Твоими глазами

Руссет Анастасия

empty-line />

***

– Она что-то не договаривает, – задумчиво произнесла Фир.

Эккарт и Дарен согласно кивнули. Аили ограничилась емким «да».

– Но остальное – правда, – отметил Беленус.

– Еще бы! – Хмыкнул Жрец, – она дочь Ллира.

– Это многое объясняет, – кивнул зеленый человек. В его руках мелькали две изогнутые железки, – но чего не хватает, я пока не понял. Вопрос в том, насколько велика опасность для нас всех. Хорошо бы выяснить это до того, как мы вляпаемся в эту историю

по уши.

– Мы уже ввязались, – вздохнула Ану, – Донна обратилась за помощью. Приняв ее, мы взяли на себя определенные обязательства. Что немаловажно, фомори впустил сам дом, значит она не желает нам зла и действительно нуждается в помощи.

– Ану, – Жрец присел рядом, – Ладо моя, почему ты сплела такое защитное заклинание? Ты должна быть в полной безопасности.

– Тут безопасно, Дарен, – она положила ладонь на его щеку, – здесь Фир, Эккарт, Беленус, Аили… Мне ничего не грозит.

– Но зачем ты оставила лазейку? – Он внимательно смотрел в глаза Жрицы.

– Все должны иметь возможность получить помощь, если нуждаются в ней.

– Не ценой твоей жизни. Только не так.

– Дарен, – она гладила его, как котенка, – ничего не случится. Ни одно живое или мертвое существо, имеющее дурные намерения, не сможет проникнуть на территорию.

– Твое существование дает мне жизнь, – Жрец говорил совсем тихо. Он ненавидел показывать свою слабость, но Ану значила намного больше, – я не пытаюсь повлиять на тебя или заставить. Просто хочу, чтобы все было предельно ясно.

– Я знаю, – Женщина взяла его лицо в свои ладони, удерживая крепче любых оков, – но я тут ради всех волшебных существ. Куда им идти, если я откажу в помощи? Ты знаешь это лучше всех.

– Эй, большой парень, – голос Фир был теплым. Она тоже обожала Жрицу, – мы все тоже тут. Прежде чем до Ану добраться, нужно пройти через меня, Эккарта и Беленуса. Или твой кредит доверия исчерпал себя за пару-тройку столетий?

– Или ты, наконец, готов переехать к нам – Эккарт подтянул блюдо с яблоками поближе к Ллариг, – и взять командование на себя?

– Я уезжаю вечером, – глаза Дарена были закрыты, – близнецы останутся, пока будут нужны. Если понадобится моя помощь, дайте знать.

– Окей, как скажешь, босс, – улыбнулась Шапка. Она знала, как тяжело Дарену оставлять Жрицу, и просто не представляла, что было, если бы ей пришлось оставить Эккарта.

– Значит, мы помогаем фомори, – Беленус встал. На стол, звякнув, легли детали разобранной проволочной головоломки[33]. – Мне нужно еще раз позвонить Алеку.

Глава 18

Закат за окном уже набирал силу, но темно на первом этаже не было – горели свечи и огонь в камине, будто особняк сам знал, что нужно его обитателям. Сквозь приоткрытые зарешеченные окна проникал свежий весенний воздух с запахами только появившейся травы и нераскрывшихся почек, а тепло было настолько, что даже пикси остались внизу, не испугавшись небольшого сквозняка.

Они

сидели тут уже несколько часов, ожидая неизвестно чего. Беленус и Аили с неизменными ноутбуками, Дарен с Ану на руках и Фир с Эккартом, играющем не гитаре. Все ждали. Не близнецов, которые все еще спали в своих комнатах. Не фомори, хотя, видит Богиня, столько вопросов, сколько накопилось к Донне, не было ни к кому в этом доме. Просто ждали, и это ожидание нервировало. Шапка была зла, и даже мирный вид гостиной ее совершенно не успокаивал и если бы не Эккарт, к которому можно было прижаться… Она специально села так, плотно прижавшись грудью к его спине и обхватив ногами. Женщина понимала, что в такой позе любимому очень неудобно держать гитару, но ей просто необходимо было быть к нему как можно ближе.

– У меня отвратительное чувство, – пробурчала Ллариг прямо на ухо оборотню, – будто нас насильно ввязали в какую-то гадость. Она нам не лгала, а просто не договорила что-то важное. Я чувствую. И намерения у этой женщины неясные.

Мужчина кивнул в ответ. Его пальцы мерно перебирали струны, заставляя гитару издавать чарующие звуки музыки.

– Мы о ней ничего не знаем, как и о ее сестре. Кроме того, – Фир потерлась об него носом, – мне не понравилось, как они с Макконом смотрели друг на друга.

– Почему? – Эккарт повернул голову, поцеловав ее в краешек губ, – что не так?

– Он смотрит на эту девушку восторженно. Фомори явно его задела, – Ллариг нахмурилась, – а вот самой фомори, похоже, он не так понравился. Это сожаление во взгляде, когда она смотрит на нашего мальчика…

– Хочешь сказать, что Донна его использует?

Эккарт задумался, извлекая из гитары серию мягких стонущих звуков. В его жизни запахи, звуки и тактильные ощущения значили безмерно много но, судя по серьезному выражению лица, увиденное глазами Фир игнорировать он не собирался.

Да, фомори вся пропахла Маком, но после секса с оборотнем это естественно, особенно когда мужчина-вер оставляет на партнерше запаховые метки, призванные сообщить другим одну простую и понятную мысль – «моя». Да, она весь разговор жалась к их мальчику, но если учесть, что он был единственным знакомым сидхе в комнате… Они впервые встретились около половины суток назад, и обманываться было бы глупо. С другой стороны, хоть и прошла уйма времени, оба прекрасно помнили собственную реакцию друг на друга. Сбрасывать со счетов саму судьбу – ошибка.

– Не хочу сказать, что она его использует, – подумав, выдохнула Ллариг, – я просто этого не исключаю. Не хотелось бы, чтобы Маккон страдал.

– Он уже большой, – оборотень пожал плечами, – мы не можем ему указывать, как в детстве. И умный. Что бы ни сотворил наш сын, он видит последствия. По крайней мере, я так думаю. В любом случае, защитить от всего нельзя.

– Все время забываю, что близнецам уже не по двадцать лет, – улыбка Фир вышла грустной, – и о них не нужно так заботиться.