Тухлое дело

Алешина Светлана

Выкурив сигарету, Лариса поднялась и вышла из кабинета, заперев его. Взяв со стоянки свою «Вольво», она направилась к подруге.

Та жила в девятиэтажном доме в одном из центральных районов, так что Лариса добралась туда в считанные минуты. Въезжая во двор, она увидела, что к Марининому подъезду невозможно пробраться — проход загораживали милицейские «уазики» и машины «Скорой помощи». Кроме того, возле подъезда собралась разномастная толпа. Боясь даже подумать о самом страшном, Лариса остановила машину у первого подъезда

и прошла к собравшимся. Она сразу же разглядела в толпе хмурое лицо капитана Карташова.

— Лариса Викторовна? — искренне удивился тот, увидев ее, и тут же перешел на свой излюбленный язвительный тон:

— Видимо, и в самом деле ни одно преступление в городе не совершается без вашего участия!

— Подумайте, что вы сказали, — спокойно возразила Лариса.

До Карташова дошел смысл того, что он сморозил, и уши его начали багроветь. Но начинать с Ларисой перепалку при всех он не стал. Оттащив ее за руку в сторону, он зашипел:

— Какого черта ты приперлась сюда сейчас?

— Я приехала к подруге! — защищалась Лариса. — И понятия не имею о том, что здесь у тебя произошло! Я к этому отношения не имею.

— В какой квартире живет твоя подруга? — спросил Карташов.

— В сто восемнадцатой.

— Понятно, — кивнул капитан. — Собственно, я так и думал.

— Что ты думал? — вцепилась Лариса в форменный воротник Карташова. — Что здесь произошло?

— Твоя подружка только что застрелила человека из пистолета!

— Что ты несешь? — почти закричала Лариса.

— Тихо ты! — одернул ее Карташов. — Говорю тебе — в подъезде прозвучал выстрел, соседи вызвали нас. Картина следующая — твоя подружка валяется на полу без сознания, в руке у нее зажат пистолет. А рядом лежит труп мужика, которому послали пулю в лоб.

— Бред какой-то… — пробормотала Лариса.

Капитан лишь плечами пожал и внимательно посмотрел на нее.

— А что за мужик? — тихо спросила она.

— А тот самый, о котором ты меня просила справки навести! — ответил Карташов.

— Ой, бли-и-ин… — протянула Лариса, не в силах сказать ничего другого.

— Я так понимаю, — медленно отчеканил Карташов, — что ты сюда приехала неспроста. Видимо, вы что-то задумали с подружкой.

— Олег… — тихо проговорила Лариса, не в силах сейчас препираться с капитаном. — Я тебе говорю правду — я ничего не знаю о случившемся, для меня это как гром среди ясного неба. Давай не будем сейчас кричать друг на друга, мне необходимо поговорить с Мариной.

— Ага, сейчас прямо! — возмутился Карташов. — Побеседовать по душам с убийцей сразу после преступления, как это мило! Вы, Лариса Викторовна, вообще понимаете, что говорите?

— Олег, я не верю, что это она его убила! — твердо заявила Лариса.

— Мало ли во что ты не веришь! — махнул рукой Карташов. — Я вот в бога не верю, а сколько людей в церковь каждый день ходит. Тут факты говорят

сами за себя. Так что, думаю, что в ближайшее время тебе с твоей подружкой побеседовать не удастся. Впаяют ей прилично. Хорошо, если за самооборону только влепят, но скорее за ее превышение. Так что два года — точно получит!

Карташов произнес все это со злостью и, отвернувшись от Ларисы, широкими шагами прошел к подъезду. В этот момент подъездная дверь отворилась, и оттуда вывели Маринку. На руках ее были наручники.

Вид у Маринки был ужасный — на голове с правой стороны запеклась кровь, ее подтеки виднелись и на лице, тушь размазалась, волосы были спутаны, одежда перепачкана. Она шла нетвердой походкой, из ее глаз текли слезы, оставляя на грязных щеках белые полоски.

Увидев подругу, Лариса кинулась к ней.

— Куда? — преградил ей дорогу один из милиционеров.

— Простите, это моя подруга, мне нужно с ней поговорить! — быстро произнесла Лариса.

— Не положено! — отрезал милиционер.

Лариса в отчаянии огляделась. Карташов стоял, глядя на нее суровым взглядом и всем своим видом давая понять, что ничего в этой ситуации он предпринимать не будет.

— Лора! — тонким голосом вскрикнула Маринка и расплакалась в голос.

Карташов со вздохом взял Ларису за руку и отвел подальше. Она видела, как Марину запихнули в милицейский «уазик» и увезли.

— Мне было нужно десять минут, всего лишь десять минут, — тихо сказала Лариса, с упреком глядя на Карташова.

— Успокойся. — Он обнял ее за плечи и повел к лавочке. Они сели на нее, Олег Валерьянович достал свои сигареты и протянул Ларисе. Она оставила свою пачку в машине, поэтому воспользовалась карташовскими. Некоторое время они курили молча, потом Олег сказал:

— Ты пойми, не мог я сейчас тебе дать такую возможность. Хочешь, поехали со мной в отделение, там немного все утрясется, будет ясно что и как.

Лариса кивнула с опущенной головой.

— Не убивайся ты так, — обнял ее за плечи Карташов. — Все выяснится. А сейчас поехали. Заодно меня подвезешь.

Они прошли к ее «Вольво», Лариса села за руль, и они отправились в отделение. Там Карташов оставил Ларису в кабинете, а сам сразу же вышел. Вернулся он примерно через час и сказал ей:

— Я все устроил, сейчас ты сможешь с ней пообщаться, раз уж тебе так надо.

— Спасибо, Олег, — с искренним чувством благодарности ответила Лариса. — Большое спасибо.

— Ладно, сочтемся, — буркнул Карташов. — У меня только одна просьба — не задерживайся там. Я выделяю тебе ровно десять минут, и по их истечении не желаю выслушивать твоих просьб типа «пожалуйста, Олег Валерьянович, еще одну секундочку!».

Карташов так точно передал характерные для Ларисы интонации, что она не выдержала и засмеялась. Потом, посмотрев на него уже серьезно, она сказала: