Ты - не вариант
Шрифт:
— Мы можем выбрать вместе? Вместе придумать дизайн, — я не спеша начинаю гладить ее руку, проводя линии от кончиков пальцев до ключицы. — И вместе там жить.
От удовольствия Даша закрывает глаза, и я принимаю это, как призыв к действию. Провожу пальцами по шее и ключице, веду линию вдоль тела, через футболку, до тех пор, пока не дохожу до бедер.
— А как же моя квартира? — шепчет она, закусывая нижнюю губу.
— А что с ней не так? Она твоя. Ты сможешь приходить туда, когда захочешь. — я глажу
Ее тело покрывается миллионами мурашек, и она начинает слегка ерзать на кровати.
— Дашуля, — ласково зову ее я.
— М-м-м, — откликается она.
— Что ты скажешь?
— Я скажу… — я задираю футболку, оголяя ее плоский живот, оставляя на нем легкий поцелуй. — Звучит очень хорошо.
— Значит ты не против жить вместе? — тянусь к ее ямочке за ухом, нежно целуя и заставляя ее хихикать.
— Вот как тебе отказать? — Даша открывает глаза и смотрит мне прямо в душу, оголяя все нутро. Я молча отдаю ей все, что могу только дать, и она принимает это, не отталкивая ничего.
— Сам не знаю, — дерзко ухмыляюсь.
Моя девушка обхватывает холодными ладонями мое лицо, притягивая к себе, и накрывает мои губы своими. Возникший пожар между нами не стремится затихать, а, наоборот, только набирает обороты. Я сам готов вновь и вновь подкидывать дрова в него, лишь бы этот огонь не заканчивался.
Я ставлю на стол перед Дашей кружку с свежеприготовленным кофе, и она с удовольствием тянется к нему.
— Осторожно, он же горячий, — с улыбкой прошу я.
— Хорошо, — она ставит кружку обратно на стол, весело болтая ногами, сидя на высоком стуле. — Ты как, готов?
— Наверное, — пожимаю плечами и без труда понимаю, о чем она спрашивает.
Сегодня решающий матч за выход в плей-офф. Какая команд выиграет вечернюю игру, та безоговорочно попадет в чемпионат на выбывание и приблизится к кубку.
— Ты же придешь? — с надеждой спрашиваю я, садясь напротив.
— Конечно, спрашиваешь еще тоже, — усмехается она. — Полина придет. И папа тоже.
— Значит, я могу не беспокоиться о том, что ты в безопасности доберешься на матч, — говорю я, делая небольшой глоток кофе.
С Андреем Владимирович у меня состоялся серьезный разговор сразу же, как он узнал, что мы с его дочерью состоим в отношениях. Скажу правду, сначала он не особо обрадовался, зная мое прошлое, но я его заверил, что никогда не обижу его дочь. Поэтому сейчас он потихоньку оттаивает.
— Доедем в целости и сохранности. Только нужно до моей квартиры еще доехать.
— Зачем? — хмурюсь я. — Ты же хотела провести день у меня?
— Хотела, но вспомнила, что кое-что забыла, — Даша лукаво улыбается.
— Кое-что —
— Джерси, — моя улыбка становится шире ее.
Меня приятно греет душу только одна мысль, Дашка будет болеть за меня в джерси с моей фамилией и моим номеров. Теперь я понимаю, про что говорил Мороз. Она — моя особенная. Та, которая будет сидеть среди несколько тысяч болельщиков и болеть именно за меня.
До матча остался всего час. Нервы накалены до предела. Нам нужно вырвать победу и пройти в плей-офф. Это понимаю не только я, но и вся команда.
Николаич разрешает выйти к родственникам: передать билеты, поприветствовать их и услышать необходимую поддержку. Поэтому мы с Илюхой выходим на улицу. Народ начинает уже собираться. Мы отходим в сторонку, чтобы не привлекать к себе внимания.
— Марк, — слышу я громкий женский знакомый голос, но этого не может быть, сестра улетела еще в конце января, но это точно она. Мишель бежит ко мне в объятия с счастливой улыбкой на лице.
— Что ты тут делаешь? — я разрываю объятия, целуя ее в щеку. — Тебе вообще кто разрешил летать, будучи беременной?
— Не ворчи. Врач сказал, никаких противопоказаний нет, — она гладит уже округлившийся живот. — Ребенок развивается хорошо.
— Привет, Мишель, — здоровается с моей сестрой Илья.
— Привет, — сестра обнимает его.
— Отлично, когда там я уже узнаю, кто будет у меня? Племянник или племянница?
— Скоро, — рядом появляется Макс.
— Ты какого…тут делаешь? — удивленно жму ему руку.
— Ты что думал, я отпущу свою беременную жену одну? За кого ты меня принимаешь, дружище? — улыбается он, отвечая на рукопожатие.
— Мда, ты прав. Что это я? — в ответ парень лишь усмехается и пожимает плечами.
— А мы не одни, — смеется Мишель.
— Да, я вижу, — указываю на живот.
— Я не про него.
— А про кого? — недоверчиво смотрю на сестру.
— Сын, — из угла выходит отец и мать. Мои брови стремительно ползут вверх. Какого… здесь происходит?
— Пап? — я удивленно таращусь на него, не веря своим глазам. — Что ты тут делаешь?
— Решили приехать поддержать тебя, — он легонько обнимает меня. — Хорошо, у Ильи оказались лишние билеты.
— Ты знал? — смотрю на друга в упор.
— Конечно, — он спокойно кивает. — У меня были билеты, и моей маме будет не так скучно сидеть одной на трибунах.
— Это точно, а где она? — спрашивает мама, целуя меня в щеку.
— Скоро должна подойти.
— Отлично, тысячу лет ее не видела, — она улыбается.
Мой отец приехал на матч, чтобы поддержать меня? Доходу, да. И теперь я стал волноваться еще больше. Нет, теперь я знаю, даже если мы проиграем, он будет рядом.