У кошки девять жизней
Шрифт:
Когда мы все трое устроились в просторной карете, герцог уже собирался велеть закрыть дверь, но тут Кадо, оставленный на попечение Эмили, запрыгнул внутрь и с чинным видом уселся в проходе.
— Ступай отсюда, — велела я ему, — здесь не место для собаки.
— Пусть сидит, — восторженно заявила Эвелина, глядя на пса, — он никому не помешает. Правда, Огюстен?
Я уже хотела спросить, кто же это такой, но тут же поняла, так как герцог отозвался:
— Я не возражаю.
Какое напыщенное, слащавое имя! Просто
— Пусть он останется, — повторила Эвелина, взглянув на меня.
— Как хотите, — сказала я.
Карета тронулась с места. Я поглядывала на Кадо. Он в самом деле был хорошо воспитанным псом, уж я постаралась, но за его симпатии и антипатии я не могла ручаться. Конечно, он не кусал людей направо и налево, был добродушен и бросался только по моей команде. Но была в его характере некая черточка, над которой я была не властна.
— Можно его погладить? — спросила Эвелина спустя минуту.
— Р-р-р, — предупредил ее Кадо, прежде чем я успела открыть рот.
— Хороший песик, — уже не столь восторженно проговорила девушка.
— Р-р-р, — повторил он.
— Что это он? — уже с опаской спросила она.
— Он не кусается, — пояснила я, — если я не скажу.
— Но вы же не скажете?
— Конечно, нет.
— Р-р-р.
— Прекрати, — строго проговорила я, — ты ведешь себя плохо.
— Может быть, его высадить? — предложил герцог.
— Р-р-р.
— Он не хочет, — перевела я.
Герцог рассмеялся.
— Р-ры-р-ры, — выдал Кадо, совершенно обнаглев.
— Если ты не прекратишь, я посажу тебя в чулан, где ты будешь сидеть до тех пор, пока мне это не наскучит.
Кадо замолк, обиженно посмотрел на меня и вздохнул. Но рычать перестал. Напротив, он улегся на пол, положив голову на лапы. Самое забавное было в том, что одна из его лап оказалась на туфельке Эвелины, которая не смела даже пошевелиться, чтобы отодвинуть ногу, не то, что сказать об этом вслух.
Некоторое время мы ехали в полном молчании. Я понимала, почему молчит Эвелина, но почему молчит ее брат? Тоже опасается собаки? Это просто смешно. Кадо вовсе не такой страшный.
Я никогда не боялась собак. Наверное, это было во мне заложено с детства. Я возилась с ними даже после того, как они меня кусали, хотя батюшка утверждал, что после подобного случая я никогда в жизни больше не осмелюсь подойти к собаке. Ничуть не бывало. И потом, я относилась к ним, как к людям, но с поправкой на то, что они все-таки животные и гораздо глупее многих представителей homo sapiens. Но не всех, так как мне приходилось встречать людей с интеллектом барана.
Ход моих мыслей нарушил какой-то хлопок. Я повернула голову на звук, не понимая, что это такое, как вдруг карета остановилась. Герцог насторожился, а Эвелина схватила его за руку.
— Что случилось? — испуганно спросила она, — что это было? Почему
— Кто-то стрелял, — пояснил он.
Кадо вскочил на ноги с чрезвычайно встревоженным видом. Он насторожился куда показательнее герцога, но они оба были сейчас так похожи, что я сдержала невольный смешок. Странно, должно быть, это будет выглядеть в данной ситуации.
— Дьявол! — выругался герцог, — как я мог об этом забыть!
— Что такое? — Эвелина посмотрела на него.
— У меня нет оружия.
Ну конечно, откуда у тебя может быть оружие! Вот, усы ты подкрутить не забыл.
Дверь кареты распахнулась. Человек в маске, закрывающей его лицо до самых глаз, направил на нас пистолет. Он, как человек предусмотрительный, прихватил его с собой, в отличие от некоторых. Знать, что дороги полны грабителей и не взять оружие! Как можно быть таким безголовым!
Несколько секунд грабитель внимательно нас разглядывал. А потом его глаза остановились на мне. Не знаю, почему я показалась ему такой привлекательной для этой цели, но он взвел курок и дуло пистолета теперь смотрело прямо мне в лоб. Я изумленно смотрела на него. Ну, что он во мне нашел?
И тут Кадо молнией бросился на грабителя и вцепился зубами ему в руку. Тот взвыл от боли и неожиданности, но все-таки нажал на курок прежде чем пистолет упал.
Краем сознания я осознала, что лежу на полу, хотя не могла припомнить, когда успела это сделать. А тем временем герцог подхватил оружие и ткнул им в голову незадачливого бандита. Я подумала, нужно ли мне подниматься, и решила, что пока не стоит. Неизвестно, что еще может произойти. Тем более, я не знала, какой из герцога стрелок.
Грабитель стонал, был бледен и по его лицу стекал пот. Хватка Кадо была железной. Его товарищ давно сбежал, поняв, что дело нечисто.
— Ой, мамочки, — прошептала Эвелина, бледная куда сильнее грабителя, — что теперь будет?
— Что будет, что будет, — проворчала я, лежа на полу, — мне можно встать?
— Попозже, — отозвался герцог, — сейчас разберусь с этим негодяем.
Грабитель, поняв, что ничего хорошего его не ожидает, изо всех сил рванулся, ударил Кадо по носу и ценой нечеловеческих усилий освободил руку. Но далеко уйти ему не удалось. Пес прыгнул ему не спину и проявил свой нрав в полном объеме. Я наконец встала с пола и крикнула:
— Фу, Кадо, фу!
— Зря, — заметил герцог, когда обиженный Кадо вернулся в карету.
— Это противно, — скривилась я.
Он вышел наружу, но не для того, чтобы проверить, как себя чувствует грабитель после знакомства с зубами моего пса, а для того, чтобы узнать, цел ли кучер. Кучер был цел, правда, сильно испуган.
— Хороший пес, — похвалила я Кадо, — молодец. Умница.
— О да, — согласилась со мной Эвелина с благоговением в голосе, — знаете, Изабелла, ведь он спас вам жизнь.