ТРЗ-пара
Шрифт:
Я вышел за ворота и вдруг услышал голос Глюмы:
— Я сейчас выйду!
— Ладно, — ответил я и остановился, как вкопанный: ведь Глюмы нигде поблизости не было!
«Фуф! — вздохнул я. — Померещилось.» Поковырял пальцем в ухе и пошел дальше.
До дома Глюмы было всего шагов тридцать. Не прошел я и половины пути, как снова услышал голос Глюмы:
— Подожди у ворот, я сейчас
— Так, — сказал я сам себе, ощутив, как под кожей по спине побежали во все стороны мурашки. — Надо вернуться. Наверное, я с левой ноги переступил пирог.
— Ты веришь в приметы? — спросил голос Глюмы.
Я повернулся и побежал. Осторожно, чтобы не хлопнула дверь, вошел в сени, постоял с полминуты, перешагнул порог с правой ноги и снова направился к дому Глюмы. Но она ждала меня уже у наших ворот.
— Ну! — сказала Глюма, когда я подошел к ней. — Давай твой подарок!
Я протянул ей сверток. Она взяла его, сунула себе под мышку и снова сказала:
— Ну?
— Что — ну? — не понял я.
— Зачем мне твой сапог с левой ноги? — Глюма коснулась холодными пальцами моего лба.
— Откуда ты знаешь? — оторопел я.
Глюма засмеялась. Пока она смеялась, я смотрел себе под ноги. А когда поднял глаза, Глюмы передо мной не было. На снегу в двух шагах от меня лежал сверток с моим глупым подарком.
«Может быть, я уронил его, когда бегал домой?» — подумал я, потому что ничего другого подумать не мог — боялся.
— Может быть, — сказала Глюма.
Я резко обернулся. Она стояла у меня за спиной.
— Чего это ты, действительно… — начал было я. Но она сказала:
— Тс-с-с! — прижала палец к губам и кивнула головой — дескать, оглянись.
Я оглянулся и увидел бегущего к нам барбоса. Барбос остановился около свертка, завилял хвостом и взглянул на меня вопросительно.
— Бери, — сказала ему Глюма.
Барбос взвизгнул от радости, схватил сверток в зубы и умчался.
— Он отнесет его к другому сапогу, — объяснила Глюма. — А весной, когда растает снег, ты найдешь оба сапога вместе. Правда, хорошо?
— Хорошо, —
— Сама не знаю, — пожала плечами Глюма. — Наверное, мы с тобой ТРЗ-пара.
— Телепатическая резонансная пара?! Но ведь ученые давно установили, что такого не бывает! — удивился я.
— Я тоже читала об этом. Что же теперь делать?
— Да, что же теперь делать?
— Принеси «Путешествия Лемюэля Гулливера» и конфеты, — вздохнула Глюма. — А то тебе от мамы влетит. — Сейчас! — и я помчался за подарком.
Потом мы, наверное, целый часа сидели с Глюмой у нее дома и молча разговаривали друг с другом. Прежде всего мы поклялись, что никому не расскажем о нашей тайне. Ведь она открывала перед нами удивительные возможности: мы решили что теперь будем мысленно подсказывать друг другу, когда кого-нибудь из нас вызовут к доске, будем болтать молча все уроки напролет, прямо из учебника передавать ответы на любые вопросы учителей на уроках и на экзаменах. Можно будет читать друг другу книжки, находясь одновременно в разных местах, мгновенно сообщать всякие новости… Мы просто сгорали от нетерпения испытать все это на деле.
Дома я долго не мог уснуть — все думал о случившемся. Не спала и Глюма. Мы продолжали с ней обмениваться мыслями. Ровно в двенадцать ночи Глюма сказала мне: «С Новым годом!». Я ответил ей. И на этом ТРЗ-связь прервалась. Возобновить ее нам не удалось ни назавтра, ни в последующие дни. Мы испробовали все, но наши старания были напрасны. Нас это очень огорчило. И чтобы хоть как-то восполнить утраченную нами ТРЗ-связь, мы стали часто видеться с Глюмой, читать вместе книги, готовить уроки. Мы уже научились угадывать желания и мысли друг друга. Без ТРЗ-связи.
И все-таки мы ждем, что в следующую новогоднюю ночь связь снова появится. И если это произойдет, мы сделаем кое-что интересное… И еще мы решили, что непременно приобретем РЗ-усилители, когда нам исполнится по восемнадцать…
А о сапогах я не беспокоюсь. Никуда они не денутся. Найдутся, как только растает снег. Думаю, что это произойдет в марте.
1970 г.
Брега Тавриды 2009 04, с. 234–239