Убить Ланселота

Басирин Андрей

– Бог мой! В чем я теперь покажусь во дворце?

Штаны вымокли и липли к телу. Рубашка воняла. Лошади в стойлах насмешливо глядели на донжуана. Оставалось одно: прокрасться к черному ходу и сдаться на милость Горацио. Скоро приедет карета, тут уж не до церемоний.

Взгляд Гури упал на обломок лестницы, лежащий на земле. Донжуан похолодел: дерево было подпилено.

– Зверь побери! Так, значит…

Холодная сталь уперлась между лопаток охотника на чудищ.

– Не двигайся,

Гури, стой смирно. Вот так, хорошо… Молодец.

Хоакин перехватил шпагу в левую руку и высморкался. Ему совсем не улыбалось чихнуть в неподходящий момент.

– Кто вы? – дрожащим голосом спросил Гури.

– Неважно, Гури. Где письмо?

– Ка-акое письмо?

– То самое. Рекомендательное, от бургомистра.

– В ка-амзоле.

– Достань, пожалуйста. И без фокусов, прошу. А то зарежу.

Пальцы короля без королевства дрожали. Он вытащил из кармана плотный бумажный пакет и принялся вертеть в руках, не зная, что дальше.

– Положи на ведро, – подсказал Хоакин. – Вот так, спасибо. А теперь вытяни руки. Не бойся, ничего плохого не случится.

Гури повиновался. Истессо обмотал его запястья веревкой, а из носового платка сделал кляп.

– Вот и все. Посидишь в конюшне. Самое тебе место, Гури.

Пленник замычал и жалобно выпучил глаза. В душеХоакина шевельнулось нечто вроде сочувствия к побежденному. Среди стрелков было много людей, подобных Гури, а Истессо с ними вполне ладил. Предатель Реми тоже из той породы, напомнил он себе. Сейчас не время для сантиментов.

Дверь заскрипела. Полоска радужного сияния расширилась. В ночном небе бушевала Аврора Колоратуро, и ее отблески падали на лицо связанного Гури.

– Господин Хоакин? – позвал тревожный девичий голос – Вы здесь, господин Хоакин?

– Кто это?

Летиция проскользнула в конюшню.

– Ох! Это я, Хоакин. Ваша фея сказала, что вы вызвали Гури на дуэль. Я так испугалась! Я и думать не могла, что вы воспримете мои слова всерьез.

– А вы разве пошутили?

– Да. То есть… То есть да, конечно! Неужели вы могли подумать, что я толкаю вас на убийство?

Летиция только сейчас заметила связанного Гури. Неудачливый воздыхатель отчаянно замычал, призывая на помощь.

– Жаль, – промолвил стрелок. – Это решило бы некоторые вопросы. Дело в том, что мне нужна ваша помощь. И это не шутка.

– Помощь? Что я должна сделать?

По мостовой зацокали копыта. Прогрохотала карета, въезжая во двор «Свинцовой Чушки». Та самая, из дворца.

– Мне надо встретиться с шарлатаном.

Девушка ахнула.

– Хозяин! – донеслось снаружи. – Именем шарлатана! Здесь есть кто-нибудь?

Стрелок с девушкой выбежали во двор. У ворот стоял неуклюжий высокий человек в клетчатом плаще герольда.

На голове его болталась квадратная шапочка скисточкой. Кисточка щекотала щеку, и великан сдувал ее, страшно гримасничая.

– Слава богу, – обрадовался он, увидев Летицию и Истессо. – Хоть кто-то появился. Вы хозяин этого заведения?

За спиной герольда фыркнула лошадь. Карета покачнулась с пружинным звоном. Кучер продолжал дремать на козлах, словно происходящее его не касалось.

Хоакин покачал головой:

– Вам нужен Горацио Кантабиле. Позвать?

Подслеповато щурясь, чиновник заглянул в лицо Хоакина. На переносице герольда краснел отпечаток от дужки очков; самих очков не было: герольд их разбил или забыл дома.

– Зверева работа, – пожаловался он. – Мне п-поручили важное дело. И вот, кажется, я его п-провалил.

– А кого вы ищете? – спросила девушка.

– Господина Гил-Ллиу, охотника на чудовищ. Извините. Я очки уронил в фонтан, а без них ни зверя не вижу.

Хоакин вопросительно посмотрел на Летицию. Та прижала палец к губам в знак молчания.

– Вы везучий человек, – сказала она.

– П-правда?

– Гури Гил-Ллиу перед вами. Вот он.

Герольд попытался снять и протереть несуществующие очки. На лице его отразилась растерянность.

– Вот документы, – пришел на помощь Хоакин. – Письмо от бургомистра.

– Да? – Лицо герольда просветлело. – Вы меня сп-пасаете. Благодарю вас, сударь. Едем немедленно!

– Хорошо. Мне надо собраться. Это быстро.

– А вы кто? – тем временем обратился герольд к девушке. – Только не говорите «нет», умоляю. Вы – Летиция Ляменто?…

– Если говорить откровенно…

– Ну слава богу. Хоть где-то я п-преуспел. – Герольд сдул со щеки кисточку. – Мое имя Антонио П-пердендози. Соблаговолите проследовать в карету, сударыня.

Он вытянулся в неуклюже-галантном жесте, открывая перед девушкой дверцу.

– Благодарю вас.

Она уселась. Стрелок вернулся из сарая с пожитками; спрятав узлы под столик, он расположился напротив своей спутницы. Для герольда места не осталось, и Антонио пришлось примоститься рядом с кучером.

– Ну поехали.

Карета сорвалась с места. Зацокали копыта по булыжнику, заскрипели рессоры.

– Как устроились? – донесся откуда-то сверху жизнерадостный голос Пердендози. – Все в порядке?

– Да! – хором отозвались пассажиры.

– Ну слава богу. Тогда вп-перед, на коронацию.

Праздник бушевал на улицах города. Его можно было сравнить с взбесившимся селевым потоком. Порой его было столько, что он захлестывал окна кареты.

Фейерверки! Анатолайские свечи! Шутихи!