Ты - Моя Душа
Шрифт:
Арина едва сдерживала откровенный хохот, наблюдая за обескураженным Авериным, открывающим и закрывающим обратно рот.
— Рыжик, опять по городу гоняла как угорелая?! — рявкнул вернувшийся Северов, который, кажется, стал еще более буйным, чем был ранее. — Двести пятьдесят километров в час! Я у тебя отберу ключи от машины!
— Вадик, машина разгоняется до трехсот пятидесяти. Я была аккуратной.
— Аккуратной! — взвизгнул губернатор. — Аккуратной?! Ты нормальная вообще?! Ты же беременная, Рыжик! Ты соображаешь, что творишь?!
— Беременным нужны положительные эмоции. А быстрая езда делает меня счастливой, — невозмутимо
— Я не доживу, пока ты родишь, — прошептал сдавшийся Северов.
— Вадик, а куда ж ты денешься?! — сказала его чудная жена и погладила его по лысине.
— Девочку назовем Дашей.
— А мальчика — Егор.
— Как твоего дружбана мажора? Да ни фига! — не согласился губернатор.
— Тогда девочку Фёклой назовем.
— Мою дочь не будут звать Феклой!
— Выбирай, либо девочка Даша и мальчик Егор, либо девочка — Фёкла, а мальчик — Руслан!
— Через мой труп моего сына будут звать Русланом! Да я скорее пулю себе пущу, чем сделаю его тезкой Барина!
— Решено, назовем Егором.
— Лора, ты совсем страх потеряла?! — рявкнул ее возмущенный муж.
— Какой страх? Я не знаю, что это такое. У меня же муж — сам Вадик Северов. Чего мне бояться?! — спросила хитрая рыжая лисичка, ластясь к мужу. У бедного взмокшего губернатора не было ни единого шанса против столь откровенной женской манипуляции. Он лишь покачал головой, признавая свой проигрыш.
Арина наблюдала за четой Северовых с одной стороны с интересом, с другой — с гнетущей тоской. Вот чем сейчас они должны быть заняты с Авериным! Выбирать имя своему малышу, а не выяснять, является ли Саша отцом. Она закрыла глаза от невыносимой боли и сжала зубы, чтобы не заорать во все горло от безысходности. Как же они с Авериным докатились до такого?! Как превратились из людей, мечтающих об общем ребенке, в заклятых врагов?!
— Врач ждет вас, прошу пройти за мной, — медсестра подошла к ней и тронула за плечо. — Вам плохо?
— Я в порядке, спасибо.
Медсестра провела их на ультразвуковое обследование. Ее уложили на кушетку и намазали холодным гелем плоский живот. Через пару минут врач сообщил:
— Поздравляю, вы беременны. Срок примерно шесть-восемь недель. Беременность маточная, — сказал врач и развернул к ней экран. Арина завороженно смотрела на маленькую горошину, появившуюся на экране. Ее ласточка! Боже, какая она крошечная! Арина перестала дышать. Она вглядывалась в этот крошечный комочек, который был еще почти точкой на экране, теплое чувство растеклось по ее телу. Ее ресницы задрожали, и она не смогла сдержать слезы счастья.
— Поздравлять рано, еще неизвестно сумеет ли она родить, — резкий голос Аверина вернул ее обратно в суровую реальность. Это был удар ниже пояса! Арина побледнела, у нее поникли плечи. Она судорожно сжала кулаки и прикусила нижнюю губу.
— Сейчас пока еще рано говорить о патологиях. На данном этапе плод развивается нормально, — ответил врач, продолжая водить белым приспособлением по ее животу. — Вам надо стать на учет и выбрать гинеколога, который будет вести вашу беременность. Повторное УЗИ сделаем на двенадцатой неделе, тогда смогу точнее сказать, есть ли патологии, а также смогу назвать пол ребенка.
Арина не слышала
— Не трогай меня, — прошипела она. — Никогда больше не смей дотрагиваться до меня!
— Арина, я просто хотел помочь…
Она ничего не ответила. Послушно отдала свою руку медсестре. У нее взяли кровь и сообщили, что результаты будут готовы только через две недели. Мертвецки бледная Арина вышла из процедурной и направилась к кабинету своего гинеколога. Саша последовал за ней, но она его остановила:
— Дальше ты не нужен, Аверин. Можешь быть свободен. Тебя твоя повариха заждалась!
— Молись, лживая лицемерка, чтобы этот ребенок был мой! Иначе я сверну твою шею! — процедил сквозь зубы Аверин, со всей силы сжимая кулаки.
— Тебе хоть раз приходило в голову, Саша, — сказала Арина на очередной его выпад, — что я могла не говорить тебе о Данииле? А? Господи, как я жалею о том, что не послушалась Юлю и честно призналась. Дура! — с горечью расхохоталась она. — Я могла бы скрыть наличие любовника и избежать стольких проблем! А знаешь, что самое смешное? Учитывая тот факт, что ты живешь на своей работе и кроме нее ничего не видишь, ты бы даже не заметил, Аверин, что тебе наставляют рога, — Арина усмехнулась, стирая одинокую, предательскую слезу со щеки. — Я пришла к тебе до измены. Не после, Саша, а ДО! Но ты был так занят самолюбованием и собственным величием, что просрал жену, Аверин! Уж прости меня за выражение! Но знаешь, что? Если ты думаешь, что я сплю и вижу, чтобы родить от такого бесчувственного, холодного козла как ты, то сильно ошибаешься! Единственное, о чем я буду молиться, чтобы этот ребенок оказался не твоим! — бросила ему в лицо Арина, развернулась и зашла в кабинет гинеколога, закрыв дверь прямо перед носом злого Аверина.
Выслушав заверения Ольги Николаевны, что беременность протекает нормально, а так же все ее наставления, она вышла из клиники совершенно разбитой. Буквально рухнув на сиденье, Арина вставила ключ в зажигание, но так и не смогла завести машину. Она судорожно обхватила руками руль и разрыдалась.
— Не слушай его, ласточка! — обратилась она к своему будущему малышу, нежно погладив все еще плоский живот. — Я обязательно тебя рожу. Здоровой, умной и красивой. У нас все получится. Я сдохну, но ты появишься на свет! — Арина отчего-то решила, что у них с Авериным родится девочка…
Следующие две недели Арина была крайне занята. Она записалась на йогу для беременных и стала регулярно посещать занятия по утрам. Так же она пошла на курсы по уходу за младенцами, где стала учиться пеленанию и правильному кормлению. Она закопалась во всевозможные форумы для мамочек, купила, кажется, сотню книг о беременности, родах и воспитании детей и стала их изучать. Она даже встретилась с дизайнером и обсудила макет будущей детской комнаты.
Через две недели администратор театра позвонил ей и напомнил о предстоящем спектакле на выходных. Полностью отдавшись заботам будущего материнства, Арина совершенно забыла о своей работе. Ей придется уйти в декрет немедленно. Она больше не поставит театр в приоритет, она не совершит ту же ошибку дважды!