Турция
Шрифт:
Было ли это случайным? Скорее всего, азербайджанская сторона опасалась, что после признания Турцией независимости Азербайжана Нагорный Карабах, на основе действующих советских законов, мог отделиться от Азербайджана законным путем, что впоследствии и было сделано.
Одной из первых признав независимость Азербайджана (9-го ноября 1991г.) и центральноазиатских республик, турецкая сторона одновременно выразила готовность выступить с посреднической миссией в Карабахском вопросе. Таким образом, с признанием независимости Азербайджана Турция пересекла рубикон между предыдущей, более осторожной политикой и
После распада СССР активные усилия Турции в Карабахском вопросе призваны были показать, что Анкара готова оказать всяческое содействие своим сородичам не только словом, но и конкретными делами. Бесспорно, Южный Кавказ с геополитической точки зрения занимал стратегически важную позицию в плане установления прямой связи между северокавказским, поволжским, центральноазиатским тюркоязычным ареалом и Турцией. Для Турции наиболее важным представлялось географическое расположение Азербайджана, поскольку, как замечает Збигнев Бжезинский, «независимость государств Центральной Азии можно рассматривать как практически бессмысленное понятие, если Азербайджан будет полностью подчинен московскому контролю»26.
Исходя из этой парадигмы, приоритетными задачами в отношении Азербайджана Турцией признавались следующие:
– содействие независимости Азербайджана;
– содействие в обеспечении контроля Азербайджана над Нагорным Карабахом;
– стремление пресечь усиление позиций России в регионе;
24 В. Б. Арутюнян События в Нагорном Карабахе. Хроника, Часть 5 январь 1993г – июль1995, Ереван, Гитутюн 1997, с. 75.
25 Там же.
26 Зб. Бжезинский. Великая шахматная доска, М., Международные отношения, 1998, с. 62.
[стр. 99] НЕОПАНТЮРКИЗМ ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ ТУРЦИИ
– участие в добыче азербайджанской нефти и ее транспортировка через Турцию;
– сохранение дружественного протурецкого правительства в Азербайджане27.
В 1992г. иранская газета «Ресалат», цитируя слова заместителя министра иностранных дел Ирана Вайези, писала, что «в Карабахском вопросе Турция преследует три основные цели: во-первых, повысить свой авторитет в Азербайджане и проложить дорогу в Центральную Азию, во-вторых, предать забвению армяно-турецкую вражду и, наконец, в-третьих, выполнять в регионе обязательства, возложенные на нее Европой и США…»28.
Безусловно, Турция не была заинтересована в появлении очага военной напряженности около своих северо-восточных границ в условиях продолжавшегося курдского вооруженного сопротивления в восточных вилайетах. Одним из проявлений таких настроений может служить послание премьер-министра Турции Сулеймана Демиреля своему азербайджанскому коллеге Гасану Гасанову после упразднения автономного статуса НКАО. В этом послании С. Демирель призывал азербайджанскую сторону воздерживаться от резких шагов, «не поддаваться провокациям» и «не усугублять положения принятием решений, которые в будущем могут привести к нежелательным последствиям»29. В ответном послании Гасан Гасанов приветствовал турецкое посредничество в урегулировании Карабахского вопроса30.
Следует отметить, что это послание С. Демиреля вызвало определенное недовольство в Азербайджане, где от
И все же было ясно, что Анкара вовсе не собиралась играть роль «честного маклера» в Карабахском вопросе. Как руководящие круги, так и общественность Турции в этом вопросе были настроены в поль____________________
27 Suha Bolukbasi. Ankara's Baku-Centered Transcaucasia Policy: Has It Failed?, «The Middle
East Journal», vol. 51, No. 1, Winter, 1997, p. 81.
28 См. «Азг», 24.02. 2001.
29 «Азг», 11.12.1991, «Республика Армения», 30.11.1991, William Hale. Turkey, the Black
Sea and Transcaucasus, in «Transcaucasian Boundaries», New York, St. Martin's Press, 1996,
p. 62.
30 Elizabeth Fuller. Nahorno-Karabakh: Internal Conflict Becomes International, 13.03.1992,
RFE/RL Research Report, HU-OSA, 300/80/1/15.
31 Elizabeth Fuller. Nagorno-Karabakh: Internal Conflict Becomes International, RFE/RL
Research Report, 13 March 1992, p. 2, Нагорный Карабах, HU-OSA, 300/80/1/15.
[стр. 100] ГЛАВА ТРЕТЬЯ
зу Азербайджана. Турецкие лидеры очень часто в агрессивных заявлениях в адрес Армении ссылались на давление общественного мнения, но такая риторика была лишь надежным прикрытием для оправдания экспансионистской и амбициозной внешнеполитической линии32. Стоит заметить, что Турция всячески стремилась замаскировать свою вовлеченность в конфликтные зоны на Балканах и Кавказе удобной официальной риторикой, ссылаясь на наличие турецких граждан того или иного происхождения, которые, дескать, с сочувствием относятся к судьбам своих соотечественников.
Весной 1992г. Т. Озал, касаясь военных действий в Карабахе, отметил, что Турция займет нейтральную позицию, если не произойдет расширения войны, в противном случае это будет сложно сделать, поскольку в Турции проживает 2-3 млн. азербайджанцев33. Митинги и демонстрации в знак солидарности с азербайджанцами были особенно активны в Анкаре, Стамбуле и Карсе. Последнее обстоятельство было обусловлено тем, что в Карсе и его окрестностях в 1918-1925гг. обосновались тюркоязычные выходцы из Армении, которые именовали себя азербайджанцами34.
Довольно многозначителен и тот факт, что во время опроса общественного мнения в Турции в июле 1992г. было зафиксировано 51 % противников и 38% сторонников военного вмешательства турецкого правительства и помощи Азербайджану в Карабахском конфликте35.
Разрешение конфликта в пользу Азербайджана, несомненно, принесло бы немало политических дивидендов Турции, тем более, что турецкие внешнеполитические инициативы были поддержаны Баку, а часть азербайджанской политической элиты неоднократно выражала свою готовность вступить в межгосударственный союз с Турцией на основе этноязыковой и культурной общности. Пантюркистские настроения получили яркое проявление в особенности во время президентства лидера Народного фронта Азербайджана Абульфаза Эльчибея, хотя следует отметить, что протурецкая ориентация Азербайджана во внешней политике всегда имела сильные позиции, поскольку