Тряпичная ведьма
Шрифт:
Народу было много. Маленькие фигурки столпились в гавани. Пол различил крики, смех и даже несколько нот веселой песни.
— Сегодня праздник, — пояснил Димус. — День моря, когда мы благодарим морского владыку за его щедрые дары. Я не стану рассказывать им твои новости, юноша. Приготовиться к встрече Буревестника мы успеем и завтра.
— Многим из вас придется идти на войну? — спросил Квигин. Пол обернулся и отметил, что, даже разговаривая с ними, Квигин отслеживал изящный полет альбатроса в небе и возню птиц в скалах.
— Каждому,
— И женщины тоже пойдут? — удивился Пол. — У вас так принято?
Димус обернулся к нему.
— Нам еще никогда не приходилось отвечать на призыв Буревестника, — сказал он озадаченно. — Но женщины точно так же тренируются с оружием в Королевские дни, как и мужчины. Не думаю, что северные твари слишком разборчивы в добыче, так что будет лучше, если сражаться отправятся все, кто может.
— Так значит, вы еще никогда не сражались? — разочарованно протянул Пол.
— Но с кем?
— С врагами. С другими людьми, которые…
— С людьми? — Димус был потрясен. — Нам нельзя этого делать!
— Даже если бы на вас напали? — продолжал допытываться Пол. — Если бы они хотели забрать вашу землю?
— Это наша земля, — сурово ответил Димус. — Мы связаны с ней и с морем. Наша земля и наше море не откликнутся на чужой зов. А их земли не примут нас. Только у северных тварей нет дома, вот они и хотят отобрать его у нас.
— Понятно, — сказал Пол. Он впервые до конца осознал, какие беды принесет Тряпичная ведьма этому мирному королевству. Она уже принесла войну и разрушения, и еще многие люди погибнут, пытаясь остановить ее. Ему вдруг вспомнился Малгар-пастух из далекой деревеньки на северо-западе. Может, уже сейчас его народ сражается с Тряпичной ведьмой и, если верить Танбулю, терпит поражение. Он непроизвольно потянулся к кошельку с синим пером и только тут понял, что одет лишь в шерстяную рубаху, доходившую ему до колен. — Пойду, оденусь, — буркнул Пол и поплелся назад в хижину.
— Давай-давай, а потом мы присоединимся к празднику, — сказал Димус. — Хотя Пол, как видно, танцевать сегодня не сможет.
Квигин рассеянно кивнул, наблюдая, как Лизелла скрывается в зарослях травы неподалеку от берега. Там водились песчаные ящерки, и ему хотелось узнать, как они разговаривают.
— Я спущусь в деревню попозже, — сообщил он, просунув голову в дверь, и отправился вслед за Лизеллой, издавая глубокие гортанные крики ящериц.
С Лиссой переход через шар оказался совсем иным: медленным и мягким, без оглушающей потери чувств, которой обычно сопровождались переходы Джулии. Но свет был таким ярким, что ей пришлось зажмурить глаза.
Когда же она их открыла, то оказалась под мягким солнечным светом и вдохнула полную грудь чистого прохладного воздуха. Лисса стояла рядом, и ветерок трепал ее длинные седые волосы.
Для Джулии каждая
— Помни, Джулия, это все ненастоящее, — сказала Лисса. — Это всего лишь воспоминания Тряпичной ведьмы, причем, видимо, ранние, поскольку земля еще чистая, неиспорченная. Но ее воспоминания меняются и накладываются друг на друга. Ты должна быть готова ко всему…
Голос Лиссы дрогнул, и ее тело поплыло, словно исчезающий мираж. Потом образ снова окреп, и она продолжила:
— Скорее! Рябина уже тянет меня! Тебе нужно отыскать Анхивар — женщину с длинными рыжими волосами. У нее на груди серебряная звезда. Она должна быть у моря…
— А что делать, когда я найду ее? — Джулия вцепилась в руку Лиссы. — Пожалуйста, не уходите!
Рука Лиссы стала бестелесной и прошла сквозь руку Джулии, как дымка. Лисса успела выдернуть у себя волосок и сунуть его в другую руку Джулии, а потом исчезла, и только голос ее еще некоторое время дрожал в воздухе:
— Пусти его по ветру, когда найдешь Анхивар… и я приду…
Джулия глянула на красно-бурый листок, что лежал у нее на ладони, потом осторожно спрятала его в нагрудный карман рубашки.
— У моря… — бормотала она, разглядывая раскинувшееся внизу озеро. На дальнем берегу она разглядела речушку, а реки, как известно, текут к морю.
Достав желто-золотую палочку и держа ее наготове, она решительно двинулась вниз по холму.
Примерно через час она заметила, что с севера плывет огромная туча. Она двигалась, как темная стена, перед ней сверкала молния, а позади — катился гром.
Джулия прибавила шагу. Ей вовсе не хотелось, чтобы гроза застигла ее здесь, на открытом пространстве.
Потом в один момент все небо почернело, хотя туча еще никак не могла добраться до реки. Молнии заплясали на холме перед Джулией, а гром оглушил сухими трескучими раскатами без малейшего намека на дождь.
Джулия побежала. Молнии, ветвясь и раскалываясь, преследовали ее. Их вспышки освещали окрестности, словно огромный прожектор. Джулия бежала вслепую, зажав уши руками, спотыкаясь на неровно освещаемом склоне.
Потом туча вдруг исчезла, небо засияло голубизной, и все стихло, словно никакой грозы и не было.
Но ландшафт уже изменился. На месте речушки зиял сухой овраг. Не было теперь и деревьев, и зеленая трава на склонах пожелтела, и земля растрескалась, словно пережаренный пирог.
«Наверное, воспоминания сменились», — подумала Джулия, оглядывая безжизненную пустошь. Лисса рассказывала, что на пике своей власти Тряпичная ведьма превратила большую часть королевства в пустыню. Видимо, пейзаж, открывшийся сейчас взору Джулии, был как раз из тех времен. Значит, где-то поблизости должны быть и ее твари.