Труп на сцене
Шрифт:
Пластинка доиграла до “Карибского Джо”, когда зазвонил телефон. Я машинально снял трубку.
– Где тебя черти носили? – прорычал столь знакомый мне голос.
– Пишете приказ о моей отставке? – поинтересовался я.
– Ты там был, когда Ландис звонил мне?
– Ну да.
– Мне надо что-то предпринять. Завтра он обо всем распишет в своей газетенке. Пока я ничего не говорил ни одному из репортеров, но после завтрашних сообщений я буду вынужден как-то все это прокомментировать.
– Как насчет “Плевать на Ландиса”? –
– А как насчет “Уиллер – сержант”? – хрюкнул Лаверс. На это у меня не было ответа.
– Одно мне непонятно. Почему он вернулся домой и застукал там тебя?
– Я объясню вам. Классический ключ ко всем преступлениям. Это сделал дворецкий. Он позвонил Ландису и настучал, что я у того в доме.
– Чего-нибудь стоящего ты добился от его дочери? Я немного поразмышлял над этим вопросом, потом решил, что детали моей личной жизни не так уж интересны окружному шерифу.
– Ничего определенного. Она ненавидела братца. Никто его не любил. Вот, наверное, и все.
– Да, негусто.
– Но я надеюсь раскопать что-нибудь посущественней.
– И лучше уж тебе это сделать побыстрее. Будь у меня ровно в девять утра, и ни минутой позже, понял, Уиллер?
– Есть, сэр, – я повесил трубку. Почти сразу же телефон вновь зазвонил. Я поднес трубку к уху и отчеканил:
– Да, сэр, ровно в девять часов утра. На другом конце молчали, что было явно не похоже на Лаверса. Потом взволнованный голос спросил:
– Лейтенант Уиллер?
– Кто говорит?
– Тэлбот, сэр, – сказал дворецкий дрожащим голосом. – Я уже давно пытаюсь дозвониться до вас. Мне нужно срочно с вами встретиться!
– Отлично, – я дал ему свой адрес. – Когда вы придете?
– Как только смогу, лейтенант!
Итак, я искал Тэлбота, а он искал меня. Кто это там сказал, что только любовь заставляет вращаться весь мир?
Я налил себе еще виски и снова устроился в кресле. Прелестные звуки “Креольского любовного гимна” нежно разливались по комнате из пяти динамиков, установленных со знанием дела на стене. Я ни о чем не мечтал, разве что какой-нибудь очаровашке-блондинке.
Через десять минут мне в третий раз позвонили. Я мгновенно узнал голос. Я никогда не спутаю этот задыхающийся голос, от которого я начинаю дрожать, как его обладательница, наверное, дрожит постоянно.
– Эл. Я ужасно сожалею о случившемся сегодня. Все было так ужасно, я, наверное, могла умереть, точно могла. Я совсем не понимаю, почему вдруг вернулся отец. Что-либо объяснять ему совершенно бесполезно, он просто не слушает.., он так пугает меня иногда.
– Не переживайте по поводу происшедшего, Рина.
– Но я очень переживаю, Эл. Вы знаете, ваш эмоциональный тонус так сильно повлиял на меня, что у меня так и не было возможности…
– Конечно, конечно.
– Отца нет дома. Он в редакции газеты и еще очень долго не придет. Я совершенно одна в доме. Не могли бы вы
– Извините, дорогая. Но это невозможно.
– Простите и меня тоже. Я так примитивно о вас подумала сегодня, что если мне не выразить свои чувства, то я начну сублимировать и подавлять их. Я не верю в подавление чувств, Эл, я думаю…
– Да, да, вы мне уже об этом говорили сегодня, – торопливо перебил я девушку.
– Я знаю! – торжествующе воскликнула она, – Так почему бы мне самой не прийти сейчас к вам!
– Звучит заманчиво. Сколько вам нужно времени?
– Минут двадцать. Какой у вас адрес, Эл? Я объяснил, где живу, и она положила трубку. Взглянул на часы. Только девять часов. Тэлбот должен появиться с минуты на минуту, а потом и сама Рина. В четверть первого у меня свидание с Полуночной. Похоже, мне предстоит веселенькая ночка. Я поставил вторую сторону диска Эллингтона и заодно налил себе еще виски. Мне нужно было отвлечься.
Будет весьма пикантная ситуация, по выражению женщин-писательниц, когда появится Рина и застанет у меня своего дворецкого, изливающего мне душу. Пусть не думает, что только ей принадлежит монополия на исповеди.
Прошло еще десять минут, прежде чем зазвенел дверной звонок. Я встал и пошел в прихожую. Открыл дверь, и на меня свалился Тэлбот. Я отшатнулся, приняв на себя столь неожиданный груз. Захлопнув дверь, я неловко положил его на пол.
В спине у него зияла дырка от пули, и Тэлбот не дышал.
Я подумал, больше трупов – меньше подозреваемых.
Глава 8
Я перескочил через труп и пулей вылетел из квартиры. Через пять минут я вернулся обратно. Труп номер три продолжал лежать у меня в прихожей.
Минутой позже дыхание у меня восстановилось и я стал помаленьку соображать: теперь у меня есть три вещи. Во-первых, тот факт, что того типа, только что пристрелившего Тэлбота, в доме нет, во-вторых, я не слышал выстрела, значит, преступник воспользовался глушителем, и, в-третьих, у меня в квартире находится труп дворецкого. Все это мне было здорово не по душе. От трупов так трудно избавиться, но и оставлять их так просто валяться тоже не резон.
Я схватил Тэлбота за ноги и затащил тело в ванную. Не успел я прикрыть дверь, как зазвенел дверной звонок.
Дверь я открывал с пистолетом в руке.
Рина Ландис моргнула, увидев пушку.
– Эл, я и не предполагала, что у вас такое сильное отклонение от нормы!
Я затащил ее в квартиру и запер дверь. Схватил сумочку и быстро проверил ее содержимое, но пистолета в ней не было.
– Какой напор! – Рина удивленно хлопала глазами за стеклами своих очков. – Зачем же хватать мою сумочку, когда можно схватить меня саму?