Ты моя, девочка!
Шрифт:
— Может ответишь, наконец? — тихо говорю, слегка взглянув на него.
— Не твое дело! — грубо бросает, не отводя глаза с дороги.
Он останавливается около огромного цветочного магазина. Господи… Что происходит? Хочется спросить, но я на него сильно обижена. Больше говорить с ним не буду, пока сам не начнет разговор. Выходит, оставляя меня одну. И около получаса не возвращается. С кем-то по телефону разговоривает около входа. Время не идёт. Замерло. Что за план он придумал? Не знаю… Но я пешка в этой игре, которой не жалко
Наконец он идёт в сторону машины с маленькой вазой в руках, внутри которого розы. Разного цвета с укороченными стебельками. Раньше было бы больно… Но сейчас всё равно, кому он их купил. Он уничтожил мои чувства к нему. Любовь. Страсть. Притяжение. Оказывается, несколько слов и на это способны. В данный момент я чувствую себя обязанной быть с ним. Я должна ему крупную сумму. А это нужно отработать!
Он кладёт цветы на заднее сидение. Садиться и смотрит на меня. В глаза. В упор. Несколько секунд. А потом отворачивается и снова заводит машину.
— Может объяснишь? — мне не терпится узнать, что происходит.
Я хочу пойти к маме. Быть рядом. К вечеру должны сделать операцию. Но я понятия не имею, что он задумал и куда мы едем.
— Объясняться будешь ты! А сейчас просто молчи, если не хочешь меня злить. — даже не поворачивается ко мне.
— Ты уже зол, как чёрт! Да и мне всё равно, что ты там запланировал. Ничего хорошего от тебя не жду… Просто скажи, куда мы едем? — цепляюсь за ручку двери и сжимаю её от ярости.
Не проходит и секунды.
Он притягивает меня к себе и грубо впивается в губы. Терзает их. Щетина царапает кожу. Жжёт. Его язык проникает в мой рот. Властно. Жадно. Переплетается с моим. По коже рассыпаются мурашки.
Господи… Снова он заставляет подчиниться меня и мое тело ему. Но я не хочу!
— Офигел! Разобьёмся! — задыхаясь говорю, отталкивая его.
— Офигел! — подтверждает, — Рядом с тобой меня уносит к чёртовой матери. И да, я зол! Но не на тебя!
Я нервно сглатываю.
Какая муха его укусила? Столько вопросов в голове, но ни одного ответа…
Взяв мою руку, приподносит к губам. Целует кончик каждого пальца, не отводя глаза от дороги. Не отпускает до того, пока не жмёт на тормоз. Останавливается у больницы, в которой должна пройти операция мамы. Что это значит?
Вопросительно смотрю, но он игнорирует мой любопытный взгляд. "Может на аборт сюда приехали?" — мелькает в голове. Нет, я этого уже не жду.
А может и напрасно…
— Алекс! Зачем мы здесь? — цепляюсь за его куртку, замечая, как он открывает дверь.
— Выходи. Сейчас узнаешь.
Он, словно собственная больница, направляется в сторону регистрационной и произносит какое-то имя. Нас отправляют в кабинет врача. Алекс не отвечает на мои вопросы, лишь приказывает замолчать. Но я не могу…
— Иван Иванович. Добрый день. — они пожимают друг другу руки.
— Добрый, Александр Петрович. Мне сказали о вашей просьбе. — врач странно смотрит
— Эта была не просьба. Когда операция? — слишком резко спрашивает Алекс, на что мужчина сглатывает перед тем, как ответить.
— Максимум через час. Готовимся.
— Отлично! Моя девушка хочет увидеть свою мать. Вы знаете, что нужно делать.
— Какая палата? — ещё жёстче произносит он. Врач смотрит то на меня, то на Лекса. Не нравится ему эта ситуация, но он будто вынужден подчиниться приказам Гордеева.
— Следуйте за мной, — говорит и выходит из кабинета. А мы за ним.
Я сжимаю руку Алекса. Сейчас я готова сделать всё, что он пожелает. Я увижу маму до операции. Обниму. Поцелую. А через пару дней, дай Бог, она прийдёт в себя.
— Спасибо. — шепчу одними губами, встречаясь с ним взглядом. Он ничего не отвечает, лишь кивает. Его выражение лица мне не нравится. Он снова смотрит по сторонам. Кого хочет увидеть? Что вообще, чёрт возьми, происходит?
Заходим в лифт и поднимаемся на пятый этаж. Столько людей в больнице, словно нет здорового человека. Мне не терпится увидеть мамочку. Родную мою. Любимую.
Алекс, словно скала рядом со мной. Сейчас мне ни капли не страшно с ним. Так и хочется обнять его сильно-сильно. Прижаться всем телом. Но… Я ещё не знаю подвоха… Если есть, конечно. Вдруг что-то задумал? У меня же всегда так… Живу счастливо и думаю, что никто и ничто не сможет испортить мне жизнь. А потом, БУМ, и всё вдребезги разбивается. Как в тот день, когда Алекс условие поставил.
— Здесь, — врач кивает в сторону палаты. — Подождите тут. Я отправлю медсестру, она будет с вами.
— Хорошо. Мы подождём. — высокомерно бросает Лекс, и снова неприятно становится. Так не обращаются с людьми, которые намного старше! — Чёрт! Забыл вазу с цветами. Я быстро, Окей? — обращается ко мне.
— Ладно, — шепчу я, опуская его руку.
Он уходит, а я жду в кародире. Время будто замерло. Так бывает всегда, когда чего-то ждёшь с нетерпением. Мысленно считаю до шестидесяти и обратно. И так несколько раз. Но Алекс не появляется.
— Женя, — слышу позади голос человека, которого прямо сейчас готова задушить. Своими руками. Поворачиваясь, вижу своего бывшего мужа перед глазами. Боже… Джинсовые штаны и черная кожанка. Обувь в грязи. А сам на бездомного похож. Любовница не хорошо смотрит за ним, значит… Впрочем, мне плевать!
— Миша?! Какого чёрта? — произношу сквозь стиснутые зубы. — Зачем припёрся, придурок? Из-за тебя она в таком состоянии! Как ты смеешь появляться тут?
Я неосознанно повышаю тон, забывая, что нахожусь в больнице. Как я могла полюбить такую сволочь? Да не любила я его! Какая к чёрту любовь, если каждую ночь тихо прикрадываешься в комнату, дабы мужика не разбудить. Да! Я именно так и делала. Избегала, чтобы не приставал. А сейчас, буквально тошнит от него.