Тупик
Шрифт:
Но этого может быть недостаточно. А вдруг у него будет только несколько минут, чтобы насладиться последней победой? Ему нужно нечто большее. Нужно снова услышать ее голос, ее слова.
Процессия проследовала дальше, и опомнившемуся Альдо пришлось догонять ее. Он быстро двигался по воровскому тоннелю, шедшему параллельно театральному. Но не слишком торопился. Альдо мог следовать за ними. Он знал эти тоннели, а тьма была его другом. Кровь струилась по его жилам, раз за разом повторяя ритмичный припев.
Пришло его время.
ГЛАВА 17
— Вам
— Это было не так уж трудно. Зонтаг позаботился о том, чтобы в отверстие проходили предметы немалых размеров.
— Пока что я заметила только одну ошибку, — продолжила Ева. — Если эти тоннели под виллой являются таким большим секретом, то посвящать в него студентов было опасно. Они могут быть излишне разговорчивыми.
— Не могут, если хотят закончить учебу. Стоит этим ребятам раскрыть рот, как они будут отчислены. Я же говорил вам, что Зонтаг — настоящее пугало. Но в данном случае это нам только на руку. — Он повернулся к Джейн. — Сейчас начнется. Вам предоставляется последний шанс. Не передумали?
— Не смешите меня. — Джейн облизала пересохшие губы. Почему она не может отвести взгляд от гроба? Это же подделка, фальшивка. Для тревоги нет никаких причин. — Что в гробу?
— Скелет.
Джейн широко раскрыла лаза.
— Вы шутите?
Он покачал головой:
— Я не знал, насколько близко подберется к нам Альдо, и не хотел рисковать.
— Где вы его взяли?
— Посетил небольшой музей под Неаполем и одолжил. Разговор был очень короткий, но мне пришлось дать множество обещаний от имени Евы. — Он повернулся к Еве. — Этот женский скелет — один из найденных у пристани.
— Вы хотите, чтобы я сделала настоящую реконструкцию?
Он кивнул:
— Все должно выглядеть абсолютно правдоподобно. Однажды вы сказали мне, что соблюдаете осторожность и сознательно не смотрите на фотографии, так как боитесь, что руки, глаза, ваш мозг предадут вас. Теперь я хочу, чтобы именно так и случилось. Думайте о Цире. Или Джейн. Я купил вам стол-тумбу и все нужные материалы. Что скажете?
— Все зависит от того, что именно вы им пообещали от моего имени.
— Что когда дело со скелетом будет закончено, вы соскоблите лицо Циры и сделаете настоящую реконструкцию. Музей беден как церковная крыса, и ваше имя станет для него хорошей визитной карточкой. По-моему, имеет смысл. Как, возьметесь?
Ева задумчиво кивнула, не сводя глаз с гроба.
— Что вам о ней известно?
— Она была молода. Не старше девятнадцати. Сломала большую берцовую кость. Музейные работники считают, что хрупкость костей была вызвана плохим питанием в детстве. Отсюда следует, что девушка принадлежала к простонародью. Они называют ее Джулией. — Он улыбнулся. — Вот и все, что я знаю. Точнее, все, что знают они. — Он посмотрел на Джо и Зонтага, выставлявших студентов из комнаты. —
— Если так, то непременно наделает. — Ева шагнула к гробу. — Где эта студия, которую вы для меня приготовили?
Вид у Евы был отстраненный, и Джейн поняла, что она уже поглощена предстоящей работой.
— Может, подождешь, пока мы распакуем вещи и пообедаем?
— В кабинете, — сказал Тревор. — Я принесу череп и все остальное, как только поговорю с Зонтагом.
— Мне хочется взглянуть на нее.
— Милости прошу. Гроб не заперт. — Тревор направился к Джо и Зонтагу.
Джейн двинулась следом за Евой.
— Почему ты так торопишься? Джулия ведь не из твоих «потерянных».
— Когда я берусь за реконструкцию, для меня потерянным становится каждый. Но тут есть еще кое-что. Мне придется наградить эту девушку твоим лицом, поэтому я хочу узнать ее как следует. — Она открыла крышку гроба. — Как ее называют музейщики?
— Джулия.
Она бережно прикоснулась к черепу и негромко сказала:
— Привет, Джулия. Нам предстоит близкое знакомство. Я отношусь к тебе с уважением и восхищением и очень хочу увидеть, какая ты. — Она немного постояла, глядя на скелет, а затем закрыла крышку. — На сегодня достаточно. — Ева отвернулась. — Я не смогла бы работать, не представившись ей.
Джейн кивнула:
— Знаю. Я уже видела, как ты это делала. Думаешь, они тебя слышат?
— Понятия не имею. Но после этого меня не мучает совесть за то, что я нарушаю их покой. — Она пошла к лестнице. — По крайней мере, у меня будет дело. Я палец о палец не ударила с того дня, как ты огорошила нас своим планом. Работа станет для меня облегчением. Знаешь, она была очень маленькой. Лицевые кости необычные… — Ева оглянулась на Джейн, стоявшую у подножия лестницы. — Ты не пойдешь наверх?
— Позже. Хочу выйти в сад. Не нахожу себе места. — Девушка улыбнулась. — У меня ведь нет Джулии. Увидимся за обедом.
— Не уходи далеко, — сказала Ева, поднявшись еще на несколько ступенек. — Охранников здесь хватает, и я понимаю, что в саду так же безопасно, как в доме. Но мне хотелось бы, чтобы ты сидела в четырех стенах.
— Но я же ходила гулять на озеро.
— Там все свое. А тут — чужое.
«И вовсе не чужое», — подумала Джейн, миновав вестибюль и открыв застекленную створчатую дверь. Едва она ступила на землю Геркуланума, как ощутила странное чувство. Здесь все казалось знакомым. Прикосновение теплых солнечных лучей, запах роз и журчание фонтана убаюкивали ее.
— Вы так сосредоточенны, что не хочется отвлекать.
Джейн вздрогнула, обернулась и увидела Тревора, подошедшего к ней со стороны дома.
— Так не отвлекали бы. Разве что у вас есть для этого серьезная причина.
— Есть. Теперь, когда игра началась, я хочу сообщить вам распорядок дня. — Он обвел взглядом сад. — Красивое место. Настоящий заколдованный замок. Так и видишь дам в белых платьях, подметающих шлейфами дорожки.
— Спасибо, что не дам в тогах. Я по горло сыта древней историей.