У последней черты
Шрифт:
После этого он поднял самый большой осколок стекла и прошел к койке.
Работа в КГБ СССР не предполагала незапланированных поездок домой ни за какие взятки или просьбы — только по медицинским показаниям.
Полковнику Виктору Дитко позарез нужно было попасть в Москву. Он сел на койку и, стиснув зубы, принялся резать себе осколком стекла левый глаз.
Он стонал от боли, но утешал себя тем, что грядущее вознаграждение того стоит.
Глава 6
— Папочка,
— Удобно мне будет тогда, когда наше плавание закончится.
— Мне тоже, — поддакнул Римо, опускаясь рядом со стариком на колени.
В каюте немного ощущалась качка. По углам, в расставленных Римо курильницах, дымились благовония, отчасти отбивающие противный металлический привкус циркулирующего в замкнутом пространстве воздуха — неизбежный спутник даже новейшей атомной подводной лодки. Римо понадобилось полдня, чтобы развесить по стенам с пластиковой отделкой «под дерево» гобелены из четырнадцати сундуков, в которых были сложены личные вещи Чиуна.
— Капитан сказал, к вечеру будем на месте, — произнес он.
— Откуда он знает? В этой вонючей посудине не бывает вечера.
— Ш-ш, — сказал Римо примирительно. — Нам еще повезло, что подлодка была готова к отплытию.
— Я просил тебя проверить золото. Ты это сделал?
— За последний час дважды ходил смотреть. Все на месте.
— Хорошо. Быть может, это последнее золото, которое Синанджу получит от сумасшедшего Императора Смита.
— Не говори так, Чиун.
— Все равно, — продолжал старик, по-прежнему держа глаза прикрытыми, — мне хорошо и покойно, потому что мы едем домой. В Синанджу.
— Это ты едешь домой, папочка. Синанджу — это твой дом, но не мой.
Смит хочет, чтобы я вернулся в Америку.
— Как ты можешь вернуться в эту страну? Бросить жену? Детей? Селение?
Римо не сдержался и переспросил:
— Жену? Детей? О чем ты?
— Конечно. Жену ты возьмешь сразу, как мы приедем в Синанджу. И она родит тебе детей. Это твой долг, Римо! Когда меня не станет, продолжать традиции будешь ты. У Синанджу должен быть преемник!
— Я польщен, папочка, но не уверен, что смогу это сделать.
— Не робей, Римо. Если тебе не удастся найти девушку, которая будет готова смириться с цветом твоей кожи, — я сам тебе ее подберу. Обещаю.
— О нет, — простонал Римо. — Никакого сводничества. Хватит! Забыл, как в прошлый раз пытался свести меня с корейской девушкой? Больше я на такой позор не пойду!
— Я умираю без настоящего
— Мне очень жаль, папочка, что у тебя нет внуков. Но я ничем не могу тебе помочь.
— Быть может, если ты не станешь мешкать, я еще доживу до того дня, когда твоя жена понесет под сердцем твоего ребенка. И тогда я смогу спокойно отправляться в мир иной. Этого мне бы хватило. Конечно, это не то, что качать внука на коленях, но меня всю жизнь преследовали неудачи.
— Неудачи? Да ты с одного американского контракта заработал для Синанджу больше золота, чем все твои предшественники, вместе взятые!
— Но я так и не добился должного почтения. Я служил не настоящему императору, а какому-то врачу, да к тому же шарлатану. В Египте, помнится, придворный лекарь всегда шествовал на два шага позади королевского ассасина. Вот до чего дожили — работаем на костоправов!
— Да на эти деньги поселок может жить несколько столетий!
— Сколько раз я тебе говорил, что Мастера Синанджу не трогают накопленный капитал?! — возмутился Чиун. — Кроме того, я первый из Мастеров, кто позорно сменил имя! Я тебе не рассказывал эту историю, Римо?
Римо хотел было сказать «да», но Чиун уже приготовился рассказывать.
— Я не всегда был известен как Чиун. При рождении я получил имя Нуич, сын Нуича, внук Юи. Мой род был славный род, ибо я был наследник великих традиций Синанджу. Но род Синанджу переживал не лучшие времена. Сначала были страшные войны в Европе, которые охватили весь мир, так что работы для ассасина совсем не осталось. Зато было много работы для солдат. Так прошли мои юные годы — в праздности и бесславных поручениях.
Женился я неудачно. Моя жена, острая на язык и алчная по характеру, не сумела родить мне наследника. Это была трагедия, но выход все же был найден. По ее настоянию я согласился взять в обучение в качестве будущего Мастера Синанджу одного из ее племянников, также названного в мою честь Нуичом. Я учил его постигать солнечный источник. Он оказался способным учеником. Он усваивал долго, но прочно. В отличие от некоторых, — добавил Чиун.
Римо не понял, считать ли последнюю реплику колкостью или же неумелым комплиментом. Он решил пропустить ее мимо ушей.
— Настал день передать полномочия Мастера Синанджу, и Нуич получил свое первое задание. Дни шли, но от него не было никаких известий. Дни складывались в недели и месяцы. И только по прошествии нескольких лет я узнал, что Нуич, этот толстомордый обманщик, вовсю практикует Синанджу по всему белу свету. А селение не получает ни гроша! Похоже было, что вновь настали тяжелые времена и нам опять придется отсылать младенцев в море.
Римо кивнул. «Отсылать младенцев в море» означало попросту их топить.