Ты снова моя
Шрифт:
Мне ничего не остаётся, кроме как идти за ними, присесть поблизости и любоваться тем, как двое самых любимых мужчин мило общаются.
Егорка у меня общительный парень, но только со своими. С незнакомыми людьми он сдержан и держится отстранённо, но с Денисом быстро находит общий язык.
– А мы домой не вернёмся? – спрашивает в какой-то момент Егор.
Я, растерявшись, смотрю на Дениса, но он продолжает сидеть со спокойным выражением лица.
– Ты хочешь домой? – интересуется в ответ настоящий отец моего ребёнка.
–
– Он тебя обижал? – спрашивает, и я вижу, как играют желваки на его лице.
– Маму обижал, – отвечает Егор и переводит взгляд на меня. – Сильно обижал.
Я готова снова расплакаться, потому что всегда была уверена, что ребёнок мало что слышит за стенкой. Я сдерживала себя, чтобы не издавать лишних звуков, не пугать сына, но оказывается… Боже!
– Теперь вас никто не обидит! – заявляет Денис. – Договорились? – смотрит на Егорку, протянув руку.
– Я вам верю, – едва заметно улыбается сын.
– Правильно делаешь, – произносит Васильев, подняв указательный палец.
– Денис, нам бы уехать, – проговариваю, всё ещё боясь за жизнь любимых людей.
– Куда? – вопросительно смотрит на меня.
– Гриша, он… просто так не сдастся, – отвечаю, сглатывая ком в горле.
– А он правду сказал? – вдруг спрашивает Егор.
– Что именно? – хмурю брови я.
– Что ты шлюха, – припечатывает меня своим вопросом.
Так сильно я ещё никогда не терялась, в лёгкие даже воздух перестал поступать, и всё, на что меня хватает – это открыть и закрыть рот, как задыхающаяся рыба.
– Начнём с того, – спасет меня Денис, – что это плохое слово, и ты никогда не должен его использовать, особенно в сторону женского пола хорошо? – сын кивает, а я облегчённо выдыхаю.
Получается, Гриша долго просидел у моих родителей, ожидая нас и промывая мозги Егору. Но как можно такое говорить десятилетнему ребёнку про его маму? Какой же он всё-таки скотина, и слава богу я решилась на этот отчаянный и в то же время смелый шаг.
– И нет, это не правда, – тем временем продолжает Денис.
– Почему он тогда это сказал? – не унимается сын.
– Егор, – со вздохом обращаюсь к нему я.
– Подожди, – подняв руку, Денис не даёт мне договорить. – Попов, то есть Гриша…
– Папа, – кивает Егор, а Васильев стискивает челюсть.
– Я этого не выдержу, Кать, – переводит взгляд на меня, как бы ожидая разрешения, и я киваю, давая ему право на откровения. – Егор, – тут же возвращает своё внимание к сыну. – Так получилось, что когда мы с мамой были молодыми, хотели пожениться, создать семью и жить вместе, – он говорит так, словно имеет большой опыт общения с детьми, а у меня глаза на мокром месте.
– Почему тогда на маме папа женился? – хмурится ребёнок.
– Так получилось, что мне пришлось уехать… надолго, – Денис замялся, наверняка прикидывая в голове, сколько можно знать мальчику. – Но когда я уехал, ты уже был в животе у мамы…
–
– Конечно, – усмехается Денис. – В общем, Гриша не твой папа, – говорит и выдыхает.
– Как? – недоумевающе смотрит на него Егор. – А кто тогда мой папа?
– Я, – с гордостью заявляет Васильев. – И теперь вы с мамой будете жить со мной.
– А ты маму тоже будешь обижать? – с серьёзным, даже враждебным выражением лица спрашивает мой сын.
– Никогда, – мотает головой Денис.
– Хорошо, – одобрительно кивает Егор. – Иначе, когда я вырасту, буду тебя бить, – угрожает, а я уже вовсю плачу.
– Молодец, весь в меня, – кажется, Дениса распирает от гордости. – Вы поели? Я голодный как волк, – проговаривает и поворачивается ко мне. – Нет, ну надо что-то делать с этим фонтаном, – вздыхает, заметив мои слёзы.
– Всё нормально, это от счастья, – спешу успокоить мужчин. – Давайте поужинаем, – встаю на ноги.
– А потом посмотрим кино с попкорном? – радостно спрашивает Егор.
– Всё, что ты захочешь, – хлопает его по плечу Денис.
Сегодня вечером мы позволим себе немного спокойствия и счастья, а завтра начнём войну, и очень надеюсь, что без последствий.
Глава 3
Денис
Сижу на диване в одном полотенце после душа и думаю о сегодняшнем дне. Уж всего этого говна я точно не ожидал, когда приехал отмыть деньги на этом ремонте школы. Не ожидал столько всего из-за одного развода, но хорошо, что приехал и спас Катю от этого урода. Сына обрёл, взрослого, умного и храброго. Гены ничем не скроешь, вряд ли его так воспитал Попов. Сомневаюсь, что он вообще приложил руку к его воспитанию. Да и слава богу, вырос бы ещё один тиран.
– Не холодно? – раздаётся мелодичный голос, и Катя усаживается рядом.
– Нет, – мотаю головой. – Тебе, вижу, да, – обнимаю дрожащее тело и прижимаю к своей груди.
– Это, скорее, от переживаний, – проговаривает и укладывает голову на моё плечо.
– Нечего переживать, – успокаиваю, погладив по волосам.
– Что с тобой сделали? – спрашивает, проводя холодными пальцами по моим рёбрам, где красуется огромный синяк.
– Они заплатят, не переживай, – уверяю её, сам не сомневаясь ни на секунду.
– Прости, – шепчет и почти невесомо касается губами багрового пятна на коже.
– Не начинай опять, тебе незачем извиняться, – проговариваю в который раз. – Я взрослый мужик, и сам принял решение.
– Но явно не на такое ты рассчитывал, – судя по тому, что на мой живот капает, она снова плачет.
– Кать, если ты не прекратишь лить слёзы по любому поводу, у нас будет другой разговор, – серьёзным тоном проговариваю и приподнимаю её лицо за подбородок.
– Прости…
– И извиняться тоже прекрати, у меня уже аллергия на твое «прости», – добавляю.