Ты

Грейс Соренс

— Габриэла, прости, прости меня, пожалуйста! Я плохая сестра… я так виновата… умоляю… — мой голос срывается, а из глаз льются слёзы. Их так много, что я практически не вижу лица сёстры.

— Господи, Нила, успокойся, и прекрати выть, — ладошкой сестра вытирает слёзы с моего лица, так неуверенно, что я понимаю, насколько она слаба. Поцеловав её руку, я сама быстрым движением стираю слёзы и улыбаюсь ей.

— Всё нормально, но мне правда стыдно! Как ты себя чувствуешь? Как Арон? А ребёнок? — даю волю чувствам, пытаясь разузнать как можно больше.

— Сестрёнка, давай не так быстро, я только недавно пришла в себя, — Габи мягко улыбается, даря мне эту улыбку, душа в мгновенье наполняется тёплом и страхи постепенно

улетучиваются. Слава богу, мой родной человек рядом со мной. — Арон всё ещё в коме… — она задумчиво молчит, словно решает, как ей поступить, но после смотрит в окно. Ей страшно за Арона. Она его так любит, что не сможет спокойно говорить о том, что ее самый близкий человек находится в таком положение. В очередной раз понимаю, они недостойны этого. — А малыш…

Но я не успела узнать ответ, так как стук заставил меня замолчать. На секунду решила, что возможно это Майк, но надежда быстро разлетелась на тысячу кусочков, так как на пороге показалась Софи. А я думала, она уже вернулась в Лондон, но к сожалению, нет. Стоит, с идеальной укладкой, белоснежной улыбкой и букетом.

— Добрый день, Габриэла! Как ты себя чувствуешь? Мне так жаль, господи, эта невероятная катастрофа? — аккуратно уложив цветы на столик, она подходит ближе. На ней белый короткий топ и такая же юбка, короткая и вызывающая. Как же всё-таки она меня раздражает! Сестра с непониманием во взгляде смотрит на меня, что- то я не помню, чтобы Софи питала нежные чувства к ней.

— Софи, давай выйдем! — смотрю на эту стерву, которую готова растерзать прямо на глазах сестры, но слава богу, вовремя сдерживаю себя. Она может меня третировать по поводу Майка, но трогать Габриэлу я не позволю. Девушка бросает недовольный взгляд в мою сторону, но всё же отрывается от постели Габи.

— Конечно, милая! — этот тошнотворно-приторный тон, заставляет меня скривится. Неужели она до такой степени меня боится, что старается свести с ума.

Как только мы оказываемся за пределами палаты в шумном коридоре, я хватаю её за локоть, разворачивая к себе. Девушка морщится, но это намного лучше её ангельского вида, которое она изображала секунду назад. Чёртова актриска!

— Что это за цирк ты устроила? — я зла. Впервые ощущаю такой дикий приступ злости к человеку, словно я готова ей вцепиться волосы, и выдирать, пока та не останешься полностью лысой.

— Детка! Твоя больная фантазия снова разыгралась! — выдернув руку из моей хватки, Софи поправляет рукав. — Я пришла навестить Габриэлу, вот и всё, а ты и твои извращённые фантазии оставь при себе. И да, Майка тоже оставь в покои!

— Но это ни тебе решать! — то, что она решила мной командовать вызывает лишь смех. Идиотка, которая думает, что сможет заставить всех в себя влюбить. Да это дурной план, при условии того, что её гнилая душа видна за километр, и все игры я знаю наперёд. Приход к Габи не жест доброй воли, а очередная игра.

— Ещё как мне! — девушка разворачивается и смотрит на меня. Глаза горят ненавистью и отчаянием. — Где ты милая сиротка была, когда ему было плохо и больно? Ты, всегда только рушишь всё вокруг. Он, как и тогда, пять лет назад измученный и разбитый тобой пришёл, угадай к кому? — молчу, так как чувствую, как страх заполняет мой живот и лёгкие. Я не хотела этого слышать, я не хочу знать, что именно к ней Майк пришёл. — Правильно понимаешь, ко мне. И тогда, и сейчас! Ты его мучаешь, ты не делаешь его счастливее, только боль и сожаление вот и всё! Ты как яд, проникла в кровь и медленно убиваешь! Оставь наконец его, исчезни из его жизни! Я его люблю, я его смогу излечить и вернуть нормальную жизнь, без искупления вины, надломленного душевного состояния. Знаешь, как он спит ночью? — Зажмуриваю глаза. Я не могу даже представить это, я боюсь что, она всё это знает, она была рядом, она старается помочь. Софи знает намного больше, проводит с ним

ночи, пытается излечить Майка, моего Майка.

— Ему снятся кошмары! — чеканиться девушка, — Но ни разу он не вспомнил о тебе, ни разу в его ночном бреду я не слышала твоего имени…

— Стоп! Замолчи! Перестань! — слёзы рвутся, но я сильнее, я пересиливаю, чтобы не показать свою разбитостью и опустошённостью. Она права, я не могу просто так быть рядом с Майком. Он всегда будет чувствовать вину передо мной, а я буду постоянно помнить об этом.

Глава 24

Звук разнёсся по всей квартире мерзким и неожиданно громким звоном. От резкого подъёма головы от подушки моя голова закружилась. Господи, почему так отвратительно звучит это звонок, хотя с тех пор как я тут живу, это было впервые. В голове промелькнула мысль, что если я останусь тут надолго надо будет заменить эту отвратительную трещалку. Помассировав вески, пытаюсь сконцентрироваться, но вновь квартиру наполнил звон дверного звонка. Что вообще происходит? За окном была глубокая ночь, и кому приспичило ко мне среди ночи вламываться? Машинально бросила взгляд на часы, которые стояли возле кровати на тумбочке, показывали три часа ночи. Накинув халат, и как можно бесшумно прокралась к двери, встав на носочки, уставилась в глазок. По ту стороны двери, опустив голову, стоял Майк. В голове тут же пронеслось воспоминание о нашей последней встречи, о тяжёлом разговоре и странном расставании. Я просто ушла, выслушав его исповедь, просто развернулась, и не сказав ни слова, ушла. Мне нужно было время и наверно мужество осознать, всё то, что произошло. А если взять в расчёт собственные чувства к этому мужчине, ситуацию с сестрой и Ароном, то мысли, которые роились в моей голове меня определённо путали. Но время прошло, а легче не стало, и сейчас прекрасно понимаю, открыть перед ним дверь этой квартиры означала оголить все свои чувства, которые ещё не успели выстроить защитные барьеры. Это не должно было так произойти, он вновь сокращает дистанцию, даже не подумав о последствиях.

Снова моя маленькое убежище охватил звон трели, я вздрогнула, но даже не пошевелилась.

— Нила, открой же! — голос был немного суетлив, но я даже не подумала это делать. Майк не имеет права мне приказывать, ни сейчас ни в той ситуации, в которой мы оказались. — Я знаю, ты дома, ты за дверью, чёрт! Нила! Не будь такой глупой, открывай! В противном случае все соседи выбегут к тебе на этаж…

— Я вызову полицию, уходи! — от собственного голоса меня передёрнула. От него веяло холодностью и решимостью, но насколько этого хватит, не могла знать.

— Вызывай, и мы вместе посмеёмся…ты забыла кто я? — на этот раз он смеялся надо мной, и был определённо прав, ему стоило только назвать заветные буквы, которые складываются в фамилию Тэндел, и любой полицейский будет готов на всё, чтобы помочь богатенькому наследнику. Нет, это точно невыход. — Нила, я прошу, я, чёрт возьми, умоляю тебя, открой! Мне нужно тебя увидеть, мне нужно с тобой поговорить, прошу дай мне возможность хотя бы объяснить, почему? Кричи на меня, обзывай, можешь даже бить… — договорить ему не дала, так как решение открыть пришло за пару секунд, и наверно я вне себя, так как уж точно этого я не хотела. — Привет…

Он смотрит на меня, но это непросто взгляд мужчины на девушку, нет, он словно меня изучает, как будто впервые увидел, чуть склонив голову набок, прожигает своим взглядом, словно факелом. Руки опущены, а в одной замечаю практически пустую бутылку крепкого алкоголя, ноги широко расставлены, он пьян, но честно говоря держится прекрасно.

— Майк — это очень плохая идея… — говорю спокойно, даже отстранённо, но в глубине души моё сердце пылает, а из- за всего пережитого мне так сложно вновь испытывать хоть что-то кроме разочарования и усталости. — Я не успела разобраться во всём, подумать…