Твой

Дарк Обри

Я ещё раз дотронулась языком до найденного мной местечка, отчего он вновь застонал. И снова во мне расцвело тепло. Я с ним это делала.

Контроль в моих руках.

— О-о-ох.

Он принялся вращать бёдрами, толкая член вперёд-назад. С каждым поглаживанием я проводила языком всё дальше и дальше по его стволу. На кончике обязательно проверяя, что коснулась того места, которое нашла. Его член, уже блестящий от моей слюны, скользил в ладони несмотря на мою крепкую хватку.

— Блядь, да. Да. Боже мой, да!

Я сравнялась

с его ритмом, чувствуя, что его сердце бьётся быстрее и быстрее. Моя же жажда стискивала меня глубоко изнутри. Как бы усиленно я не старалась заглушить внутри себя то, чему нравилось это чувство, у меня не получалось. Я любила ощущение его сердцебиения в своей ладони. Любила гладкую кожу, его налившийся от желания член. Я была причиной этого желания.

Вдруг он прекратил толкаться в меня бёдрами. Не желая останавливаться, я придвинулась ртом вперёд и взяла его в рот так глубоко, как могла. Мои губы плотно сомкнулись вокруг него. Я почувствовала его руку на своём плече.

— Господи, Джессика, я сейчас кончу...

Его член стал каменно-твёрдым, и я ощутила спазм в ладони, когда скользнула обратно. Щёлкнула языком по месту прямо под кончиком. И не прошло и секунды, как он извергся мне в рот.

Я инстинктивно проглотила, всё ещё обхватывая губами пульсирующую головку. Он задрожал, ослабив хватку на моём плече. Выдохнул, и я почувствовала, как он вновь дёрнулся в моей руке. Дрожь прошлась по нему и трепетом отозвалась в моём теле.

— Боже. это было невероятно.

Я села обратно на пол, поражённая тем, что сделала. Это... это была не я.

— Джессика...

Я сделала это. И мне понравилось. Но если он был монстром, то кем это делало меня?

— Джессика, иди сюда...

Он подтянул меня на ноги, и я отпустила его. На трясущихся ногах я поднялась и снова почувствовала в себе несоизмеримую жажду, плотно натянувшейся пружиной. Я встала между ним и стеной, зазвенев по бокам цепями. В утреннем свету его глаза сияли подобно небу.

Потом он наклонил голову и поцеловал меня.

Глава 25

Вейл

Я потерял контроль. Без шансов. Хватило всего... сколько, пяти минут? Десяти? Её губы на моём члене отключали рациональную сторону моего разума.

Я не успел даже вытащить. Она была прекрасной, такой чертовски идеальной. И потом осталась на месте, вбирая мою сперму до последней капли, пока я старался не вбиваться в неё бёдрами под волнами оргазма.

Поэтому, подняв её с земли, я не хотел ничего, кроме как поцеловать её. Мои губы прижались к ней, разгорячённо и жаждуще. Я бился языком о её нижнюю губу, посасывал, кусал, и она исторгла тихий отчаянный стон, от которого мой член вновь запульсировал.

— Джессика...

Я целовал её снова и снова, а мои руки бродили по её изгибам, припирая

к стене. Её губы почти мгновенно уступили моим. Тело выгнулось навстречу мне.

У неё кончился воздух, и я не позволял ей дышать. Мне хотелось покрыть её поцелуями.

Я толкнул её бёдра назад, крепче прижимая к стене. Она взвизгнула в тот миг, как мой рот опустился к её шее, усиленно посасывая под ошейником. Не с той силой, чтобы оставить какую-то отметку. А просто пробуя. Она была сладкой и солоноватой, отчего я лизнул её шею, желая больше.

— О-ох... — закричала она.

Я вновь поцеловал её, вырывая из лёгких всё дыхание. Моя рука скользнула вниз под трусики, и я впал в изумление, обнаружив её уже совсем мокрой. Даже учитывая мой совсем недавний оргазм, я без промедления снова стал твёрдым.

— Чёрт, Джессика. Посмотри какая ты влажная.

Мои пальцы скользнули вдоль её текущей щели. Я поглаживал едва касаясь, слегка подразнивающими движениями. Она извивалась напротив меня, слабые крики срывались с её уст, пока я ласкал её под трусиками. Мои пальцы погрузились в эту сладость, и я ощутил как она рядом сжалась.

— Я хочу тебя. Джессика, Боже мой, Джессика.

Мне так ужасно хотелось её попробовать. Я желал подарить ей то же наслаждение, какое она доставила мне. Мои руки сорвали её трусики. Она вскрикнула, когда я сдёрнул ткань, и схватила меня за руки.

— Вейл, — произнесла она.

Звук моего имени на её губах. Она никогда прежде не говорила так моё имя. Я замер. А затем моргнул и увидел её той, кем она была на самом деле. Её запястья сдерживали наручники, цепи свисали по обеим сторонам. Вокруг шеи обвивался ошейник. Я держал её в заточении. Она была узницей.

Моей узницей.

Я напрягся, отрывая от неё руки. Что-то в её лице переменилось, когда она вскинула ко мне взгляд. На нём был написан вопрос. «Всё это — часть её обучения», — понял я. Живот свело.

Моя узница.

— Вейл?

Я опустил взгляд к её невинному лицу, к волосам, залитым солнечным светом. Какая красивая женщина. Она ведь этого не заслуживала. Ни от моей руки, ни от чьей-либо ещё. Я ненавидел себя за то, что делал с ней. Грязная работа? Чересчур грязная. Неправильная.

— Прости, — сказал я тихо. — Сейчас я остановлюсь. У тебя хорошо получилось. Ты идеальная. Я не до... прости.

Я закусил губу, не в силах составить ещё одно предложение. Её глаза рыскали по моему лицу. Не знаю, что она искала, но что бы это ни было, её поиски не увенчаются успехом. Я пуст. Меня переполнял ужас от того, что я наделал. Но она больше не выглядела напуганной. Заглянув в её глаза, я разглядел в ней бездонный колодец мужества.

И даже больше — я увидел, что какая-то крошечная часть её полнилась желанием. Оно было там, ясно как день, и несмотря на всё, я обнаружил, что надеюсь — её желание настоящее.