Убит тобой
Шрифт:
– Картой, картой… Кстати, о карте, – не слишком грациозно сворачивает Мирон на нужную тропу. – Вот от номера. Она плохо работает.
– Такое бывает, если носить в одном кармане с телефоном. Вас должны были предупредить при заселении, – тактично поясняет администратор.
– Вы не поняли. Дверь в номер она открывает. А вот дверь между номера – почему-то нет. Ну, знаете, как на пятнадцатом.
– Не понимаю, о чем вы, – лопочет девушка, но даже не видя ее лицо я ощущаю легкую панику, проявившуюся в слабой дрожи голоса.
–
– Я ничем не могу вам помочь… – бормочет администратор почти шепотом.
– Конечно, можете. Евгения… Удивительно, как мужские в классическом восприятии имена идут красивым женщинам, – явно отвлекается Мирон. – Так вот, Евгения. Вам придется ответить на ряд моих вопросов. Иначе от слов я перейду к делу.
– Вы не понимаете, я не могу, – заговорщицки шепчет девушка. – Меня уволят!
– Ничего феноменального я не требую. Этот разговор займет у вас три минуты. При условии, что мы перейдем к сути, разумеется. В противном случае я буду вынужден просить вас связаться с управляющим. Ночь на дворе, не хотелось бы…
– Что вы хотите узнать? – обреченно вздыхает девушка.
– Чьей картой была открыта дверь между номерами. Дату подсказать?
– Не надо… – Девушка клацает ногтями по клавиатуре и через полминуты сообщает: – Картой гостя из смежного номера.
– Интересное кино, – недовольно комментирует Мирон. – А что, если я разнесу это милое местечко по кирпичикам?
– Нет, постойте, в этом нет ничего особенного! – горячо заверяет администратор. – Мы не программируем ключ на открытие смежной двери кому попало, ни в коем случае. И я не дежурила в тот вечер, но второй гость – жена погибшего. Карелина Кристина Сергеевна. Сами посмотрите…
– Ясно, – сквозь зубы цедит Мирон, а ладонь Тихона, до этого времени покоящаяся на моих лопатках, практически раскаляется. – Когда сняли второй номер?
– Спустя двадцать одну минуту после первого, – без запинки отвечает девушка.
– Мне нужны видео с камер. Со всех.
– Простите, это не в моей компетенции, – испуганно пищит девушка. – Нужно в службу безопасности, официальный запрос. А так, все строго по законодательству, храним в архивах за тридцать дней.
– Скан паспорта делали? Первая страница, прописка, – давит Мирон. – Раз уж у вас тут все строго по законодательству.
– Конечно! – горячо восклицает девушка. – Вот тут файл, сами посмотрите… ой.
– Ой? – рычит Мирон.
– Наверное, кто-то заселился в то же время и произошла путаница, – тараторит Евгения. – Тут другой паспорт…
– Кто оформлял? – строго спрашивает Мирон.
– Денис, он дежурил… Я не знаю его фамилии, мы тут по именам… – совсем сникает Евгения. – Но это точно недоразумение… мы же тоже не роботы, случается, ошибаемся…
– Конечно. Что ж, –
Мирон выходит из отеля первым, через несколько минут мы встречаемся с ним у машины Тихона. Я залезаю на переднее пассажирское место и подхватываю сладко спящего кота, освобождая место Тихону, Мирон пристраивается на заднее сиденье, по центру. Замечает кота и удивляется:
– Однако! Анфиска, твой, что ли?
– Временно, – отвечаю я скупо.
«У меня со всем так», – думаю я вскользь и кошусь на Тихона.
– Вадим прислал адрес, – сообщает Тихон. – Нужно доехать посмотреть, время самое подходящее. На счет Кристины даже не удивлен.
– Вообще не факт, что она принимала участие. Ее данными вполне могли воспользоваться. Или заставить ее снять нужный номер, раз уж она является причиной проблемы, – рассуждает Мирон. – Заставили бы и самой украсть флешку, но слишком велика вероятность, что ты ее просто придушишь, если случайно проснешься.
– В то время как любая другая девушка могла бы оправдаться и выйти без тяжких телесных. Согласен.
– Почему нельзя с ней побеседовать и выяснить? – спрашиваю я.
– А смысл? – отвечает вопросом на вопрос Мирон. – И так понятно, что все из-за нее. Как и то, что из номера в конечном итоге выходила не она. Это ни на шаг не приближает нас к цели.
– Не скажите, – пытаюсь я развить мысль, но Тихон меня перебивает:
– Мирон прав. Впустую потраченное время.
– Что еще для тебя впустую потраченное время? – язвлю я, обидевшись, что меня так грубо заткнули.
– Только разговор с бывшей, – спокойно и без драмы отвечает Тихон. Разворачивается к Мирону. – Двигай за нами, адрес скину. – Когда Мирон выходит, говорит с полуулыбкой: – Не злись. Мы не добьемся от нее ничего. А пытать беременную я не смогу. Ребенок не виноват, что у него такая мать. Ко всему прочему, я понятия не имею, где ее искать. Могу только предположить, что где-то рядом с политиком, а значит, это втройне опасно. Пока он не в курсе всей возни, а я убежден, что это именно так, – делает он акцент, – повторяет тест на отцовство, планирует роспись и готовит речь для суда, у меня есть в запасе немного времени.
– Так – понятно, – бурчу я себе под нос, поглаживая кота.
Тихон плавно покидает парковочное место, попутно отправляя сообщение брату.
– Поговорим о Вегасе? – спрашивает он, отложив телефон.
– Не стоит, – откровенно пугаюсь я.
– Как скажешь, – принимает Тихон.
Разворачивается задним ходом, включает переднюю передачу и срывается с места.
По дороге я клюю носом и отчаянно борюсь со сном. В таком режиме я не жила никогда, отдых урывками дается мне с каждым днем сложнее. Хочется растянуться звездой на кровати, расслабить каждую мышцу и проспать хотя бы часов пять, а вместо этого приходится держать норовящую упасть голову.