Твой
Шрифт:
Глава 24
Джессика
— Возьми его в руку.
Я уставилась на его член. Он чуточку свешивался в одну сторону. И уже казался огромным, хотя ещё даже не был возбуждён. Страх пронзил моё сердце.
— Я же сказала тебе, — произнесла я, слёзы вновь угрожали задушить горло. — Я не могу.
— Возьми его, — сказал он. — Просто возьми.
Я коснулась его
— Джессика...
Я вскинула подбородок. Вейл смотрел на меня с нежностью на лице. Я презирала его, Господь знает, я его ненавидела, но в том, как он смотрел на меня, было что-то такое, отчего мой страх убавлялся.
— Мы будем двигаться медленно, ладно?
— Ладно, — сказала я таким тонюсеньким голосом, что и сама не могла поверить в то, что он принадлежал мне. Всё моё тело напряглось.
— Не торопись.
Я закусила нижнюю губу и услышала, как он втягивает воздух. Его член налился в моей руке.
— Вот так, — произнёс он.
— Что?
— Твоя губа... когда ты прикусываешь её вот так. Облизни её.
Я осторожно облизала губы. Член Вейла запульсировал, напрягаясь.
— Ты... Господи, ты восхитительна.
Непонятно, зачем он это произносил. Эль-Альфа ничего такого не говорил. Он просто вошёл и... нет. Я заморгала, прогоняя видение. Его больше тут нет. Вместо него здесь Вейл, Вейл с его холодными голубыми глазами, мускулами, твёрдыми и чётко очерченными, будто лёд, и белыми шрамами по телу — Боже, они были повсюду.
Он ничем не лучше.
Умом я знала, что он такой же плохой, как и Эль-Альфа. Доброе обращение не было связано с его хорошим отношением ко мне. Он манипулировал мной. Я изо всех сил сопротивлялась влечению, в то время как он гладил волосы на моём затылке, будто мой парень.
Он не был добрым. Не был хорошим. И всё же, когда его пальцы гладили мои волосы, от кожи головы по позвоночнику спускалось покалывание.
— У тебя невероятно мягкие волосы, — прошептал он. — Такие красивые.
Я не могла понять, почему он пытался засыпать меня комплиментами. И воспротивиться не могла. Я попыталась остановить Эль-Альфу, и не сработало.
Меня пугало, что ничего не получится, что я сделаю всё неправильно. И тогда Вейл может убить меня.
Как убил свою бывшую девушку.
— Прошу, не надо, — я опустила голову, судорожно вздохнув. Его член был твёрдым в моей руке, горячим и пульсирующим. Таким большим, что я не знала, как с ним справлюсь. В этот раз, если он попытается заставить меня взять его в рот, будет хуже, чем с Эль-Альфой. Слёзы полились по лицу, в носу и глазах жгло.
— Прости, — произнёс он. Замер, чтобы сглотнуть, отклонившись. — Я могу... мы можем сделать это позже. Если тебе нужно время.
Я подавила слёзы, жалость к себе затмил гнев. Лучше бы он просто сделал
— Нет, — отозвалась я резко. Мне хотелось покончить со всем.
Он мрачно кивнул. Его рука обхватила мой подбородок и подтянула ближе. Мои пальцы ослабли вокруг его члена. Уже твёрдый, он свисал прямо перед моим лицом.
— Поцелуй его, — сказал он. — Увлажни губы и поцелуй его.
Я облизала губы. И тут же ощутила, как весь его член воспрял в моей руке. Странный прилив наслаждения окатил меня. Я могла его контролировать.
Всего лишь облизывая губы, я была способна его контролировать.
Попыталась ещё раз, и вновь его член дёрнулся. И вновь странный всплеск удовольствия от того, что это в моих силах.
— Джессика... — пробормотал он.
Я наклонилась вперёд и прижалась губами к кончику. Кожа на нём напоминала натянутый шёлк, а на щели выступила капля влаги. Она оказалась липкой на моих губах. Прижавшись ими к его разгорячённой коже, я почувствовала пульсацию сердцебиения, отдающую в его члене.
Чуть сжала рукой его возбуждённую длину, исследуя его член так, будто он был животным, с которым я прежде не встречалась. Незнакомым. Вена под моей ладонью учащённо билась, и я почувствовала, как моё собственное сердце начало набирать скорость. До чего же странно было контролировать его лёгкой переменной в сжатии.
— А теперь проведи по нему губами, — его голос был низким рокотом, сотрясающим воздух. — Только по кончику.
Я последовала его инструкциям, но всё моё внимание осталось сосредоточенным на пульсации его члена в моей руке. Принялась аккуратно водить языком, проверяя свои возможности.
Каждым прикосновением языка я находила потаённые места, от которых ритм его сердца ускорялся. Пружина во мне натянулась сильнее. Чувствуя, как он наслаждается тем, что я делала, мне казалось, будто и я сама испытываю то же самое. Я ощутила, как отчасти внутри расслабилась, когда он с трудом задышал от удовольствия. Его глаза были закрыты, когда я вскинула взгляд, и он закусывал губу, разрушая меня этим зрелищем. Мне нельзя было получать от этого удовольствия, но я получала.
— Оберни его языком. Вот так. Самый кончик. Самое чувствительное место прямо под уздечкой. Если ты... ух!
Он выбросил руку вперёд, хватаясь за стену. Одна его нога дрожала. Мышцы на бедре заметно схватило судорогой.
— Блядь.
Слово было сказано громко, отдаваясь эхом в крошечной камере. Он с трудом сглотнул, и этот звук отчётливо прозвучал в маленькой каменной клетке. Я застыла, толком не понимая, сделала ли я что-то не так.
— Не останавливайся. Не надо... блядь, с тобой так потрясающе.
На его бровях выступил пот, и он по-прежнему поддерживал себя одной рукой, которой упирался в стену у меня над головой.