Убийца без лица
Шрифт:
Когда появилось вино, они немного успокоились.
Курт Валландер смотрел на женщину, которая когда-то была его женой, и думал, что она очень красива. По крайней мере, ему так казалось. Он попытался унять ревность.
Он пытался сделать вид, что абсолютно спокоен. Быть бы спокойным и на самом деле!
Они выпили.
— Вернись, — попросил он. — Попробуем начать сначала.
— Нет. Ты должен наконец понять, что все кончено. Все в прошлом.
— Я был сейчас на вокзале
— Линду?
— Тебя это удивляет?
— Я думала, она в Стокгольме.
— Что ей делать в Стокгольме?
— Она хотела поступать учиться. Выбрать что-нибудь, что ей подходит.
— Я не ошибся. Это точно была она.
— Ты говорил с ней?
Валландер покачал головой:
— Она села в поезд. Я не успел.
— Какой поезд?
— В Лунд. Или в Ландскрону. Она была с каким-то африканцем.
— Это хорошо.
— Что значит — хорошо?
— Это значит, что Герман — лучшее, что было у нее в жизни. За много лет.
— Герман?
— Герман Мбойя. Он из Кении.
— Он был в лиловом комбинезоне!
— Одевается он забавно.
— Что он делает в Швеции?
— Изучает медицину. Скоро уже будет врачом.
Валландер не поверил своим ушам. Она что, шутит?
— Врачом?
— Ну да, врачом. Доктором, если угодно. Он приветливый, заботливый. Прекрасное чувство юмора.
— Они живут вместе?
— У него крошечная студенческая квартирка в Лунде.
— Я спросил, живут ли они вместе.
— Я думаю, что Линда наконец решилась.
— Решилась на что?
— Переехать к нему.
— Как же она тогда собирается учиться в Стокгольме?
— Это Герман предложил.
Официантка подлила им вина. Курт заметил, что начинает слегка пьянеть.
— Она как-то позвонила. Была в Истаде. Но не зашла. Если увидишь ее, передай, что я по ней скучаю.
— Она делает то, что считает нужным.
— Я тебя только попросил ей передать!
— Передам! Не кричи!
— Я не кричу.
На столе появился бифштекс «а-ля тартар».
Ели молча. Ему было невкусно. Он заказал еще бутылку вина и с легкой тревогой подумал, как он будет добираться домой.
— У тебя, похоже, все в порядке.
Она говорила решительно. Как будто возражала.
— А у тебя?
— Отвратительно. А в остальном — нормально.
— О чем ты хотел со мной поговорить? — спросила Мона.
Это он забыл. Он забыл, что придумал предлог для встречи, а теперь ему было совершенно нечего сказать.
Надо сказать правду, подумал он с иронией. Почему бы не попробовать для разнообразия?
— Я просто хотел тебя увидеть. Все остальное — просто враки.
Она улыбнулась:
— Я рада, что мы встретились.
Внезапно
— Мне так страшно тебя не хватает, — пробормотал он сквозь слезы.
Она погладила его по руке. Но ничего не сказала.
И только теперь Курт понял, что все кончено. Что развод — это навсегда. Поужинать вместе они могут, но жизни их разошлись. Ее молчание было красноречивее слов.
Он подумал об Аннет Бролин. И о негритянке из снов.
Он был совершенно не готов к одиночеству. Но теперь придется с ним смириться и постепенно начинать все сначала. Начинать жизнь, за которую отвечать будет только он сам.
— Ответь мне только на один вопрос, — сказал Курт. — Почему ты ушла?
— Если бы я не ушла, жизнь бы ушла от меня, — сказала она. — Я только хочу, чтобы ты понял: это вовсе не твоя вина. Я сама поняла, что пора рвать. И сама решилась на это. Когда-нибудь ты поймешь, о чем я говорю.
— Я хочу понять сейчас.
Она пыталась заплатить за себя, но он и слышать не пожелал.
— Как ты будешь добираться домой? — спросила она.
— Ночным автобусом, — сказал он. — А ты?
— Я пройдусь.
— Я провожу тебя.
Она покачала головой:
— Расстанемся здесь. Так лучше. Звони, если что. Надо поддерживать связь.
Она быстро чмокнула его в щеку. Он смотрел, как она энергичным шагом идет по мосту. Когда она скрылась в переулке между «Савоем» и туристским бюро, он пошел следом. Пару часов назад он шпионил за дочерью, теперь — за женой.
Около радиомагазина на углу Большой площади ее ждала машина.
Она села на переднее сиденье. Он шагнул в подъезд, когда они проезжали мимо него, но успел разглядеть, что за рулем сидит мужчина.
Валландер пошел к машине. Никакого ночного автобуса на Истад не было. По пути он зашел в автомат и набрал номер Аннет Бролин. Услышав ее голос, положил трубку.
Он залез в машину, поставил кассету с Марией Каллас и закрыл глаза. Проснулся от холода. Он проспал почти два часа. И решил ехать домой, хотя еще не протрезвел. Поеду через Сведалу и Сванехольм, решил он, там никогда не нарвешься на патруль.
И все-таки нарвался.
Курт совершенно забыл, что сам поручил патрулировать лагеря беженцев по ночам.
Петерс и Нурен обнаружили вихляющую машину на полпути из Сванехольма в Свимминге. Они проверяли, все ли спокойно в лагере в Хагехольме. Хотя и тот и другой прекрасно знали машину Валландера, им просто не пришло в голову, что тот куда-то поедет среди ночи.
К тому же номер был настолько забрызган грязью, что его не было видно. Только остановив машину, они увидели, что за рулем не кто иной, как их временный шеф.