Шрифт:
Глава 1
Слышу, как меня зовут, ещё раз делаю глубокий вдох и спускаюсь вниз. В гостиной естественно все уже готово, на стене растянуты буквы «Добро пожаловать». Большой стол у панорамного окна накрыт всевозможными сладостями, а все присутствующие с радостными улыбками что- то увлечённо обсуждают. Абсолютно все в этом дома в предвкушение приезда ещё одного члена семьи, который вот уже как пять лет находился вдали от дома.
— Интересно он сильно изменился? — слышу, как бабуля Кедра спрашивает у какой- то родственницы семьи Тэнделов, на что та лишь пожимает
— Ни’ла, дорогая, почему не нарядилась? — а это уже с удивлением в голосе произносит мисс Тэндел, мать мужа моей сестры Габлиэлы.
— Эм… — не знаю, что ответить. Наверно потому что я не считаю это, каким-то особым праздником, достаточно, что я нанесла на губы матовую помаду винного цвета. Думаю, это достаточно празднично.
— Кара, извините, но как — то не подумала… — отвечаю, пытаясь улыбаться, думаю, если я сейчас начну рассказывать ей все, то, что пылает в душе у меня, врядли женщине понравиться, тем более возвращается ее любимый младший сынок. Но мисс Кара Тэндел делает лишь глубокий вздох, пытаюсь понять по ее выражению лица, что последует за ним, но она опережает все мои попытки придумать развитие событий.
— Габлиэла! — её звонкий голос разнесся по гостиной. Как бы я уважительно не относилась к этой семье, принять факт дотошного характера хозяйки я не могу вот уже десять лет.
Сестра появляется через секунду. Сколько помню, она всегда такая отзывчивая для Кары Тэндел, да и это понятно, так как её благодарность перед этой женщиной у сестры просто нескончаема. Кара научила её всему, быть невероятно элегантной, воспитанной, правильно вести себя в обществе, но самое главное, женщина заменила ей нашу мать.
Двенадцать лет назад
Просыпаюсь от отдаленного воя, не могу понять, что происходит. Желание продолжить спать пересиливает интерес, запихиваю голову под подушку, но этого хватает на минуты три. Вой усиливается, и это заставляет меня все же вылезти из убежища и прислушаться. Звук доноситься из ванной, которая находится практически рядом с моей комнатой. Я себя, считаю достаточно храброй, поэтому опускаю ступни на пол и на носочках крадусь к двери. При приближении к ванной распознаю голос сёстры. Останавливаюсь, решая заходить или нет.
Габриэла последнее время часто закрывается в комнате, иногда я слышу ее плач. Как говорит мама во всем виноват юный возраст, хотя я сама догадываюсь, что все эти страдания из-за мальчишек. Габи нравится сосед, Арон, но тот ее не замечает, и каждый вечер ходит гулять с девочкой с другого района. Сестра рассказывала своей подруге по телефону, что ее зовут Карла, и она вся рыжая. Фу, в том, что рыжий цвет уродливый я полностью согласна с сестрой, и то, что Арон глупый раз связался с этой рыжей, я поддерживаю.
— Габ… — дверь в ванную в этот раз приоткрыта, и я тихонько зову ее. Боюсь испугать сестру, аккуратно толкаю дверь, а дальше все плывет.
Передо мной открывается картина. На полу у изголовья ванны сидит сестра и плачет, внутри лежит мама, ее рука неестественно вывернута и свисает. Только через секунду
— Мамаааа… — Габи поднимает и смотрит на меня, её глаза красные и опухшие от слез, от этого мне становиться страшно, так как я чувствую страх и безысходность которая царила в ванной — Нет! Нет… — мотаю из стороны в сторону головой, я не хочу верить в то, что сейчас вижу.
— Нила, иди ко мне… — всхлипывая, говорит сестра, но я боюсь подходить ближе, мне страшно даже думать о том, что перед глазами — Иди же девочка…
Поворачиваюсь и выхожу из дома, не могу находиться в доме, такое ощущение, что кровь мамы впиталась в стены, и её запах витает повсюду. Выбегаю во двор, на улице уже достаточно прохладно, но меня это не останавливает, и то, что я одной длинной футболке. Проходу мима высокой ели, которой так радовалась когда-то мама, присаживаюсь у скамьи на землю и просто начинаю плакать. Мне страшно, страшно думать о том, что будет дальше.
— Эй, ты, что там воешь? — слышу голос у забора, поднимаю глаза и замечаю голову Майка, это соседский парень, Майк. — Ты меня слышишь? — ничего не могу говорить, словно онемела. — Ты меня вообще понимаешь? — Господи, да уйди ты уже! Майк постоянно цепляется ко мне, самого первого дня, когда мы с семьей переехали из Греции в Майями и по несчастливой случайности стали соседями этого заносчего парня. Самое любимое, чем обожает цеплять меня Майк, это то, что моя семья беженцев. Сначала я расстраивалась и переживала по этому поводу, хотя понимала, что все слова невоспитанного мальчика глупость. Так получилась, что мама вышла замуж за грека, моего отца и десять лет прожила там, но пришло время, и мы всей семьей вернулись на родину мамы.
— Оставь меня… — еле пытаюсь подняться на ноги, но ничего не получается, падаю на землю, приземляясь на пятую точку.
— Ты, что пьяная — этот нахал продолжает насмешливо со мной разговаривать, в тот момент, когда моя мама лежит там, на холодном кафеле, а рядом с ней рыдает моя старшая сестра Габриэла.
— Ты можешь отцепиться от меня! — я практически перехожу на крик. На этот раз я могла подняться на ноги и подойти ближе к забору. — Моя мама умирает, ты слышишь? Понимаешь, что говорю? — руками со всей силы толкаю забор, от чего начинает гореть ладони — А ты продолжаешь издеваться… — его лицо немного искажается, впервые я увидела в его взгляде растерянность.
— Нила, ты, что такое говоришь? — сейчас его голос наполнен страхом, видимо то, что ему говорю, доходит. — Где твоя сестра? Я…я сейчас позову маму…
Дальше все плывет.
Майк исчезает, а через несколько минут у забора появляется его мама, мисс Кара Тэндел. Красивая белокурая женщина.
Она всегда относилась к маме и нам с сестрой уважительно. Пару раз нас приглашала на ужин, а при встречи всегда широко улыбалась. Мама говорила, что Кара Тэндел типичная американка, с слишком яркими чувствами, выставленными на показ.