Тряпичная ведьма
Шрифт:
И тут он понял, что Хозяин Воздуха смеется.
— Не смейтесь надо мной! — крикнул Пол, вдруг разозлившись и на голову, и на свой маленький рост, и на нелепость своего ответа. — Могли бы просто сказать, что ответ был неудачный! Зачем же сразу смеяться?
Голова перестала хохотать, и взгляд желтых глаз снова остановился на мальчике.
— Твой ответ вполне всеобъемлющий, — заявил Хозяин Воздуха, широко разевая рот на каждом слове. — «Потому что» так же необъятно, как сам воздух.
Пол удивленно молчал, гадая, правильно ли он все расслышал. Он словно бы ответил наугад на все десять вопросов экзаменационного билета, и все десять раз угадал. Он медленно протянул руки, сложив их чашечкой.
Поначалу ничего не происходило, только в ладонях стало слегка покалывать. Покалывание усилилось и превратилось в легкий ветерок, плещущийся только в его ладонях. А потом ветерок превратился в ледяной ветер, вырывающийся из рук со всей мощью урагана. Но Пол не выпустил его. Когда буря в его ладонях стихла, он осторожно раскрыл их — внутри лежало одно-единственное синее перо, легкое, как сам воздух.
— Это — Дыхание, — прошептала голова. — Береги его и используй, когда понадобится.
— Но чем это поможет Джулии? — спросил Пол, засовывая перо в кошель, болтавшийся на поясе. — И что такое Дыхание?
Голова лишь улыбнулась, а птицы снова загомонили и засвистали. Ответа Пол не дождался, как не дождался и восхищенных криков Квигина, познавшего что-то новое в своей профессии. По правде говоря, и самого Квигина нигде не было видно. Наверное, он выпал из корзины, когда Пол разговаривал с Хозяином Воздуха.
Но тут он услышал голос Квигина откуда-то сверху, совсем как в тот раз, когда они познакомились. Он задрал голову и увидел, что Квигин взобрался прямо под баллон и внимательно вглядывается внутрь сквозь желтый шелк.
— Что ты там делаешь? — спросил Пол. — Я думал, ты выпал. Не стоит…
— Пол, — перебил его Квигин. Голос его звучал удивленно и даже озадаченно. — Кажется, мастер Труан погиб.
— Что?
— Мне кажется, мастер Труан погиб, — повторил Квигин, хмурясь. — Все духи покидают оболочку шара, а они ни за что не сделали бы этого, будь он жив. Хотя я сейчас припоминаю, что он велел высоко не залетать…
— Хочешь сказать, что мы сейчас разобьемся? — прокричал Пол. — Ты не можешь остановить этих духов? — Но он уже и сам видел, как оранжевые силуэты выскальзывают из желтого шара, и баллон заметно сдувается.
— Не могу, — ответил Квигин. — Но зато мы увидели Сходню Ветров!
— А ты не можешь попросить птиц поддержать нас? — крикнул Пол. Шар явно падал. Он стал совсем тощим. Вдобавок ко всему, голова Хозяина Воздуха, кажется,
— Они не слушают! — ответил Квигин, издав серию отчаянных свистов. — Они спорят за право оседлать северо-западный ветер!
— Попробуй еще! — настаивал Пол. Он смотрел то на шар, то на голову. Хотя они довольно быстро падали, голова оставалась на одном уровне с ними и продолжала втягивать в себя воздух, с каждым новым вдохом засасывая шар в огромную пасть.
— Она сейчас чихнет! — завопил Пол, когда шар скользнул мимо головы, чиркнув ее корзиной по носу.
— Ахм… апм… апхчи, — разразилась голова. Чудовищный взрыв оглушил Пола и Квигина, подхватил шар и швырнул его километров на двести через восточное море.
— Его звали Труан, — дрожа, промолвила Джулия. Она погрузила руки в траву и добавила: — Он был последним. Она просто… просто посмотрела на него и произнесла его имя… и он умер.
Лисса кивнула и положила прохладную ладонь на лоб Джулии. Странно, но это и впрямь принесло утешение, как прохладная тень в жаркий полдень.
— Лежи спокойно, Джулия, — сказала Лисса, осторожно толкнув ее на мягкую землю. — Лежи спокойно. Здесь, за сплетенным падубом, тебя ничто не потревожит.
Джулия закрыла глаза и расслабилась. Она чувствовала, как Лисса гладит ее по лбу. Женщина водила рукой снизу вверх и направо, а потом точно так же сверху вниз и налево длинными пассами. Потом Лисса запела нежную колыбельную о море, кораблях и неторопливо катящихся зеленых волнах. Она начала пересчитывать волны, и Джулия пыталась уследить за счетом, но заснула, не досчитав и до двадцати.
Когда она проснулась, Лисса стояла рядом, вглядываясь в шар. Она снова пела, но на этот раз песня была совсем не колыбельной, в ней чувствовалась внутренняя мощь.
— Доброе утро, — оборвав песню, сказала Лисса, как только увидела, что Джулия открыла глаза. — Если, конечно, во внешнем мире сейчас утро.
— Думаю, что так, — сонно пробормотала Джулия. — Сколько я спала?
Лисса улыбнулась.
— Кажется, время здесь течет иначе. Но, наверное, полдня.
Джулия кивнула, гадая, могла ли она так хорошо отдохнуть за столь короткое время. Потом ей подумалось, что это первый спокойный сон с тех пор, как она повстречала Тряпичную ведьму. Все это время ей удавалось лишь ненадолго забываться тревожным сном, да и то перемежаемым кошмарами. Она впервые проголодалась, но голод быстро прошел, и она снова ощутила знакомое притуплённое чувство — ни сыт, ни голоден, а нечто среднее и очень неприятное.
— Ну, думаю, теперь можно поговорить о том, как ты здесь оказалась, — сказала Лисса.