Тупое орудие
Шрифт:
– А в комнате? Бронзовая статуэтка или пресс-папье, которое убийца мог сунуть в карман?
– Дворецкий утверждает, что из комнаты ничего не пропало/и, хотя там лежит тяжелое пресс-папье, я понимаю так, что его уже позже подложил наш игривый друг Невил Флетчер – кстати говоря, я собираюсь навести о нем кое-какие справки.
– Подложил? – Сержант резко выпрямился. – Насколько могу судить, шеф, это то, что он, между прочим, сделал бы, если бы убил им своего дядю! Он бы решил, что это высококлассный юмор.
– Для этого нужно хладнокровие.
– Не бойтесь, он достаточно хладнокровен!
– Если мы видим в Невиле Флетчере возможного убийцу, то да. Но против этого есть два серьезных возражения. Первое – отпечатки ее пальцев обнаружены на поверхности двери, а они не могли бы туда попасть, если бы она не ушла из комнаты через эту дверь. Второе – если верна ее первоначальная версия, значит, мужчина вошел в кабинет около 21. 45 и ушел из «Грейстоунз» в 22. 02 – поскольку достаточно нелепо предполагать, что за эти семнадцать минут Флетчера посетил более чем один человек. А если так, то когда у Невила было время убить дядю? После того, как Гласс увидел уходящего Икса, и до того, как он сам вошел в кабинет? Получается довольно-таки неправдоподобно, не так ли?
– Так, – согласился сержант, потирая подбородок. – Сейчас, когда вы мне на это указали, я соглашусь, что отсутствие орудия требует объяснения. Допустим, убийца сунул тяжелую палку в штанину, но от этого он захромал бы, и это непременно заметил бы Гласс. Ну, а что могло быть у него в кармане – допустим, гаечный ключ?
– Это возможно, только если убийство предумышленное. Просто так тяжелый гаечный ключ, в кармане не носят. А мне дело не кажется предумышленным. Я что-то не в силах поверить в убийцу, который планирует проломить своей жертве череп в такое не позднее время в его собственном кабинете.
– Это верно, – сказал сержант. – Мы осмотрели щипцы, кочерги, весь каминный прибор. Такое впечатление, что от орудия, что бы им ни было, отделались достаточно умно. Надо будет самому еще раз осмотреть место преступления. Маленький тихонький разговорчик с дворецким тоже не повредит. Удивительно, чего только не удается узнать от слуг – если найти к ним подход.
– Конечно же, поезжайте туда, – сказал Ханнасайд. – Я хочу, чтобы дом был под наблюдением. А я пока проверю банковский счет Невила Флетчера, передвижения мистера Норта в вечер убийства и таинственное дело Флетчера с экспансивным мистером Баддом.
– У вас будет деловое утро, – предрек сержант. – Разрастается, а? Мы начали с одного мужчины, а теперь у нас одна дама, один ревнивый муж, один независимый посредник, одна мертвая танцовщица из кабаре, один уголовник и один подозрительный племянник. А мы приступили к работе сегодня утром в 9. 00. Если и дальше пойдет так же, через пару дней мы не сможем протолкнуться в толпе подозреваемых. Знаете ли, я часто спрашиваю себя, зачем я пошел в полицейские. – Он принялся складывать бумаги. – Если бы все, что мы знаем о Чарли Карпентере, так не вязалось с убийством, я поставил бы на него. Вы думаете, все это время после тюрьмы он выискивал покойного Эрнеста?
– Не знаю; учитывая, что даже ваша златокудрая Лили не
– М-да, – задумчиво сказал сержант, – он нашел era случайно и решил, что имеет возможность подоить покойного Эрнеста. Если подумать, это хорошо согласуется со второй версией миссис Норт – будто Эрнест сказал, что Икс малость ошибся. Что ж, ясно одно: нам надо найти Карпентера.
– Отдел об этом позаботится. Я хочу, чтобы завтра с утра вы поехали в Марли и посмотрели, что там можно выяснить. – Ханнасайд поднялся и с блеском в глазах добавил: – Кстати, да поможет вам Бог, если вы наткнетесь на энергичную молодую женщину с моноклем! Это сестра миссис Норт. Интересуется преступлениями, пишет детективные романы.
– Что? – спросил сержант. – Вы хотите сказать, что у меня под ногами будет болтаться писательница?
– Полагаю, что это не исключено, – мрачно ответил Ханнасайд.
– Ну, как это мило! – В голосе сержанта слышался убийственный сарказм. – Позвольте спросить, неужели Ихавод недостаточно тяжкий крест для кого угодно? Это доказывает только, что если Судьба на тебя ополчилась, твое терпение испытывается бесконечно.
Ханнасайд засмеялся:
– Ступайте домой и поизучайте Хэвлока Эллиса или Фрейда или кого вы там изучаете. Может быть, они помогут вам овладеть положением.
– Изучайте! Где у меня время? – Сержант потянулся за шляпой. – Весь вечер я буду занят.
– Лучше бы вы отдохнули. День был достаточно напряженный. Чем же вы будете заняты?
– Буду зубрить Библию, – с тоской ответил сержант.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Ханнасайд поздно ушел из Скотленд-Ярда, ибо в своем кабинете просматривал бумаги Эрнеста Флетчера. То, что он узнал из них, заставило его посетить контору мистера Абрахама Бадда на следующее же утро сразу после девяти.
Мистер Бадд не заставил себя ждать. Машинистка, относившая визитную карточку хозяину, вернулась немедленно с вытаращенными or любопытства глазами, готовая любой подходящей аудитории в красках расписать этот загадочный и зловещий визит, и трепещущим голосом предложила Ханнасайду следовать за ней.
Мистер Бадд, вскочивший с кресла-вертушки и бросившийся навстречу посетителю, настолько точно соответствовал нарисованному сержантом Хемингуэем портрету, что Ханнасайду пришлось подавить улыбку. Это был низенький толстенький человечек с маслянистой кожей, избыточная приветливость его действовала угнетающе. Он потряс руку Ханнасайду, усадил его в глубокое кресло, предложил ему сигару и несколько раз повторил, что очень рад его видеть.
– Я очень рад, суперинтендант, очень, – сказал он. – Какая чудовищная трагедия! Какое кошмарное происшествие! Я был потрясен до глубины души. Как я сказал в Скотленд-Ярде сержанту, меня это прямо подкосило. Подкосило, – произнес он с чувством. – Ибо я уважал мистера Флетчера. Да, сэр, я уважал его. У него был Ум. Он знал толк в Финансах. Я все время говорю себе: у мистера Флетчера был Нюх. Это точное слово. И вот – его нет.
– Да, – бесстрастно сказал Ханнасайд. – Вот именно. Как я понимаю, вы сделали с ним немало дел?