Убик
Шрифт:
— Неловко, — сказал Джо.
— Что? — воззрился на него Эл. — В такое время? Когда вся организация может пойти ко всем чертям в пекло, потому что ты никак не можешь взять себя в руки? Сейчас годится все, что приведет тебя в форму. Иди звони в отель, потом скажешь мне…
— Наши деньги ни черта не стоят, — сказал Джо. — Я не смогу никуда позвонить, пока не найду коллекционера, готового обменять наши монеты на современные.
— О Иисус! — тяжело вздохнул Эл и покачал головой.
— Я, что ли, состарил эти монеты? —
— В каком-то смысле — в очень странном смысле, Джо, — да, ты. Я пока не могу этого объяснить… я не могу даже понять… но смогу. Когда-нибудь. Ладно, пойдем на корабль. Заберешь Венди и тихо смоешься.
«И страх Господень овладеет призванными на суд Его…» — пел хор.
— Чем я буду расплачиваться — они не принимают наших денег! — не мог остановиться Джо.
Выругавшись, Эл достал бумажник.
— Так, эти годятся, хотя и старые… а эти уже нет, — он брезгливо отшвырнул от себя потерявшие ценность монеты. — На, возьми, — он насильно всунул в руку Джо несколько кредиток. — Хватит на ночь в отеле, на завтрак и на легкую выпивку. Отправлю за вами корабль из Нью-Йорка.
— Я тебе все верну, — сказал Джо. — Как исполняющему обязанности директора мне положено неплохое жалованье. Тогда я расплачусь с долгами, с налогами, заплачу все штрафы и пени…
— Без Пат Конли?
— Я пошлю ее к черту.
— Могу себе представить…
— Начну новую жизнь. Сначала. — Я смогу руководить фирмой, подумал Джо. И никогда не допущу подобной ошибки… не позволю выманить нас с Земли и засунуть в мышеловку…
— Мне кажется — сказал Эл — ты слишком любишь проигрывать. И вряд ли перемена обстоятельств может тебя от этого отучить…
— Наоборот, я всегда стремился к успеху, — возразил Джо. — Рансайтер видел это, потому и назначил меня в завещании своим преемником. Там сказано, что я становлюсь главой фирмы, если не удастся вернуть его к полужизни в Мораториуме Возлюбленных Собратьев либо в другом респектабельном мораториуме, который я выберу… — Самоуважение Джо все росло и росло; он видел уже впереди самые блестящие возможности, видел так четко, как видят их предсказатели… и тут он вспомнил о способностях Пат. «Грянут трубы, и мертвые встанут, чтобы предстать пред троном Всевышнего…» — выводил хор.
— К черту ты ее послать не сможешь, — поняв по лицу Джо, о чем он подумал, сказал Эл. — С ее способностями…
— Я сниму номер в «Раут-отеле», — сказал Джо. — Воспользуюсь твоим советом. — Эл прав, подумал он, ничего у меня не получится… Пат просто сотрет меня в порошок. Я обречен — в самом классическом смысле этого слова. Ему представилась птица в силке… мгновенно постаревшая птица. Он поежился: образ этот показался ему пророческим. Эти монеты. Вышедшие из обращения. Нужные только нумизматам. Для музейных коллекций… Не в этом ли все дело? Не знаю…
«Смерть отступает, и природа внимает гласу Судии, покуда прах восстает из гроба», — хор
Глава 8
Дневной свет заливал элегантный номер. Щуря глаза, Джо рассматривал внутреннюю отделку: неошелковые экраны с ручной росписью, изображающей восхождение человека от кембрийской амебы до пилота первого аэроплана. Прекрасный стол под красное дерево, четыре пестрых кресла с откидывающимися спинками; их хромированные детали выглядят серебряными… Спросонок Джо пришел в восторг от роскоши номера, а потом его настиг укол острого разочарования: Венди так и не пришла. Не постучала в его дверь… или постучала, а он не услышал? Слишком крепко спал?
Планам основания новой империи не суждено было сбыться…
Преодолевая боль во всем теле — последствие вчерашних приключений — он сполз с необъятного ложа, нашел свою одежду и натянул ее на себя. Было почему-то страшно холодно. Позвонить в сервис, какого черта… Он взял трубку и вдруг услышал знакомый голос.
— …отплатить ему, если это возможно. Во-первых, конечно, установить, замешан ли в этом деле сам Стэнтон Мик, или поскольку в акции против нас участвовал его муляж, то почему и как… — голос был монотонен, говорящий явно не обращался к собеседнику. — …поскольку обычно Мик действует легальными и законными средствами, что и отражено в докладах. В свете этого…
Джо бросил трубку. Голова его кружилась. Голос Рансайтера. Без сомнения — голос мертвого Рансайтера. Он снова поднес трубку к уху.
— …потому что для Мика процессы такого масштаба — дело привычное. Следует привлечь наших юристов, пусть как следует подумают, прежде чем подавать официальный рапорт Объединению. Не следует давать поводов для возможных обвинений в клевете, а такое развитие событий вполне возможно, если…
— Рансайтер! — позвал Джо.
— …в конце концов, возможно доказать…
Джо положил трубку.
Ничего не понимаю.
В ванной он умылся ледяной водой и причесался бесплатной дезинфицированной расческой. Потом подумал и побрился бесплатной одноразовой бритвой, намазал лицо бесплатным кремом и попил из бесплатного одноразового стаканчика. Может быть, эти ребята из мораториума все-таки оживили его? О-полу-живили? И подсоединили к моему фону? Ну да, Рансайтер в первую очередь решил поговорить со мной. Но раз так, то почему он меня не слышит? Односторонняя связь? Или какая-то техническая накладка?