Убийство-2
Шрифт:
Вибеке еще спала. Пока Лунд делала себе кофе с бутербродом, позвонил Странге.
— Его зовут Абдель Хуссейн Кодмани. Вдовец. Марокканец.
Она перешла в гостевую комнату. Там еще оставалась кое-какая одежда двухлетней давности: футболки, джинсы и свитера с Фарерских островов, которые она так любила. Глядя на них сейчас, она никак не могла вспомнить, почему не взяла их с собой в Гедсер.
Странге перечислял все подробности, добытые за ночь:
— В Копенгагене Кодмани шестнадцать лет. Это он обслуживал
«Об этом я и сама догадалась», — подумала Лунд.
Всего пару лет назад эти свитера что-то значили. Обещали жизнь, которой у нее никогда не будет на сельских просторах Швеции с Бенгтом Рослингом, где ей пришлось бы притворяться той, кем она не была.
Лунд выбрала один плотный свитер толстой вязки. Но не почувствовала себя в нем комфортно — еще нет. Слишком много воспоминаний. Поэтому она заменила его на простой красный и влезла в чистые джинсы. Они оказались ей впору, то есть Гедсер на самом деле не изменил ее.
— Выясняется, что Кодмани работал под разными именами.
— В полицию уже были приводы?
— Ни разу. В школе говорят, что он хороший отец. Очень дотошно относится к учебной программе своих детей. А здешние мусульмане считают его слегка чокнутым.
Лунд молчала.
— О чем вы думаете? — спросил Странге.
— С чего вы взяли, что я думаю?
— Это я уже научился различать.
— Просто я подумала… если ты внедряешь террористическую ячейку, то разве поставишь во главе нее чокнутого?
— Хм, ну да, — произнес Странге без особой убежденности. — Так, это были хорошие новости, а вот плохие: с нами хочет встретиться шеф службы безопасности. Он страшно зол. Они уже давно присматриваются к Кодмани. Мы его забрали, а они как раз ждали прибытия какой-то крупной рыбы.
— Откуда нам было знать?
— Сами спросите у них. Мы должны быть там в девять.
И на этом разговор закончился.
Вошла Вибеке. Она уже не выглядела так приветливо, как днем ранее.
— Только не говори, что собираешься ночевать в гостинице.
— Я не хочу тебе мешать. Не знаю, когда приду вечером…
— Ты мне не помешаешь.
Занимался солнечный, бледный день. Улица, на которой жила Вибеке, шла вдоль линии железной дороги, ведущей в Рюванген и затем в Минделунден. То есть в каком-то смысле дело об убийстве казалось местным, близким событием.
— Тебе лучше взять запасной ключ. Я почти все время провожу у Бьорна. Нам с тобой еще надо обсудить субботу.
Лунд собрала сумку, надела куртку.
— А что в субботу?
Вибеке возмущенно воззрилась на дочь:
— Я выхожу замуж. Ты еще помнишь об этом?
— Конечно помню, — солгала Лунд. — Я хотела сказать… что обсуждать про субботу?
— Приезжают родственники Бьорна. Нас будет около тридцати человек. Пока помню, надо дать
Она подошла к столу и отыскала в ящике ключ на короткой ленте.
— У тебя будет время пообедать с нами? Я бы хотела, чтобы ты поближе узнала Бьорна. Он чудесный. Такой добрый и забавный.
Лунд взяла обычную резинку для волос, кое-как стянула волосы на затылке, даже не взглянув в зеркало.
— Я бы очень хотела с вами пообедать. Но только не сегодня. Я буду занята. И еще я бы хотела увидеться с Марком.
— Но ведь тебе все равно надо когда-то есть! — Вибеке сделала глубокий вдох. — У Бьорна есть очень приятный друг. Он гораздо младше его. Было бы замечательно, если бы ты познакомилась с ним.
Лунд молча натягивала сапоги.
— Ну что ж, — произнесла Вибеке удрученно. — Можно будет сделать это в другой день.
С улицы раздался автомобильный гудок. Лунд выглянула в окно. Внизу, возле скамеек перед подъездом, стоял черный автомобиль Странге. Сам он стоял у водительской дверцы и через опущенное окно нажимал на сигнал рукой. Майер сделал бы так же, невольно подумала Лунд.
— Мне пора, — сказала она матери. — И я обязательно пообедаю с тобой и Бьорном. Когда-нибудь.
Вибеке стояла у окна.
— Кто этот мужчина?
— Ключ, мама.
— Ой. — Она протянула дочери ключ. — Сара, я видела новости. Я знаю, что не могу расспрашивать тебя…
— Не можешь.
— Я же сказала, что знаю это!
Лунд никогда не умела справляться в подобных случаях, но не догадывалась, что и матери они давались совсем не легко.
— Не беспокойся за меня, — сказала она и прикоснулась к руке Вибеке на мгновение.
На совещании с Эриком Кёнигом в Управлении полиции Брикс почти все время молчал. Властный шеф службы безопасности пришел с намерением заставить полицейских почувствовать себя виноватыми и ничтожными.
— Вы поставили под угрозу срыва операцию, которую мы готовили не один месяц, — провозгласил Кёниг, барабаня по столешнице аккуратно подстриженными ногтями.
— Мы проводили оперативные действия. Нам пришлось реагировать на ситуацию, — сказал Странге.
— Нам ваши действия нанесли непоправимый вред.
— Если вы следили за ним не один месяц, то почему не знали о том, что произойдет? — спросила Лунд.
Шеф службы безопасности не ответил.
— Или никакой слежки не было? — настаивала она.
— Послушайте, я не собираюсь обсуждать с вами дела, касающиеся национальной безопасности. Вы занимайтесь своей работой, а мы будем делать свою. И не мешайте нам.
Странге начинал злиться:
— Не пытайтесь свалить на нас вину. У нас два трупа в морге. Что нам было делать? Сидеть сложа руки в ожидании, пока вы соизволите сказать нам хоть что-нибудь?