Тщательно отшлепанная

Коул Тилли

— Вы за это заплатите, мисс Паризи, — сказал Гарри. Я проигнорировала его горячее предупреждение и поцеловала его выпуклую V-линию живота. Я лизнула аппетитную мышцу, затем перешла к его твердому члену. Он подергивался в предвкушении, когда я приближалась к нему, и я лизнула вену, проходившую на боку. Ласкала его ртом от основания до кончика. Гарри сжал руки по бокам, пока его пальцы не запутались в моих волосах, наматывая их. Прикосновение показалось мне знакомым.

— Фейт, — сказал он так, словно ему было больно. — Возьми мой член.

— Да, сэр, — сказала

я, с удовольствием наблюдая, как его глаза впились в мои, когда я провела губами по кончику и взяла его в рот. Он был слишком велик, чтобы взять его весь, поэтому я переместила руку к основанию его члена и стала сжимать его и там. Гарри приподнял бедра, но, как и подобает джентльмену, сдержался. Я обводила языком его кончик, вбирая его так глубоко, как только могла, пока Гарри не отвел мое лицо в сторону. — Прекрати. Мне нужно трахнуть тебя. Я хочу наконец-то кончить в тебя.

— Гарри, — пробормотала я и поползла по его до смешного совершенному телу. — Продолжай говорить со мной в таком тоне. Мне нравится такая версия тебя.

Гарри схватил меня за руки и перевернул на спину. Он потянулся к прикроватной тумбочке и достал презерватив. Я завороженно смотрела, как он надевал его и приподнялся надо мной.

— Это ты, — сказал он в момент чистой нежности. — Я такой только благодаря тебе.

— Гарри, — прошептала я, и мое сердце разбилось на мелкие частицы и исчезло в ночи.

Гарри расположился у моего входа и, прижавшись губами к моим, вошел. Я застонала ему в рот, он застонал в мой. Я обвила руками его шею, а ногами — его талию. И вскрикнула, когда он заполнил меня до отказа.

Я застонала, когда он начал двигаться, идеально ударяя по точке внутри меня. Мои груди прижались к его груди, создав трение, когда он раскачивался вперед-назад, и мое тело запылало, зажглось от раскаленных до бела ощущений, пронизывающих меня.

— Гарри, — застонала я, когда он положил голову мне на шею и увеличил скорость. Он входил и выходил, пока я не превратилась в тело, наполненное лишь наслаждением. Мои глаза закрылись, я прижалась к нему еще крепче, чувствуя приближение глубокого оргазма. — Гарри, — закричала я, вцепившись в его плечо, так как мои ноги начали дрожать.

Он зарычал, а затем поднял голову и посмотрел на меня. Это было все, что мне потребовалось, чтобы распасться на части, вокруг меня взорвались фейерверки. Гарри снова и снова входил в меня, пока я не превратилась в пушинку в его руках.

— Фейт, черт, Фейт… ЧЕРТ! — закричал он и закрыл глаза, стиснув зубы, когда кончил. Я смотрела на него в момент оргазма, уверенная, что никогда в жизни не видела ничего более совершенного.

— Черт! — снова застонал он, его голос эхом отдавался в комнате вокруг нас. Его тело блестело от пота, а темные волны были растрепанными от моих блуждающих рук, тянущих их за пряди. Его губы распухли от поцелуев, а щеки раскраснелись от сильного возбуждения. Я застонала, когда он дернулся внутри меня. Я была измотана, но все равно жаждала того, что он еще хотел дать.

После этого я боролась за дыхание. Гарри лежал надо мной, его вес давал чувство безопасности.

Затем он прижался лбом к моему лбу, после чего вышел из меня и перекатился на бок. Он потянул меня, прижав к себе, словно не мог вынести разлуки ни на секунду. Моему глупому романтическому сердцу это нравилось. Даже слишком.

Я, затаив дыхание, провела рукой по его плоскому животу, по груди, которая вздымалась и опускалась. Приподнявшись на локте, я уставилась на него. Я улыбнулась, и Гарри, рассмеявшись, улыбнулся в ответ.

— Это всегда самые тихие, — сказала я, и Гарри закатил глаза. Я проследила за узором черных волосков, рассыпавшихся по его груди. Я целовала его грудные мышцы до основания горла. Гарри откинул голову назад, открыв мне доступ, и зашипел, когда мой язык высунулся и попробовал на вкус его соленую кожу.

— Откуда ты взялся? — спросила я, заметив, что его кожа покрылась мурашками, когда мое дыхание пробежало по его груди. — Такой замкнутый, такой отстраненный днем. — Мой палец прошелся по впадинам и гребням его живота. — А в постели такой доминирующий, такой чертовски потрясающий.

Пальцы Гарри прошлись по моему позвоночнику, затем опустились ниже. Целуя мое лицо, он ввел в меня палец. Я прижалась лбом к его груди, пока он ласкал меня сзади, поглаживая мою чувствительную точку G, которая едва успела восстановиться, как он вернулся и начал ласкать ее этими талантливыми руками.

Рот Гарри переместился к моему уху.

— Я так давно хотел тебя трахнуть, — сказал он, его глубокий голос и пальцы вызывали во мне дрожь. Я почувствовала, как его член затвердел у меня на бедре. Поэтому прикусила губу и прижалась щекой к его щеке. — Я столько раз дрочил, представляя тебя на этой кровати, в моих объятиях, подо мной, выкрикивающей мое имя.

— Господи, Гарри, — сказала я, моя кровь нагревалась. Гарри поцеловал меня в ухо. Затем переместился на меня, прижав к матрасу. Он был словно облако надо мной, такой мягкий. И от него пахло одеколоном Гарри. Я вдыхала его, когда он покрывал поцелуями мою спину от шеи до самого низа. Гарри обхватил мои бедра и потянул меня на четвереньки.

Я услышала треск вскрываемой упаковки презерватива, а затем вскрикнула, упав на матрас, когда Гарри вошел в меня сзади. Я стонала, стонала и стонала, когда он так невероятно заполнял меня, стонала, когда он полз по мне, пока его грудь не прижалась к моей спине, а его руки не накрыли мои, когда я вцепилась в простыню. Гарри взял меня за подбородок и, не останавливаясь, поднес мои губы к своим. Его язык погрузился в мой рот в такт его толчкам.

Гарри Синклер присваивал меня, соединяя мое тело со своим. Он входил в мое сердце. Повсюду был Гарри Синклер. Каждый мой вздох, каждый стон он поглощал. Я откинула бедра назад, и это движение вызвало в нем искру. Зарычав, он нежно переплел свои пальцы с моими, что резко контрастировало с тем, как он входил в меня сзади. Я парила. Когда моя киска начала сжиматься, член Гарри заставил все мои синапсы взорваться, я вскрикнула от экстаза.

Гарри фыркнул, замер, а затем кончил с моим именем на губах.