Тупиковый вариант

Мартин Джордж Р.Р.

— пухлый, низенький, толстощекий, словно бурундук; стрижка ежиком — словом, уморительная. Помню, на курсах подготовки офицеров запаса все носили мешковатую униформу, но никто не выглядел нелепее Банниша. И девушкам свиданий он никогда не назначал. — Гомик?

— Навряд ли. Скорее бесполый. — Питер обвел взглядом комнату и покачал головой. — Не представляю, как ему удалось так высоко взлететь — не кому-нибудь, а ему. — Вздохнув, он открыл чемодан и начал выкладывать вещи. — Ладно бы, Дельмарио выбился в люди — я бы не удивился. Они ведь оба технари, но Стив — личность поярче. Все, и я в том числе, считали его восходящей

звездой, а Банниша — надутой посредственностью.

— Он тебя одурачил. — Кэти сладко потянулась. — Разумеется, не он один, но он, видимо, первый, правда?

— Хватит, надоело, — сказал Питер и повесил в платяной шкаф оставшуюся рубашку. — Пойдем вниз, поболтаем с Эксом.

Но едва они вышли из «люкса», как чей-то голос окликнул:

— Пит?

Питер оглянулся. Стоя в дверном проеме темного холла, ему улыбаются некто смутно знакомый.

— Не узнал меня, Питер?

— Стив? — недоверчиво произнес он.

— Он самый, кто же еще? — Дельмарио шагнул на свет, притворил за собой дверь, но продолжал держаться за дверную ручку. — А это небось твоя половина, я угадал?

— Да, — ответил Питер. — Кэти, рекомендую: Стив Дельмарио.

Стив подался вперед, грубовато потряс руку Кэти и фамильярно хлопнул Питера по спине. Питер поймал себя на том, что слишком откровенно разглядывает бывшего однокашника. И было от чего забыться: изменения во внешности Дельмарио поражали больше, чем неизменность Экса. Встреть Питер старого приятеля на улице, он ни за что бы его не узнал.

Прежний Стив жил двумя страстями — шахматами и электроникой. Превыше всего ставил турнирные баталии, а в остальное время ничем, кроме паяльника и микросхем, не интересовался. Был он тогда сухопар, долговяз, носил очки в массивной черной оправе с сильными бутылочного цвета линзами, гасившими одержимость необычайно сосредоточенного взгляда. В промежутках между стрижками, при которых он собственноручно себя оболванивал, будущий гений отпускал длинные нечесаные космы.

С тем же небрежением относился он и к одежде. Гардероб его почти целиком составляли шикарные — некогда — шмотки от Армии спасения: пузырящиеся на коленях коричневые брюки с отворотами; рубашки, преклонный возраст которых выдавали потертые воротнички, да бесформенная серая кофта на «молнии». Стив как вырядился однажды в это тряпье, так и щеголял в нем везде и всюду, дав Эксу повод сравнить его с последним человеком, уцелевшим после ядерной катастрофы. Потом до конца семестра все в клубе так и звали Стива «последним человеком на Земле». Дельмарио сносил эти насмешки благодушно. Впрочем, они были довольно беззлобными, поскольку его причуды не вызывали ни в ком неприязни.

Однако годы обошлись с ним жестоко. Массивные очки с бутылочными линзами остались те же, равно как и неряшливость в костюме, сейчас состоявшем из белой рубашки с коротким рукавом, выцветшего шерстяного жилета, застегнутого на все пуговицы, с тремя фломастерами в кармане, потрепанных брюк в рубчик и разношенных мягких шлепанцев, — но в остальном Стив разительно переменился. Он прибавил фунтов пятьдесят, обрюзг и, похоже, страдал одышкой; на месте жестких черных патл краснела пятнистая плешь, обрамленная сальными прядями за ушами да редкими клочками на затылке; глаза, утратившие лихорадочный блеск, подернулись туманной дымкой. Все это неприятно поразило и расстроило Питера, но сильнее всего шокировал запах спирта. Хотя Экс

намекнул на последнее обстоятельство, как-то не верилось, что Стив Дельмарио стал пьяницей. В колледже он алкоголя в рот не брал, пил разве что пиво, да и то редко.

— Сколько лет, сколько зим. Рад тебя видеть, — приветствовал его Питер, не слишком уверенный в собственной искренности. — Идешь с нами? Экс ждет внизу.

Дельмарио закивал.

— Конечно, конечно. — Он еще раз хлопнул Питера по спине. — Банниш-то не появлялся? Черт, ну и домишко он себе отгрохал, а? А экранчики с посланьицами? Толково придумал, ей-богу. Кто бы мог подумать, что наш Фанни-Банни, наш потешный Банни так далеко пойдет? — Стив хихикнул. — Мне попадались кое-какие его патенты, так, веришь ли, вещицы по-настоящему высший класс. Вот тебе и Фанни-Банни. А ты небось и не слыхал о нем ничего, верно?

На первый этаж помимо лифта вела винтовая лестница. Большая гостиная тонула в волнах симфонической музыки. Питер ее не узнал — сам он всегда тяготел к року. А классикой страстно увлекался Экс, сидевший сейчас с закрытыми глазами в кресле.

— Народ, как насчет жажды? — громко спросил Дельмарио. — Пора промочить горло. Кому чего налить? У Банни тут за лестницей полный бар. Кэти, вы что предпочитаете?

— А выбор есть?

— О таком можно только мечтать.

— Тогда мартини «Бифитер», самый сухой, — заказала Кэти.

Дельмарио кивнул.

— А тебе, Пит?

— Хм. — Он пожал плечами. — Мне, пожалуй, пиво.

Дельмарио скрылся за лестницей. Кэти, высоко подняв брови, взглянула на мужа.

— Какой утонченный вкус.

Питер пропустил выпад мимо ушей и сел подле Э. К. Стюарта. Стереомузыка лилась словно из стен.

— Проклятие, я нигде не вижу аппаратуры. Как ты ее обнаружил?

Приоткрыв глаза. Экс одарил его ехидной улыбочкой.

— Наш телегид выболтал мне секрет. — Он пригладил пальцем ус и кивнул за спинку кресла. — Панель управления встроена в стену позади тебя, динамики замаскированы. Кстати, система компьютеризована и управляется голосом. Я просто назвал вслух альбом, который решил послушать.

— Впечатляюще, — признал Питер и поскреб в затылке. — Слушай, по-моему, Стив когда-то собрал стереомагнитофон, который подчинялся голосовым командам. Было такое?

Подошел Дельмарио с бокалом в руке и запотевшей бутылкой «Хайнекена» в другой.

— Твое пиво. — Отдав Питеру бутылку, он уселся на расписной кофейный столик и приложился к бокалу. — Было дело, сварганил я такой магнитофон, — подтвердил он. — Жаль, грубовато получилось. Помнится, кое-кто долго по этому поводу измывался.

— Ну да, будто бы ты все деньги ухнул на сверхкачественную пленку, а звукосниматель сделал из старой вешалки, — вспомнил Экс.

— Но система-то р…работала, — возразил Дельмарио, — и тоже, как ты выразился, управлялась голосом. Примитив, ясное дело, просто включалась и выключалась, только и всего… К тому же приходилось почти кричать… Я собирался ус…совершенствовать ее после универа… — Он махнул рукой. — Недосуг. Короче, у тутошней установки ничего общего с той бандурой, эт…точно. Действительно вещь.

— Я заметил, — усмехнулся Экс и, приподняв голову, произнес отчетливо и громко: — Достаточно, благодарю.

Сразу наступившая тишина даже слегка испугала Питера. Он молчал, не зная, о чем говорить. Наконец Стюарт повернулся к нему и спросил: