Убить страх

Гриньков Владимир Васильевич

– Я уже накрыла на стол. Давай поужинаем.

Толик бросил на диван папку, которую до сих пор держал в руках. Из папки выскочили несколько фотографий и веером разлетелись по дивану. Катя зацепилась взглядом за одну из них, наморщила лоб, всматриваясь.

– Вот черт! – с досадой сказал Толик и потянулся к фотографиям, торопясь их убрать.

Но Катя уже разобралась, что там сфотографировано, и Толик увидел, как она закусила губу. Досадуя на себя, он быстро

собрал фотографии и, сунув их в папку, распрямился.

– Он что – груди им отрезает? – спросила Катя едва слышно. Он не знал, что ей ответить. Тогда она развернулась и вышла из комнаты. Толик потоптался на месте, потом тоже пошел на кухню. Катя сидела на табурете и, закрыв лицо руками, плакала.

– Доброе утро, Катенька. – Таисия Михайловна улыбнулась приветливо.

– Здравствуйте, Таисия Михайловна. – Катя взяла с полки классный журнал и по привычке быстро его пролистала. Записки не было.

– Погода какая установилась, – сказала Таисия Михайловна. – Самые грибы сейчас пойдут. Вы ходите по грибы?

– Я не умею их собирать. Из меня грибник никудышный.

– А мы всей семьей ходим. Дочка вот с зятем приедут на следующей неделе, мы все и пойдем. Только бы маньяка до того времени поймали. – Таисия Михайловна засмеялась, но смех ее был какой-то неестественный, и только сейчас Катя поняла, к чему был весь этот разговор.

– Не поймали его еще, – и ей самой показалось, что голос ее звучит как-то виновато.

– Что ж он неуловимый такой! – сказала Таисия Михайловна, и непонятно было, с досадой она говорит или с сарказмом.

Открыв класс, Катя положила журнал на стол и раздвинула шторы. В класс заглянула Аня, бросила:

– Привет! – и исчезла так же внезапно, как и появилась.

– Привет! – крикнула ей вдогонку Катя и засмеялась.

Она села за стол, пододвинула к себе журнал, и на столе, на том месте, где лежал журнал, увидела выцарапанную чем-то острым фразу, не фразу даже, а так, два слова: «Ментовская жена». Вот тебе и на, а она-то думала, что ее неизвестный дружок угомонился.

– У тебя машина, кажется, с затемненными стеклами? – спросил Боркин.

– С затемненными, – подтвердил Толик.

– Вот и хорошо. Как раз твоя шпионская машина нам и сгодится. К нам из столицы едет приманка, как ты ее назвал, девушка эффектной наружности. В прошлом году «на нее» в Киреевске насильника поймали. Теперь она нам поможет.

– А кто она такая? – спросил Толик.

– В областном управлении работает, отвечает там за несовершеннолетних.

– А вот

это – насильников ловить – хобби у нее, что ли?

– Хобби, – усмехнулся Боркин. – Если это можно так назвать. В общем, так. Она приедет сегодня волгоградским поездом. Но мы договорились, что сойдет она не у нас, а на предыдущей станции, в Озерках, – это чтобы никто ее случайно не увидел. Посадишь ее на заднее сиденье своего шпионского лимузина и привезешь сюда. Подвезешь к заднему крыльцу, прямо к двери, чтобы она не маячила лишний раз. Задача ясна?

– А как я ее узнаю там, в Озерках? Вам ее описали?

– В самых общих чертах, – сказал Боркин. – Мне сказали так: встречайте ослепительную длинноногую блондинку в непристойно короткой юбке.

– Ошибиться будет трудно, – пробормотал Толик.

– И я так подумал, – усмехнулся Боркин.

Ослепительная длинноногая блондинка в непристойно короткой юбке была единственной пассажиркой, вышедшей из поезда в Озерках. Вещей у нее не было, только небольшая сумка в левой руке. Блондинка оглянулась по сторонам и направилась к Толику.

– Здравствуйте, – сказала она. – Вы из милиции?

– А как вы догадались? – опешил Толик. – На перроне столько людей, а вы подошли именно ко мне.

– Да у вас на лице написано, что вы милиционер, – рассмеялась блондинка.

– Давайте сумку, помогу, – буркнул Толик.

– Спасибо. – Она отдала сумку, а сама пошла рядом. – Меня Светланой зовут. А вас?

– Анатолий.

Толик открыл заднюю дверцу, положил на сиденье сумку:

– Прошу.

– Ого, – сказал Светлана. – Это ваша машина?

– Моя.

– Шикарно.

Толик сел за руль, завел двигатель.

– У вас курить можно? – спросила Светлана.

– Можно. – Толик увидел в зеркало, как она достала из сумки пачку сигарет.

– Говорят, вы в Киреевске в прошлом году насильника поймали? – спросил он.

Светлана рукой разогнала дым, пожала плечами:

– Не я, конечно, поймала, а тамошние ребята. Мое дело было ходить по улицам – и все.

– Долго?

– Что долго?

– Ходили по улицам долго?

– А, вот вы о чем. Неделю. Как раз на седьмой день его и взяли.

– Страшно было ходить?

– В первый день, конечно, страшно. Все мерещилось, что он уже за мной крадется. А потом, когда пообвыкла, даже скучно было. К концу той недели я начала думать, что вообще ничего не получится, что зря мы все это затеяли. Оказалось, не зря – клюнул, голубчик.

– Он что – напал на вас?