Убийца Гора
Шрифт:
Из-за столов последовали громкие комментарии этого известного всем случая.
Стоящую на коленях Клаудию держали два охранника, её руки были крепко связаны за спиной, по лицу девушки разливалась смертельная бледность.
— Я долго искал, — продолжал делиться впечатлениями Кернус, — пока мне не удалось найти эту девицу.
Мне вспомнилось, как на кухне — кажется, это было несколько месяцев назад, хотя прошло всего два-три дня, — я увидел одну
— Я купил её, — произнес Кернус.
Присутствующие ответили одобрительными возгласами.
Клаудия Хинрабия казалась совершенно оцепеневшей и охваченной ужасом настолько, что неспособна была даже пошевелиться.
Из кухни вслед за посланным за ней охранником появилась девушка; это была та самая, которой я несколько дней назад, когда меня схватили, предложил бутыль паги.
Не только нос, но и уши её были отрезаны. Раньше она, вероятно, была очень недурна собой.
Когда девушка появилась в зале, Клаудию, все так же связанную и стоящую на коленях, охранники развернули лицом к пришедшей.
Девушка, ошеломленная, замерла на месте. Широко раскрытые глаза Клаудии глядели на неё с беспредельным ужасом.
— Как тебя зовут? — стараясь казаться участливым, спросил её Кернус.
— Мелани, — ответила та, не сводя глаз с Хинрабии, испуганная и пораженная тем, что нашла свою прежнюю госпожу в таком виде.
— Мелани, — спросил Кернус, — ты знаешь эту рабыню?
— Это Клаудия Тентиус Хинрабия, — еле слышно прошептала девушка.
— Ты помнишь ее? — поинтересовался Кернус.
— Да, — ответила девушка. — Она была моей хозяйкой.
— Дай ей нож, — обратился Кернус к одному из стоящих рядом охранников.
В руки изуродованной девушки вложили кривой нож.
Она посмотрела на нож и перевела взгляд на связанную Хинрабию, которая со слезами на глазах покачала головой.
— Пожалуйста, Мелани, не причиняй мне боли, — прошептала Хинрабия.
Девушка ничего не ответила и снова посмотрела на кривой нож, зажатый у неё в руке.
— Ты можешь отрезать уши и нос у этой рабыни, — сказал ей Кернус.
— Пожалуйста, Мелани, — взмолилась Хинрабия, — не нужно! Не причиняй мне вреда!
Девушка с кинжалом медленно подошла к ней.
— Вспомни, ведь ты любила меня, — прошептала Хинрабия. — Ты меня любила!
— А теперь я тебя ненавижу, — сказала девушка.
Она левой рукой схватила Клаудию за волосы и поднесла острый, как бритва, нож к её лицу. Хинрабия разразилась истерическими рыданиями.
Но служанка не дотронулась ножом до лица Клаудии. Ко всеобщему
— Отрежь ей уши и нос, — приказал Кернус.
Девушка с состраданием смотрела на беззащитную Хинрабию.
— Не бойся, — сказала она, — я не причиню вреда бедной рабыне.
Она отшвырнула нож, и он пролетел по полу через весь зал.
Клаудия Тентиус Хинрабия, рыдая, упала к её ногам.
Кернус раздраженно откинулся на спинку кресла.
— Она из высшей касты? — долетели до меня чьи-то слова.
— Нет, — ответила Мелани, — я дочь текстильщика.
Кернус был в ярости.
— Уведите их обеих! — приказал он. — Через десять дней пустите им кровь, привяжите спина к спине и бросьте на съедение зверю.
На запястьях Мелани защелкнулись наручники, и её вместе со своей рыдающей, спотыкающейся на каждом шагу бывшей госпожой — беззащитной связанной Клаудией Хинрабией — охранники вывели из зала.
Некоторое время Кернус молчал, раздраженно барабаня рукой по столу.
— Ничего, не разочаровывайтесь, — наконец сказал он. — У нас ещё найдется, чем развлечься.
Ворчание за столом одних смешалось с радостным энтузиазмом других.
— Великодушная девушка, — сказал я, когда Мелани покинула зал.
Один из охранников Кернуса ударил меня по губам.
— Поскольку я являюсь убаром Ара, — обернувшись ко мне, начал Кернус, — и принадлежу к касте воинов…
За столом ещё было шумно, но Кернус строгим взглядом призвал всех к тишине.
— …Я посвящен во все дела города, — продолжал он, — и от его имени предлагаю тебе сыграть. Ставкой будет твое освобождение.
Я с удивлением поднял на него глаза.
— Принесите доску и фигуры, — распорядился он.
Филемон бросился выполнять приказание. Кернус, ухмыльнувшись, посмотрел на меня сверху вниз.
— Насколько я помню, ты говорил, что не играешь.
Я кивнул.
— Хотя я тебе, конечно, не верю.
— Я буду играть, — решился я.
Кернус пожал плечами.
— Ты хочешь играть за свою свободу?
— Да.
— Но я силен в этой игре, ты это знаешь.
Я не ответил. За те месяцы, что я провел в доме, я успел убедиться, что Кернус действительно превосходный игрок. Превзойти его было нелегко.
— Но, поскольку ты едва ли столь же искусен, как я, — рассмеявшись, продолжал он, — было бы справедливо, чтобы тебя представлял мастер, который будет играть за тебя и даст тебе хоть какую-то возможность победить.