Ты предназначена мне

Ева

– Не говори потом, что я тебя не предупреждала, – выплюнула Стэлла, когда я резко отдернула руку.

– Не надо меня предупреждать! – Голос мой зазвенел.

Обе мы стояли на крыльце возле театра. Несмотря на то, что ночь принесла с собой влажную прохладу, было достаточно тепло. А может быть, я просто не чувствовала холода.

– Обойдусь без твоих предупреждений! – выкрикнула еще более раздраженно. – Живи своей жизнью,

а я буду жить своей.

– Хорошо! – Она тоже повысила голос, но тут же взяла себя в руки и заговорила тише: – Как скажешь. Только когда будешь скулить в подушку, помни, во всем виновата только ты сама.

Договорив, она сбежала с крыльца и быстро пошла прочь. Ее изумрудное платье постепенно сливалось с темнотой, стук каблуков затихал с каждым шагом.

Судорожно выдохнув, я сглотнула. В этот момент я снова ненавидела ее. Ненавидела еще сильнее, чем когда поняла, почему Руслан все эти полгода не напоминал о себе. Сильнее, чем когда-либо, – и в то же время где-то в глубине души чувствовала, что намертво связана с сестрой. Янтарные крапинки в радужке глаз, чуть различимые хрипловатые нотки голоса в моменты особенного волнения…

– Вам лучше вернуться внутрь, – обратился ко мне Дамир, стоило отойти от театра на несколько шагов.

За тот месяц, что я провела в особняке, разговаривали мы с ним всего несколько раз. Немногословный и спокойный, он был одним из тех, кто отвечал за безопасность.

– Я хочу немного подышать воздухом, – ответила я так же сдержанно, все еще пытаясь унять горечь и гнев после нашей короткой и колючей перепалки со Стэллой. Смотрела ей вслед, чувствуя, как быстро течет по венам кровь, а горло сжимается из-за подступивших слез.

– Руслан Каримович не давал распоряжений насчет этого.

Я перевела взгляд на Дамира.

– А какие он давал распоряжения? – не смогла скрыть раздражения.

– Не выпускать вас из виду.

– Так не выпускайте.

Как и сестра немногим раньше, я сошла вниз по ступеням. Дамир и еще несколько сотрудников безопасности последовали за мной.

Еще двое, вынырнув из темноты, зашагали рядом с двух сторон.

– Всего несколько минут, – сказала я Дамиру, понимая, что он ни в чем не виноват. Тем более уж в моем отвратительном настроении и гнетущем чувстве, охватившем сердце. – Несколько минут.

– Несколько минут, – согласился он. – Потом вы вернетесь на бал. Так будет для вас лучше.

Я промолчала. Лучше для меня… Опять эти слова. Лучше. Лучше или нет, сейчас мне хотелось несколько минут подышать пропитанным влажной прохладой воздухом и побыть в тишине.

Высаженные по обеим сторонам аллеи деревья негромко шуршали молодой листвой. Вечер был тихим и спокойным, но в воздухе уже пахло дождем. Снова дождь…

Пройдя немного вперед, я подобрала подол платья и присела на край деревянной скамейки. Посмотрела вдаль, на скрывающуюся в темноте дорожку, и поежилась.

– Возьмите. – На плечи мне лег пиджак.

Подняв голову, я встретилась взглядом с Дамиром. Лицо его скрывала темень. Свет ближайшего

фонаря позволял различить черты ровно настолько, чтобы понять, как он сосредоточен.

– Спасибо. – Я придержала полы. – А как же вы?

– За меня не беспокойтесь, – проговорил он негромко. – Только прошу вас, Ева. Недолго.

Сказав это, он отошел в сторону. Недалеко, метра на три, так что теперь я могла рассматривать его спину. От пиджака приятно пахло мужским одеколоном. Я вдохнула запах, но не почувствовала ничего, кроме того, что и должна была: кедр, сандал… До ломоты в пальцах захотелось сжать полы другого пиджака, вдохнуть другой запах.

Опустив голову, я свела колени, плотно сжала ноги и задумчиво уставилась на мыски туфель. Услышала треск рации, приглушенный голос Дамира. Остальные люди из службы безопасности стояли тут же, в радиусе нескольких метров, но я старалась представить, что их нет. Как будто бы я одна этой ночью. Я, шелест листьев… И на плечах моих пиджак, почти так же пахнущий кедром и сандалом. Пиджак, принадлежащий совсем другому мужчине.

– Черт подери!

Отрывистые, глухие слова, прозвучавшие одновременно с пронзившими ночь хлопками, мгновенно выдернули меня из задумчивости, и в то же мгновение стоявший ближе всех ко мне охранник упал на асфальт. Рядом с ним – еще один.

– Какого… – Выхватив из висящей на поясе кобуры пистолет, самый молодой из охранников несколько раз выстрелил в сторону.

В ужасе я отпрянула к другому концу скамьи. Пальцы скользнули по холодному дереву, каблук подвернулся в тот момент, когда я, подскочив, бросилась прочь.

– Сюда, Ева! – Дамир не дал мне упасть. Придержал и, отстреливаясь, быстро посмотрел назад. Грязно выругался. Едва я обернулась – поняла почему. Отступать было некуда. Прямо на нас ехал темный седан, аллею перегораживали люди в черных масках. Судорожно вцепившись в руку Дамира, я всхлипнула.

– Что бы ни случилось, Руслан не оставит вас. – Выстрел в темноту. Мимо просвистела пуля, за ней еще одна. – Проклятье! – поморщился Дамир.

Пистолет в его руке дрогнул, челюсти сжались. Снова свист пуль…

– Бегите! – Дамир что есть силы толкнул меня к деревьям. – Бегите к дороге!

Еще одно ругательство сорвалось у него с языка, по рубашке расплылось алое пятно.

Я кинулась в неизвестность. Дыхание вырывалось из груди толчками, легкий шифон цеплялся за кусты и ветки, каблуки увязали во влажной земле.

Когда-то я уже бежала сквозь лес в никуда… Подхватив подол, бросилась в сторону, слыша за спиной становившиеся все реже хлопки. Сквозь стучавший в висках пульс и шум собственного дыхания до меня донесся еще какой-то звук. Хруст или…

– Она у меня! – Крепкие пальцы на плече, рывок. – Можем убираться отсюда.

– Пусти!

Я забилась, пытаясь вырваться. Без разбору ударила державшего меня локтем. Липкий, первобытный страх сковал все мое существо. Бежать…

– Отпусти! – прорычала, изо всех сил толкнув схватившего меня локтем, впилась ногтями в его руку.