Учитель-психопат
Шрифт:
Спустя час работы он решил передохнуть и включил телевизор. Шла передача «Поле чудес». Якубович принимал в подарок от бородатого участника игры бутыль не то с самогоном, не то с брагой. Ведущий попросил рюмки в студию и, выпив с игроками, закричал от восторга, обнаружив, что барабан прекратил вращение на секторе «приз». Готова передернуло. Он переключил канал, наткнулся на «концерт» и, раздраженно нажав кнопу «Power», вернулся к паззлам.
Процентов сорок мозаики было собрано, остальные
Он нервничал и сопел. Вставал, ходил по комнате, рвал на голове волосы, снова садился, но элементы мозаики все равно не подходили друг к другу.
Готов отыскал записную книжку и набрал номер владельца головоломки:
— Але, добрый вечер. Квартира Штенниковых? Это Рудольф Вениаминович, классный руководитель. Позовите, пожалуйста, Антона.
— Это я, — ответил Штенников.
— Антон, привет. Слушай, я вот по какому делу… не получается у меня собрать.
— Кого?
— Паззлы. Я все перепробовал. Парусник получился, берег с пальмами тоже… вода получилась, а небо не получается. Но это же невозможно. Здесь миллион комбинаций. Я все перепробовал. Может, производители ошиблись или брак подсунули. Ты сам эту картинку собирал?
— Да, собирал, и Кулаев тоже собирал. Не знаю, почему у Вас не получается.
— Странно, — сказал Готов и повесил трубку.
Учитель принял решение попробовать еще. Он постарался успокоиться, привести в порядок мысли, сделал глубокий вдох и начал.
В течение получаса Готов изо всех сил сохраняя хладнокровие, передвигал паззлы по полу. Но рано или поздно терпению приходит конец.
В отчаянии разрушив собранное, Готов рвал элементы мозаики. Раздирал на части коробку. Злился и ругался, поминая недобрым словом всех, кого знал и кого не знал: от учеников до руководства школы, от рабочих до интеллигенции, от рядовых граждан до правительства. Сложив клочки картона на совок, Готов бросил их в ванную и поджег.
Учитель душем смыл пепел и позвонил Штенникову:
— Антон, это ты? Они никак не собираются. Все перепробовал. Идиотская игра. Я ее сжег. Да не ной ты… завтра тебе такую же куплю. Даже лучше. В понедельник принесу. Все, пока.
В понедельник Готов вручил Штенникову Антону коробку с новыми паззлами. На крышке в качестве оригинала красовалась картина Малевича «Черный квадрат». И никакого неба.
Свет погас
Утро. В классе погас свет. В соседних со школой домах тоже. Школьники обрадованно загалдели:
—
— Темнота — друг молодежи.
— У меня Шишкина под партой. Ха-ха!
— Сейчас включат, авария, наверно.
Учитель издал длинный звук «у», чтобы все смолкли, и объяснил:
— Электричество еще долго не включат. Это, так называемое, веерное отключение. Но вы ошибаетесь, если думаете, что урока не будет. Я могу читать по памяти.
— Что такое веерное отключение? — спросили из темноты.
— Веерное отключение — это отключение веером.
— Как понять веером?
— Так и понимай, веером и все. В стране электричества катастрофически не хватает, а число потребителей растет в геометрической прогрессии. Понимаете? Как лампочка: чем больше комната, тем больше лампочке необходимо энергии, чтобы осветить ее.
— Какая разница? Лампочка, она и есть лампочка, — мудро заметил голос из темноты. — Насколько ватт рассчитана, так и будет светить.
— Дурак!
— Не согласен.
— Не согласен, значит, баран упертый. Ты не знаешь, а я знаю, лампочка в комнате наматывает больше, чем на кухне, потому что площадь комнаты больше.
Ответа не последовало.
Темнота давит на человека, поэтому ученики разговаривали в полголоса. Готов на ощупь вышел в коридор, тихонько открыл дверь соседнего кабинета и на цыпочках вошел.
В классе ученики, в основном девушки, просили рассказать Кольцову о себе. Молодая аспирантка еще не привыкла ощущать себя взрослой среди школьников и, смеясь, отвечала на вопросы. В кромешной тьме присутствия Готова никто не заметил. Учитель сел на корточки, дабы свет фар проезжающих машин не обнаружил его.
— Ольга Семеновна, Вы замужем? — спросили ученицы.
— Нет пока, — веселым голосом ответила Кольцова.
— Собираетесь?
— Может быть, летом.
— А кто жених?
— Какие вы любопытные. Все вам расскажи.
— Расскажите! Интересно же! — загалдели девчонки.
— Не скажу. Секрет, — смеялась Кольцова.
Готов гуськом пробрался поближе к аспирантке. Он жадно вдыхал ноздрями ее запах. Упивался затейливой мелодией скрипа стула, на котором она сидела.
— Вы собираетесь диссертацию писать? — спросили ученики.
— Нет, наверно. Пока, по крайне мере…
— Почему?
— Сейчас это очень дорого стоит. За свой счет придется приглашать профессоров. В других членов комиссии деньги вкладывать. Много нюансов. Сейчас бесплатно ничего не делается. Даже диссертация не защищается. И потом, я еще не решила, нужно мне это или нет…
— А сколько денег надо для этого?
— Не знаю… Думаю, тысяч сто.