Убить героя
Шрифт:
– Но ведь они же являются копией одной личности, они равны, и, значит, война могла закончиться только ничьей?
– Нет, они были равны только в момент копирования. Потом их развитие зависело от многих индивидуальных факторов. И чем дальше, тем больше были бы заметны эти различия. Нет, кто-то из них неизбежно должен был вырваться вперед, а кто-то – отстать.
– Хорошо, – промолвила Глория. – Вернемся теперь к самому мнимому убийству.
– Тут все было просто, –
– Но мы к этому в следующих интервью еще вернемся? – спросила Глория.
– Возможно, – дипломатично ответил я.
Не хотелось мне ее огорчать.
– И последний вопрос.
– Я слушаю.
– Когда вы в первый раз заподозрили, что что-то с сокомпаньонами Глендура нечисто?
– На этот вопрос я отвечу потом, – сказал я. – В следующем интервью.
– А может – в этом?
Глория умоляюще взглянула на меня.
– Нет.
Я показал на микрофон.
Вздохнув, журналистка его убрала.
– Не хотел говорить для интервью, – промолвил я. – Как ты знаешь, серийные тела имеют маячки, с помощью которых мусорщики могут в любой момент определить, где они находится. Так вот, убегая из этого кибера, я влез в тело одного из сокомпаньонов Глендура. Оно было с маячком, но только настроен он был немного по-иному, чем все прочие. Мусорщики его засечь не смогли, а вот те, кто пустил ракету в авиетку, в которой я летел – запросто. Думаю, если хорошо копнуть, то за сокомапньонами Глендура обнаружится длинный шлейф всяческих преступлений. Кстати, мусорщики этим сейчас и занимаются. Они становятся дотошными и безжалостными только в тех случаях, когда дело касается нарушения закона о дублировании личности. Ну, да ты это и сама отлично знаешь.
Глория сладко потянулась и сказала:
– А ты понимаешь, что раскрыл преступление, в котором, фактически не было ни одного убийства? Если, конечно, не считать того самоубийцу, на кладбище.
– Но зато сколько предотвращено… А это, мне кажется, еще лучше, чем раскрытое преступление. Предотвращенное.
– Что будет с Глендурами?
Я пожал плечами.
– Не могу сказать точно. Но кое-какие догадки у меня есть.
Глория отхлебнула из своей бутылки
– Поделишься?
– Конечно.
– Говори.
– Тут получится любопытный казус. Дело в том, что из пяти Глендуров, за нарушение закона о недопустимости дублирования личности отвечает только один. Остальных можно привлечь лишь за недоносительство. Вина эта серьезная, но не настолько, как у того, первого. Вся штука в том, что определить, кто именно из них является первым, совершенно невозможно. С момента дублирования прошло еще слишком мало времени. Они пока еще – идентичны. Ну, а к тому, что они говорят, прислушиваться не имеет смысла. Даже если кто-то из них и говорит правду, то доказать он ее никак не может.
– Проще говоря, получился юридический казус.
– Еще бы. И очень большой. До тех пор пока не будет официально решено, кто из этой пятерки является основным, изначальным, следствие по делу будет продолжаться. А учитывая, что Глендуры будут жить вечно…
– Вечно находиться под следствием, – Глория тихо хихикнула. – Чем не наказание?
– Сколько на этом деле взрастет адвокатов, прокуроров и прочих законников, – подхватил я. – Оно войдет в историю и все хрестоматии.
– И ты, поскольку поймал за руку злодея.
– Вряд ли, – возразил я. – История – странная дама. Страшно не любит отдавать кому-либо должное. Хотя, кто знает? Поживем – увидим.
Мы помолчали.
– Твои-то дела как? – спросила Глория. – Тебе все еще нельзя покинуть этот кибер?
– Скоро, – сказал я. – Огнен Тэй мне очень благодарен, за то, что я помог ему удержать наследство. Он пообещал, что надавит на все рычаги и буквально уже через несколько дней выдвинутые против меня разнообразные обвинения будут сняты. Еще мне причитается некоторое вознаграждение.
– Так это же здорово, – сказала Глория. – Спорим, я уже знаю, как мы его потратим?
– Догадываюсь, – сказал я.
– Тебе это – не нравится?
– Почему? Очень даже нравится.
– Ну, вот и здорово.
Пиво было холодным и вкусным. Китайские сигареты кончились. Рядом сидела Глория. А еще, сколько бы мне сейчас не заплатили, на вечность этих денег не хватит. И вот тогда, для меня опять настанет время сыграть в «Убей героя». Но это будет потом.
А пока…
Пока можно было ни о чем не думать, радоваться жизни и смотреть, как на горизонте, полыхая на солнце чешуей, кувыркается в воздухе самый настоящий, до умопомрачения красивый дракон.
Июнь-июль 2002 г.