Ты предназначена мне

Ковалевская Алиса

Я вонзила ногти сильнее, заметила, как лучи фонарей замелькали ближе, и изо всех сил толкнула его.

«Вдвоем нам не выбраться!» – мысль мелькнула подобно вспышке. Я полоснула ногтями по коже ублюдка, все еще держащего нас.

– Чертова бешеная сука! – Он зашипел, на миг ослабил хватку, и я толкнула его что есть силы.

Васька вывернулась, мельком посмотрела на меня. Я различила в свете катающегося по палубе фонарика ее мокрое лицо, распахнутые глаза.

Удар волны, холодный металл, дыхание за спиной, хлесткие удары дождевых струй по лицу…

Ублюдок

сделал выпад в нашу сторону, на помощь ему уже спешили другие.

Вдвоем нам не выбраться…

Глава 3

Руслан

– Руслан Каримович, – отвлек меня от разговора Дмитрий.

Я мгновенно переключился на него. Ночь еще не закончилась, блеклый рассвет только-только начинал разбавлять мрак. Небо из черного постепенно становилось густо-серым, но внутри у меня было все так же темно, как и в тот момент, когда стало ясно, что случилось.

Начальник порта, выдернутый моими людьми из постели, тоже повернулся к вошедшему. Глаза драло от усталости, от горького кофе на языке остался привкус тревоги и ожидания.

– Есть новости? – только и спросил я.

Вопреки всем существующим законам жизни, до больницы Дамира довезли. Прогнозы врачей, чтоб их… Длившаяся несколько часов операция закончилась буквально десять минут назад. Одну пулю достали из его плеча, еще две – из груди, четвертая засела в боку. Живучий сукин сын! Но говорить о том, что дальше, ни один из «Айболитов» не решался. Дамир по-прежнему балансировал на грани, и я понимал это без слов.

– На берегу нашли девушку, – негромко выговорил он, проходя в кабинет.

Я напрягся. После устроенной в сквере бойни все обязанности по обеспечению безопасности Дмитрию пришлось взять на себя. Безопасность… Какая, к черту, безопасность?! Все, что меня волновало – Ева. Находящийся тут же в кабинете Алекс поднялся с дивана.

– Ева? – спросил я коротко.

Внутренности сжались, кровь превратилась в густую жижу из грязного талого снега и колотого стекла. До меня вдруг дошло, что я боюсь услышать ответ. Не потому, что не хочу его слышать, а потому, что… Потерять найденного мной дождливой ночью в лесу Звереныша значило для меня переступить грань.

– Нет.

Я вытолкнул воздух через нос. Отвернулся к окну. Выплеснувшие воду тучи как будто разорвало на клочки, сквозь которые виднелись проблески света.

– У нее нашли это. – Дмитрий подошел ближе и протянул мне бусы.

Узнал я их мгновенно. Нить жемчуга, которую я сам же выбрал среди множества других. Резко поднял взгляд, одновременно с этим забирая ее.

– Что за девушка? – Голос прозвучал глуше прежнего. В глотку словно колючая проволока впилась. – Что с ней? Она жива?

– Да. – Дмитрий был немногословен.

Эта ночь была для него не такой бесконечной, как для меня, но тоже далась непросто.

Я зажал в кулаке бусины с такой силой, что они, округлые, все равно врезались в кожу. Воздух сгустился, голову сдавило.

Длившиеся всю ночь поиски толком ни к чему не привели. Прекрасно понимая, чьих рук дело устроенная в аллее расправа и похищение Евы, я все равно не мог вытянуть нужные концы. Твари хорошо продумали каждый шаг. Ничего удивительного – для того, чтобы сделать то, что сделали буквально под носом у нас с Ренатом портовые крысы, нужно иметь определенную смелость, чуйку и понимание того, как и что устроено. Это уже не говоря о том, что без помощи извне вряд ли бы у них вообще что-то сложилось.

– Говори, – приказал я.

– Ее нашли на берегу в трех километрах от порта. Она жива, но без сознания.

Голые факты, тогда как я жадно ждал деталей, способных пролить свет на то, где мне искать мою жену. Если бы ее хотели убить, сделали бы это еще там, у театра.

Нет. Хотели они совсем другого. Чего именно? Вариантов у меня было несколько, и ни один из них не приходился по душе.

– Продолжай, – потребовал я, перебирая пальцами жемчуг. – Где она?

– Ее доставили в больницу. Судя по всему, она довольно долго пробыла в воде. Еще… – Он немного замешкался. – Не знаю, важно ли это.

– Говори, – повторил я, едва сдерживая желание схватить его и, прижав к стене, вытрясти все до самых незначительных мелочей.

Моя бы воля, я бы сам прочесал каждый клочок этого проклятого города, все побережье, но куда больше толка было от меня тут. Сидевший на краю стола Алекс прищурился, в глазах его блестела сталь. Он медленно поднялся, налил из кофейника черного горького эспрессо.

– У нее необычно длинные волосы, – ответил старший службы безопасности одновременно с тем, как Алекс сделал глоток. – Ниже колен. И платье… истрепанное, но, судя по всему, достаточно дорогое.

Платье меня не интересовало. А волосы… Совпадение?

– Тебе что-нибудь известно? – обратился я к молчавшему все это время начальнику порта. – Ты когда-нибудь видел в порту похожую девушку?

Тот отрицательно мотнул головой. Задумчиво, будто пытался отмотать время вспять, что-то вспомнить.

– Учти, Мартин, – вкрадчиво, с вполне ясным предупреждением проговорил я, – если ты мне врешь… – Посмотрел прямо в глаза. – Думаю, ты сам знаешь, что тебя ждет в этом случае.

– Вся эта чертовщина нравится мне ничуть не больше, чем вам, Руслан Каримович, – сказал он вполне убедительно.

Сомневаться в его верности причин у меня не было, но безоговорочно доверять я мог только нескольким людям. Особенно в свете этой самой творящейся в Грате чертовщины.

– В моем порту…

– В моем порту, – поправил я его сухо.

Он замолчал. Весь этот город принадлежал моему брату. Моему брату и, что бы кто ни считал, – мне. Сколько угодно я мог повторять себе, что больше не имею к делам Грата отношения, что в аварии, случившейся когда-то в прошлой жизни, сдохли мои обязательства и ответственность за все, что тут творится. Ни хрена! Грат намертво въелся в меня с первым вдохом его воздуха, отравленного предательством и пропитанного запахом моря.