Твоими глазами
Шрифт:
– Ну что ж вы так, – мелодичный женский голос вторгся в сознание Веры, – все хорошо, Леся дома.
Вера подняла заплаканное лицо, взглянув на спасителей своей дочери.
Вблизи девушка оказалась еще красивее. Высокая, под стать своему спутнику, она была похожа на гибкую кошку. На лице, будто выточенном из белого мрамора, сияли большие зеленые глаза с красноватыми белками, обрамленные пушистыми рыжеватыми ресницами. Высокие скулы придавали лицу восточные черты, а полные четко очерченные губы так и притягивали взгляд. Густая копна волос, ярко-рыжих со всполохами медно-красного,
Мужчина, стоящий за ней, был выше на целую голову. Хотя сама Вера едва-ли была бы ему по плечо. Светловолосый, одетый в черное пальто, похожее на шинель, с воротником-стойкой, большие тяжелые ботинки гриндерсы и темные потертые джинсы. У него были симметричные шрамы на щеках, а глаза закрывали темные очки. Встретив такого человека в темном переулке, любой с воплем побежал бы прочь, испуганный мощной силой, хорошо заметной во всей позе мужчины. Вот только сейчас его губы были изогнуты в легкой нежной улыбке, смягчающей общее выражение лица. Ну не могла Вера бояться того, кто так улыбается ей или ребенку!
– Позвольте вам помочь.
У него был приятный, чуть грубоватый голос. Мужчина шагнул вперед, с легкостью подняв хозяйку дома в воздух и поставив на ноги. Рыжеволосая тут же очутилась рядом, помогая Вере отряхнуться.
– Спасибо вам огромное, – горячо начала благодарить женщина, – за Лесю и вообще. Вы просто спасли нас!
– Ну что вы, – ответила девушка, – так бы каждый поступил на нашем месте. Нужно помогать друг другу, тогда все в жизни всегда будет удаваться. Кроме того, Леся – замечательный ребенок, и нам было очень приятно провести с ней немного времени. Правда, милый?
Рыжеволосая повернулась, потянув мужчину за руку, и он скупо кивнул в ответ.
– Может быть, мы пройдем в дом, и я налью вам чаю? – предложила Вера.
– Спасибо, но нам нужно возвращаться, – отказалась девушка, – нас дома ждут.
Она указала на трехэтажный особняк вдалеке, наполовину скрытый за садовыми деревьями. Впрочем, если бы все это великолепие было зеленым и цветущим, Вере бы не удалось рассмотреть даже крыши.
– Вы Лесю, на всякий случай, в наш сад гулять не пускайте, – предупредил мужчина. – У нас собака иногда с цепи срывается и любит по периметру побегать. Очень большой кобель. Не хотелось бы, чтобы ребенок напугался.
Вера кивнула, мимоходом заметив, как рыжая пожала пальцы на левой руке блондина. Он ответил на ее жест, плотно обхватив тоненькую руку своей ладонью. Так нежно, будто его спутница была стеклянной.
– Вы молодожены? – Полюбопытствовала женщина. После нескольких лет брака и большого количества переженившихся друзей она твердо знала, что у большинства пар нежность напоказ из отношений уходит после года совместной жизни.
– Нет, мы еще не женаты, – улыбнувшись, ответила девушка. – У нас в семье принято жениться и выходить замуж, только если пара ждет общего ребенка.
Веру впечатлил подобный обычай, о котором она никогда
– Вы поженитесь уже очень скоро, как и было обещано.
Рыжеволосая охнула, подняв ладонь к губам, а мужчина перестал улыбаться, всей своей позой выражая недоверие.
– Простите, – поспешила извиниться Вера, – я совсем не это хотела сказать…
– Что вы! – перебила ее девушка, – это замечательная фраза! Спасибо!
Блондин улыбнулся еще более широкой, почти мальчишеской улыбкой и тоже сказал «спасибо». Таким голосом, будто благодарил за подарок, ожидаемый еще очень нескоро. Потом он повернулся к своей спутнице и, смеясь, легко закинул девушку к себе на плечо.
– Было приятно познакомится, – его улыбка, казалось, могла затмить яркое весеннее солнце. Блондин повернулся и широким размашистым шагом пошел к своему дому, одной рукой придерживая свою рыжую спутницу.
– До свидания! – Улыбающаяся девушка помахала Вере и Лесе, с интересом следившей за разговором взрослых.
Женщина по инерции помахала в ответ. Не смотря на странности в поведении, пара ей очень понравилась.
– Ну что, пошли в дом?
Вера взяла дочь за руку и повела в тепло.
Глава 6
– Держи.
Крупное зеленое яблоко, заботливо вложенное теплыми мужскими пальцами, оказалось в женской ладони. Фир нежно улыбнулась с тем самым выражением, которое так часто можно было увидеть на ее прекрасном лице рядом с любимым.
– Ты меня балуешь? – Тихо спросила она.
Не было нужды повышать голос. Они всегда прекрасно слышали друг друга.
– Конечно, – согласился он, целуя тонкую бледную кожу ее виска. – И собираюсь делать эти вещи еще очень долго.
– Какие вещи? – Улыбка стала озорной, делая девушку похожей на задорного бесенка.
– Баловать тебя, – ответил мужчина, улыбаясь ей в ответ.
Они сидели на диване вместе. Фир крепко обнимала вервольфа, держащего гитару. Их поза была настолько привычна для обитателей дома, что если бы один из парочки отсутствовал, то другого обязательно спросили, что же произошло. Даже мысли у них были схожи – каждый думал о симпатичной беременной женщине, которая произнесла безумно важную для них обоих вещь.
***
На город мерно спускался вечер, быстро окрашивая все в темные насыщенные цвета. В доме царствовали звуки музыки, извлекаемые из инструмента умелыми руками Эккарта. Впервые гитару в руки он взял в пятнадцатом веке, когда она еще имела пять струн. И после этого не выпускал, предпочитая изобретенную в восемнадцатом столетии шестиструнку, или электрогитару, которую смог приобрести лишь в конце двадцатого. А вот петь оборотень не любил, хотя у него был очень красивый голос. Вместо этого он предпочитал аккомпанировать Фир, утверждая, что у девушки голос, как у ангела. Впрочем, те, кто слышал пение Шапки, и не думали спорить. Пока им не удавалось услышать дуэт парочки.