Ты - не вариант

Дэви Аллен

После гимна происходит вбрасывание, свидетельствующее о начале матча, мы все переводим взгляд на лед и замолкаем, молча наблюдая за происходящей игрой.

С первых минут игра проходит на высоких скоростях и жестком прессинге. Множество передач, силовых приемов и свистков судей. К середине третьего тайма на табло счет 3:3.

— Мне нужно успокоительное, — стонет Полина, пряча руки в рукава своей новой джерси.

— Это мне нужно успокоительное, — парирует Мишель, сидящая рядом со мной.

— Может нам лучше пойти домой? — заботливо

спрашивает ее муж.

— И пропустить конец матча? Нет уж.

— Максим, что ты там смотришь в своем телефоне? — хмуря брови, спрашивает Полинка.

— Хоккей.

Мы все трое смотрим на него, как на сумасшедшего.

— Милый, зачем тебе смотреть на телефоне, когда у тебя такая картинка в реале? — Мишель обводит рукой пространство.

— Любимая, я ничего не понимаю в нем, а тут, — он трясет телефоном, — комментаторы мне все рассказывают.

— Странный ты, — ухмыляется подруга, переводя взгляд с него обратно на лед.

За семь минут до конца игры нападающий команды «Ястребов» Снегирёв получается две минуты за толчок соперника клюшкой.

Мишель с Полиной хватают меня за руки с двух сторон, ища поддержки.

Обе команды технически сложены, готовы как выдерживать давление, так и создавать его. У ворот Вени Морозова происходит самая настоящая битва: соперники яростно пытаются забить, пробуя разные комбинации, а наши парни всеми силами защищают своего вратаря.

Это, наверное, самые трудные две минуты сегодняшнего матча, когда до конца остается не так много времени, нет прав на ошибку. Все это понимают и делают все возможное, чтобы не допускать их.

Очередное вбрасывание проходит у ворот соперника. Его выигрывает Илья, передавая пас своему партнеру по команде Павлу Алексееву. Но тому не удается нанести удар по воротам, неудачное положение клюшки и шайба уже у противника. Я еще никогда не видела таких больших скоростей, мне иногда трудно уследить за маленькой черной точкой на льду. В следующую секунду хоккеисты оказываются у ворот «Ястребов». Мы не успеваем и глазом моргнуть, как мощный удар 65-го номера команды соперников направляет шайбу точно в ворота.

— Вот блин, — стонут девочки одновременно.

Я глазами нахожу печальное лицо Марка и мое сердце сжимается. Я не слышу ничего вокруг, смотрю лишь на своего парня.

— Так, не расстраиваемся, — подбадривает дяди Дима нас всех и выводит меня из легкого транса. — Играть еще четыре минуты. Я верю в них.

Его слова приятно греют душу и ловлю себя на мысли, что Марку было бы приятно услышать это.

— Если я правильно понял, то тренерский штаб будут делать запрос на положение «вне игры», — произносит Максим, не отрывая взгляда от экрана своего телефона.

— Повтори, — требует Полина.

Но повторять не требуется, по арене разносится мужской голос.

— Внимание. Главный тренер команды «Ястребов» берет запрос на положение «вне игры» перед взятием ворот.

— Макс, дай мне сюда свой телефон, — командует дядя Дима, и мужчина без возражения протягивает

ему свой мобильник вместе с наушниками.

Мы все затаили дыхания, молча смотря как брови отца Марка сходятся на переносице. Эти секунды кажутся вечностями, а сердце бешено стучит, стремясь уйти в самые пятки.

— Что скажешь? — мой папа говорит встревоженно, заглядывая в телефон.

— На тоненького, — пожимает плечами. — Может сейчас покажут с другого угла.

Ситуации бывают разные. Полина успевает сказать, если запрос не оправдается, то команде «Ястребов» дадут штраф две минуты за задержку игры.

— Это «вне игры», — не спеша констатирует дядя Дима. — Игрок соперников двумя коньками вошел в зону «Ястребов», когда шайба еще не пересекла синюю линию.

В этот момент главный судья выезжает на середину льда.

— Внимание, — звучит твердый и уверенный голос. — После видеопросмотра определено: было положение «вне игры». Взятие ворот не засчитывается.

— Да! — мы вскакиваем и вместе с болельщиками взрываемся одним общим счастливым криком.

— Мишель! — обеспокоено подпрыгивает Максим. — Пожалуйста, побери нашего ребенка.

— Наш ребенок счастлив, что его дядя получил шанс, — она смотрит на мужа, улыбаясь и оставляя легкий поцелуй на его губах.

Максим тут же смягчается, но просит жену сесть, пока мы обнимаемся с Полиной.

За три минуты до конца основного времени, линейный судья дует в свисток и поднимает шесть пальцев.

— Что это значит? — спрашиваю я.

— Нарушение численного состава, — отвечает мне дядя Дима.

— У кого?

— У соперников.

— Дашка, это удаление, — радостно трясет мою руку подруга. — Наши будут в большинстве.

Судья назначает вбрасывание в зоне команды соперников. Капитан команды «Ястребов», благодаря своим умениям, забирает шайбу себе. Ему удается нанести удар по воротам, но шайба попадает в штангу, отскакивая. Не выходя из зоны соперников, хоккеисты «Ястребов» пасуют шайбу между собой. Илья делает передачу на Марка, и он, будучи открытым, с неудобной руки и на одном колене, забивает гол.

— Да!!! — Мы снова вскрикиваем и обнимаемся, разделяя взаимную радость.

— Мишель! — не угомонится Максим. — Пожалуйста.

— Хорошо, любимый, — она садится рядом с ним, прижимаясь к нему. — Я просто не могу сидеть. Я так рада за брата.

— Я тоже за него рад, — он целует ее в макушку. — Тебе не холодно?

— С тобой нет, — рядом с ними глаза начинают щипать.

За тридцать секунд до окончания третьего периода, трибуну предвкушают неминуемое, скандируя название команды «Ястребов». Это один из самых ярких матчей, на которых мне удалось побывать. Радость переполняет меня изнутри, готовая осветить всю арену, если на ней внезапно выключат свет. Когда финальный гудок оповещает об окончании встречи, мы все вскакиваем с мест и поочередно обнимаемся друг с друга. Дяди Дима наклоняется ко мне навстречу и целует в лоб, словно я его дочь.