Убийца без лица
Шрифт:
Было решено, что отец останется в больнице на субботу и воскресенье, а потом она поговорит с врачами, и они будут вместе думать, как быть дальше.
Курт Валландер поднялся со стула. Похоже, она его понимает.
— Просто не знаю, что и предпринять, — сказал он.
Она задумчиво кивнула:
— Это очень трудно. Вдруг мы становимся родителями наших собственных отцов и матерей. Мне все это знакомо. Моя мать под конец жизни… было опасно оставлять ее одну дома.
Он пошел в палату к отцу.
— Как дела? — спросил Курт.
Отец ответил не сразу.
— Оставь меня в покое, — тихо попросил он.
Он уже не казался агрессивным и раздражительным. Голос звучал скорее печально.
Валландер немного посидел на краю кровати. Потом поднялся.
— Я приду попозже, — сказал он. — Привет от Кристины.
Он вышел из больницы и поежился от ветра. В полицию возвращаться не стал, позвонил Ханссону из машины по трескучей рации:
— Я еду в Мальмё. Нашли вертолет?
— Полчаса на нем кружили. Пока ничего. Но мы отправили туда еще два патруля с собаками. Если машина в прогулочной зоне, мы ее найдем.
Валландер сел за руль. Утреннее движение было очень плотным, его то и дело прижимали к обочине шедшие на обгон машины.
Надо было взять полицейскую машину, подумал он. Хотя теперь и полиции никто не боится.
Без четверти девять он вошел в здание управления полиции в Мальмё, где его ждал хозяин украденного «ситроена». Прежде чем говорить с ним, Валландер расспросил полицейского, принявшего заявление о краже.
— Он и в самом деле полицейский? — спросил Валландер.
— Был. Ушел на досрочную пенсию.
— Почему?
Тот пожал плечами:
— Вроде что-то с нервами.
— Ты его хорошо знаешь?
— Не уверен. Хотя мы работали вместе десять лет. Необщительный парень. Честно говоря, не думаю, чтобы кто-нибудь здесь мог сказать, что хорошо его знает.
— Но кто-то должен его знать?
Полицейский снова пожал плечами:
— Попробую выяснить. А машину могут украсть у кого угодно.
Курт Валландер вошел в кабинет и поздоровался. Пострадавшего звали Рюне Бергман. Ему было 53 года. Последние четыре года — на пенсии. Очень тощий. Странные, бегающие, беспокойные глаза. Ножевой шрам у левой ноздри.
Курту Валландеру сразу показалось, что сидящий перед ним человек крайне насторожен. Почему — он не мог сказать, но, пока они разговаривали, только укрепился в этом чувстве.
— Расскажите подробнее, — попросил он. — Итак, в четыре утра вы обнаружили, что машины на месте нет.
— Я собирался в Гётеборг. Когда далеко едешь, лучше встать пораньше. Вышел из дома — и на тебе.
— Где стояла машина? На стоянке? В гараже?
— На улице перед домом. Гараж у меня вообще-то есть, но
— А где вы живете?
— В районе таунхаусов, недалеко от Егерсру.
— Может быть, соседи что-то видели?
— Я спрашивал. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал.
— А когда вы видели машину в последний раз?
— Я целый день не выходил из дома. Но накануне вечером она была на месте.
— Замок на руле?
— Сломался. К сожалению.
— А что это за ярмарка, куда вы собирались?
— А какое это имеет значение?
— Никакого. Просто интересно.
— Самолеты, если вам и в самом деле интересно.
— Ярмарка самолетов?
— Ну да. Я люблю старые самолеты. Строю модели.
— Если я понял правильно, вы ушли на пенсию досрочно?
— Что вы хотите сказать? Что, если бы я не ушел на пенсию, машину бы не украли? Какое это имеет отношение к делу?
— В общем, не имеет.
— Тогда почему бы вам не поискать машину, вместо того чтобы копаться в моей частной жизни?
— Мы ищем, — ответил Курт Валландер. — Тот, кто украл вашу машину, убил человека. Даже не убил, а казнил.
Рюне посмотрел ему прямо в лицо. Глаза его перестали бегать.
— Я слышал, — произнес он.
Спрашивать больше было не о чем.
— Я хотел бы съездить к вам домой, — сказал Курт Валландер. — Посмотрим, где стояла машина.
— На кофе не приглашаю, — буркнул Бергман. — У меня дома полный хаос.
— Женаты?
— Разведен.
Они поехали на машине Курта. Район, уже давно застроенный типовыми таунхаусами, находился рядом с ипподромом в Егерсру. Они остановились у желтого кирпичного дома с небольшим газоном перед входом.
— Машина стояла тут, где вы остановились. Точно тут.
Валландер сдал несколько метров, и они вышли. Если машина стояла здесь, она должна была быть хорошо освещена двумя уличными фонарями.
— А много машин здесь обычно стоит? — спросил Валландер.
— Перед каждым домом. У многих по две машины, а гараж только на одну.
Валландер показал на фонари:
— Они исправны?
— Да. Я бы заметил, если бы было темно.
Валландер огляделся и задумался. Спрашивать больше было не о чем.
— Мы, наверное, еще встретимся, — сказал он.
— Я хочу, чтобы мне вернули мою машину.
Вдруг Валландер вспомнил, что собирался задать еще один вопрос.
— У вас есть лицензия на оружие? И вообще — оружие?
Тот замер.
В ту же секунду Валландера пронзила сумасшедшая мысль. Никакой кражи не было.
Человек, стоящий перед ним, — один из тех двоих, кто убил сомалийца.
— Что это за вопрос? — спросил Бергман. — Лицензия? Вы же не такой идиот, чтобы думать, что я в этом замешан?