Убить Змея

Вайнин Валерий

— Скоро девять. А что?

Глеб встал с корточек.

— Пойдем-ка, Саш, домой! — Он взял мальчишку за руку. — Кое-что у тебя будет и в этой жизни.

— Ну да! — Мальчишка вырвал руку. — А потом вы заберете мои органы!

— Какие еще органы?

— Печень и сердце! Для пересадки!

Глеб застонал.

— Ты меня доконаешь! Либо идем домой, либо я сейчас тут лягу… и можешь забирать мою печень и сердце к чертовой матери!

Мальчик опять улыбнулся. Хорошая у него

была улыбка: умная и застенчивая.

— Ладно, идем, — согласился он. — Только за руку меня вести не надо. Я не салага.

— Уж вижу, — вздохнул Глеб.

Жил Саша неподалеку, в блочном доме на втором этаже. Глеб нажал кнопку звонка. Дверь открыла горбатая старушка с глазами побитой собаки. Она испуганно уставилась на Глеба, затем перевела взгляд на мальчика.

— В чем дело, Сань?

— Ба, это Глеб, — ответил мальчик. Старушка виновато глянула на незнакомца.

— Взрослых надо звать по отчеству.

— Друзей можно без отчества, — усмехнулся мальчик.

— Каких еще друзей?.. Друзей не заводят с бухты-барахты, — растерянно пробормотала горбунья.

— Как правило, — глубокомысленно изрек мальчик. — Но бывают исключения.

Он лукаво зыркнул на Глеба.

Старушка вздохнула.

— Ну что ж… заходите. Грабить у нас нечего.

— Жаль, — переступая порог, сказал Глеб, — я так надеялся.

Старушка улыбнулась.

— Меня зовут Варвара Львовна, — представилась она. Тут из комнаты выбежала девочка лет четырех в линялом байковом платьице и штопаных колготках.

— А меня зовут Танька! — объявила она, сверкая глазенками.

Глеб присел перед ней на корточки.

— А меня — Глеб.

Хихикнув, девочка спряталась за бабушкину юбку. Саша небрежно произнес:

— Сеструха моя. Младшая.

— На тебя похожа, — польстил ему Глеб и, глянув на часы, поспешно поднялся. — Варвара Львовна, — обратился он к старушке, — сколько у вас комнат и сколько народу здесь живет?

Горбунья настороженно посмотрела исподлобья.

— Две комнаты, — она обняла детей, — живем втроем. А вам зачем?

— Для отчетности. Вы пенсию получаете?

— Да. На нее и живем.

— Вот и замечательно, — брякнул Глеб. — То есть я в том смысле, что… Дело в том, что фирма, в которой я работаю, занимается благотворительностью. Мы помогаем малоимущим семьям, а нам за это снижают налоги. Ну, вы понимаете… Словом, мы берем вас под крылышко.

Старушка смотрела недоверчиво.

— Это как же?

— Очень просто, — из кармана куртки Глеб извлек пачку сторублевок и вложил в руку горбуньи, — вот так.

Зардевшись, словно девушка, Варвара Львовна попыталась вернуть ему деньги.

— Ну что вы!.. Как же так?.. Неудобно как-то…

— Еще

как удобно! Мы фирма богатая! — Глеб приоткрыл входную дверь. — С вашего позволения, я буду иногда наведываться. И все ваши трудности мы уладим. Договорились? — Он выбежал на лестничную площадку.

Старушка встала на пороге, прижимая деньги к груди.

— Господи, я даже чаем вас не напоила!

— В другой раз! — отозвался Глеб, сбегая по лестнице. — Опаздываю! Начальство меня по стенке размажет!

— Как называется ваша фирма?! — крикнула вдогонку Варвара Львовна.

— Фирма «Даша»! — снизу откликнулся Глеб. Старушка зашла в квартиру и прикрыла дверь.

— Да, Сань… — ошеломленно проговорила она, — нашел ты себе друга. Бывает же такое!.. Фирма «Даша».

— Ба, их теперь знаешь сколько развелось? — отмахнулся мальчик, снимая с себя пальтишко. — Как у бобика блох!

— Сань! — позвала из комнаты его сестренка. — Тут какая-то колобка огломная!

— Не колобка, а коробка, — поправил мальчик, идя на ее зов.

— Я и говолю, колобка! Чего плидилаешься?!

Саша вошел в убогую комнатушку с выцветшими обоями и действительно увидел на полу большую коробку. Мальчик с опаской приблизился, приоткрыл крышку и…

— Бабуль! — закричал он. — Тут железная дорога!

Варвара Львовна не поверила глазам.

— Как же так?.. Когда же он умудрился? Пока мы с Танюшкой за хлебом ходили?.. Выходит, он все это заранее… Сань, там какой-то листок выпал.

— Где, ба?

— Вон, под стул залетел. Там что-то вроде написано.

Мальчик поднял бумажку и прочел вслух:

– «В этой жизни».

— И все? — удивилась бабушка.

— Ни фига себе «все»! — воскликнул Саша, пряча листок в карман.

Даша была вне себя. В дубленке нараспашку она прохаживалась перед своим подъездом и нервно курила. От ее гневного взгляда Глеб едва не обратился в пепел.

— Теперь уже на двадцать минут! — Она указала ему на свои часики.

— Прошу прощения, мотор заглох, — не моргнув глазом соврал Глеб.

Даша придавила окурок сапожком.

— Странно, что ваша тарахтелка вообще передвигается! Сегодня поедем на моей, и поведу я!

— Как скажете, Дарья Николаевна.

— Ой-ой, как мы изображаем раскаяние! — Она направилась к стоящей в пяти шагах «хонде». — В следующий раз вычту из вашей зарплаты!

Заметив неподалеку знакомый «ниссан», Глеб проворчал:

— Так всегда: чуть что — сразу из зарплаты.

— Поговорите мне! — Она открыла «хонду» и села за руль. — Вчерашний «хвост» заметили?

— А то! — усмехнулся Глеб, усаживаясь рядом. — Даже они заметили, что мы их заметили.