицать этого, он просто смотрел на нее прищуренными глазами. — Неужели вы не могли дать мне пару дней на размышление?
— А зачем? — коротко спросил он. — Вы вернетесь со мной в Англию, и вы это знаете.
— Нет, не знаю! — воскликнула Лин, чуть не взвизгнув, и вскочила на ноги.
Морган схватил ее за запястье.
— Ну же, Лин, будь умницей. Кибуц вовсе не для тебя. Какой смысл тянуть здесь до бесконечности? Ты же прекрасно понимаешь, что рано или поздно уедешь отсюда. Так что поехали сейчас.
— Мне бы хотелось иметь привилегию самой принимать решения, — все еще возмущаясь, съязвила она, и ее серые глаза потемнели, как грозовые тучи.
Морган коротко рассмеялся.
— Эту привилегию надо заслужить, — сказал он и тут же нетерпеливо добавил: — Садись и пей кофе.
Лин огляделась и, поняв, что на них уже смотрят, с неохотой подчинилась. Она была сердита, но что она могла поделать?
— Когда вы уезжаете? — спросила Лин.
— Сколько тебе понадобится времени, чтобы собраться?
Лин уставилась на него широко открытыми глазами, только сейчас осознав, что ее жизни в кибуце неожиданно пришел конец. Она отвернулась и подняла чашку, но рука у нее так дрожала, что пришлось взять чашку обеими руками.
— Вы всегда столь… столь деспотичны? — спросила она.
Морган приподнял бровь.
— По мере необходимости.
Насмешка, прозвучавшая в его голосе, навела Лин на мысль, что она его просто ненавидит. Она так сильно сжала чашку, что костяшки пальцев побелели. Поставив чашку на стол, она резко встала.
— Я буду готова через час. Встретимся около административного здания.
И, не удостоив его взглядом, пошла прочь.
Когда ровно через час «роллс-ройс» остановился у здания администрации, Лин была уже там. Почувствовав ее настроение, Морган молчал до тех пор, пока они не выехали из кибуца. Наконец она сказал: