У Лукоморья
Шрифт:
Скрип саней за пригорком. Морозное фырканье лошадей. Обоз? Да, обоз с сеном. Целиной по пригоркам, по белой речке движется темная живая цепочка. У лошадей пар из ноздрей. Люди, кто на возу, а кто бежит рядом — греется.
«Семен, завалишься, завалишься!..» Задремавший Семен прыгает с воза, неизвестно кому отпускает пару горячих слов и начинает вилами поправлять съехавший набок воз…
Проплыл и скрылся за поворотом реки обоз. Остался только след от саней. Глубокий след в рыхлом снегу. Завтра, если не будет метели, обоз снова пройдет за речку. И так до весны, пока стоят на лугах копны. И утвердится в стороне от машинных дорог неторопливый первобытный
Будут бегать по ней овсянки и серые куропатки. Зайцы ночами на такую дорогу придут поискать клочья сена, погрызть на лошадиных стоянках солоноватый желтый ледок. И человек, пробегая на лыжах по этой дороге, может найти подкову на счастье.
Лошади не часто, но все же теряют подковы.
Фото автора. 5 декабря 1968 г.
Крик ночью
(Окно в природу)
< image l:href="#"/>Может быть, кому-нибудь приходилось в полях и в лесу слышать ночью пронзительный крик, похожий на крик ребенка. Это значит, кому-то удалось настичь зайца.
У зайца много врагов: лиса, волк, рысь, ястреб, филин. И надо ли удивляться, что природа дала зайцу крепкие ноги. Поглядите, какие мощные рычаги толкают смертельно испуганное тело. Разве что кенгуру имеет столь же мощное средство для бега.
Но вот беда: зимою ноги надолго оставляют следы. Заяц хитрит, петляет, прежде чем лечь, прыгает далеко в сторону. Но охотнику, мало-мальски смышленому, эти заячьи хитрости — только забава.
Воронежский лесник Александр Александрович Анохин наблюдал, как выслеживал зайца ястреб-тетеревятник. «Низко летит по следу. Сядет на куст, оглядится и опять летит, не спуская глаз с ямочек на снегу. И ведь выследил. Я согнал его с окровавленного, умиравшего зайца».
Зимой у зайца появляется еще один враг. Немногочисленный, правда, но бесшумный, почти незаметный среди снегов, ловкий и беспощадный. Этот охотник прилетает из тундры и живет до весны, чтобы опять вернуться потом на Север. Называют гостя белой совой. Для зайца — это белая смерть. Вся надежда на ноги.
Успел с открытого места убежать куда-нибудь в заросли, — может быть, и спасешься. Не успел — крик. И все кончено.
Фото автора. 22 декабря 1968 г.
1969
Какие новости
Какие новости?» — два этих слова при встречах мы произносим так же часто, как слово «здравствуйте». И в этом нет случайности.
Важно здоровье, но столь же важно пополнять знание окружающего нас мира. Какие новости? С этой мыслью мы включаем приемник, разворачиваем газету, жадно листаем книгу, слушаем путешественника или ученого. Лавина информации проходит через наше сознание ежедневно. Чтобы «в одно ухо
Но не надо думать, что только человеку дано стремление замечать, запоминать новое. Все живое в разной степени любознательно. И для всех это вызвано необходимостью совершенствования, чтобы удержаться в ряду сущего на земле.
Недавно я был свидетелем любопытной сцены. Мы никак не могли подойти к стае тетеревов. За триста метров птицы взлетали. Но вот лесник взял ружье и стал выделывать странный танец. Он падал в снег, вертелся волчком, размахивал красным шарфом, при этом он понемногу двигался к птицам. И что же, фокус удался! Тетерева вытянули шеи и с любопытством наблюдали небывалое зрелище. Любопытство стоило птицам одного петуха. В панике взлетев после выстрела, тетерева наверняка стали чуть-чуть умнее. И я не уверен, что к этой стае смышленому охотнику удастся подойти еще раз.
Недавно я наблюдал в Подмосковье лосей. Я видел: лесные звери совсем не боятся рева низко пролетающих самолетов. Но стоило мне подуть в тихий деревянный свисток, как звери насторожились, подняли головы. Хорошо было видно, как шевелятся подвижные лосиные уши.
Лосям важно было узнать: что за новые звуки? Надо бояться или не надо?
Подобные сцены в природе совсем не редкость. Вот перед вами три фотографии. Две сделаны в Антарктиде, одна — в жаркой пустыне. И там и тут — любознательность. Для пингвинов человек — большая диковина. Стоило нам с геологом появиться на скалах, как сейчас же вокруг собралась «толпа любопытных». Одного пингвина мы посадили в мешок, чтобы отнести на новогодний вечер в поселок Мирный.
Пингвин в мешке ворочался, подпрыгивал. Надо было видеть, какое возбуждение царило у птиц.
Они собрались кругом, кричали, хлопали ластами. «Живой мешок» для пингвинов был величайшей загадкой.
Нечто подобное я наблюдал в минувшем году и в Каракумской пустыне. Колесные яхты под парусами разбудили любопытство, казалось бы, ко всему равнодушных верблюдов. Непонятно, откуда они приходили. Но на каждой стоянке в безлюдных местах, просыпаясь, мы видели озадаченных аборигенов пустыни.
Все живое на земле любознательно. Потерявший интерес к узнаванию обречен.
Фото автора. 3 января 1969 г.
* * *
Редактор Андрей Дятлов
Редактор-составитель Дмитрий Песков
Дизайн-макет Александр Кулаков