Трудный выбор
Шрифт:
— Уилл? — тревожно прошептала она. — В чем дело? Почему ты так сидишь?
— Ш-ш, — предостерегающе прошипел он. Теперь она тоже услышала. Это были приглушенный стук лошадиных копыт и скрип кожаных седел. Потом заквохтали куры.
— Кто-то крадет наших кур! — сердито сказал Уилл. Он соскочил с кровати, сдернул со спинки винтовку и вихрем вылетел из дома.
— Уилл, подожди! Ты же не знаешь, кто это! Но он уже был за порогом. Рейчел встала и двинулась вслед за ним. Не успела она преодолеть половину расстояния до двери, как ночь взорвалась звуками выстрелов. Прозвучали
— Боже мой! Уилл? — Рейчел выскочила наружу. Там в ярком лунном свете она увидела нелепо раскинувшуюся на земле фигуру — в длинном нижнем белье, на котором сейчас отчетливо проступали расплывающиеся алые пятна.
— Уилл, Уилл! О Боже!
Рейчел упада рядом с мужем на колени, но Уилл лежал неподвижно, с широко раскрытыми удивленными глазами. Она поняла, что муж мертв. Подняв голову, она сквозь застилавшие глаза слезы увидела двух всадников. Широкополые шляпы скрывали их лица, и они были закутаны в длинные плащи, хотя никакого дождя не было. Оба держали в руках дробовики.
— Кто вы такие? — крикнула она. — Зачем вы это сделали?
Лошади, все еще не пришедшие в себя после выстрелов, встали на дыбы. Пока один из всадников пытался обуздать своего коня, Рейчел бросилась к нему. Не помня себя от ярости, она ухватилась за обутую в сапог ногу всадника попыталась стянуть его с седла.
Он взмахнул дробовиком, и Рейчел увидела отблеск луны на опускавшемся на нее ружье. Она попыталась увернуться, но было уже поздно. Дробовик обрушился ей на голову. Она услышала оглушительный рев, увидела яркую, ослепительную вспышку и упала головой вперед, потеряв сознание.
По мере того как Резвая Лань пробиралась вдоль неглубокого оврага, звуки выстрелов постепенно приближались, отражаясь от склонов оврага и наполняя его гулом, похожим на звук бурного весеннего потока. На сердце у Резвой Лани было тяжело: она знала, что означает эта стрельба. Они обнаружили укрытие ее отца! Предназначенный-для-Лошадей вернулся из последней схватки с солдатами с тремя пулевыми ранениями. Одна из пуль попала ему в грудь, и, когда он дышал, Резвая Лань слышала, как воздух выходит из раны. Она знала, что это душа выходит из его тела, и пыталась залечить отверстие с помощью трав, но никакие ее усилия не могли удержать душу Предназначенного-для-Лошадей в его теле.
На время они нашли укрытие в брошенном доме из дерна, но Предназначенный-для-Лошадей настаивал, что индеец не должен умирать в доме белого человека, и они покинули дом и разбили лагерь среди скал и высокой травы на берегу ручья. Ее отец хотел остаться здесь до самой смерти, чтобы потом он смог построить хижину для Тихой Речки и Каменного Орла в землях, где властвует Великий Дух.
Резвая Лань не хотела, чтобы он умирал. Она оставила его одного и прошла много миль, пытаясь напасть на след других индейцев. Они соорудят носилки и отвезут ее отца к ручью Розбад.
Но ей не удалось никого найти, и теперь она возвращалась, чтобы бодрствовать у ложа умирающего вождя. По звукам выстрелов она поняла, что бледнолицые
Резвая Лань пробиралась по дну оврага, пока могла оставаться незамеченной. Затем она разыскала место, где можно было спрятаться и наблюдать за происходящим. Первое, что ей бросилось в глаза, — бледнолицые были не солдатами, а людьми шерифа. Присмотревшись, она увидела человека с приколотой к рубашке звездой. Резвая Лань знала о том, кто такой шериф у белого человека. Их было не меньше дюжины, и почти все они прятались за гребнем скал. Трое заняли позицию, с которой могли наблюдать за ее отцом, — он притаился за валуном, откуда торчал только ствол его винтовки. Остальные бледнолицые сидели на корточках, образовав полукруг, курили, болтали и передавали друг другу бутылку виски.
Резвой Лани хотелось броситься к отцу и умереть вместе с ним. Но она понимала, что ее заметят и убьют задолго до того, как она добежит до Предназначенного-для-Лошадей. Кроме того, в ней сильна была жажда жизни.
Один из людей шерифа бросил пустую бутылку из-под виски на скалы — Резвая Лань услышала звук бьющегося стекла, — вытер рот тыльной стороной ладони, а другой рукой почесал у себя между ног. Затем встал позади того, кто наблюдал за ее отцом.
— Эй, Предназначенный-для-Лошадей, спускайся сюда! — крикнул он. — Иди, чтобы мы могли посмотреть на тебя, или мы сами придем за тобой!
— Он не говорит по-английски, — сказал другой. — Он не понимает, что от него требуют.
— А его дочь достаточно хорошо говорит по-английски. Насколько мне известно, она ходила в школу для индейцев. Этот грязный фермер, что обнаружил Предназначенного-для-Лошадей и сообщил нам, говорил, что видел вместе с ним маленькую скво. — Он повысил голос до крика:
— Эй, индейская девчонка? Ты меня хорошо понимаешь. Скажи своему отцу, чтобы он вышел к нам, — мы не причиним ему зла. — Он пьяно хихикнул и потише добавил:
— Вешая этого дикаря, мы будем очень вежливо с ним обращаться.
Остальные хрипло рассмеялись и дали залп. Предназначенный-для-Лошадей выстрелил в ответ, и бледнолицые пригнулись.
— Эй, ребята, — презрительно ухмыльнулся пьяный, — мы собираемся убивать этого индейца или нет? К ним подошел человек со звездой.
— Я всего лишь лицо, облеченное правами шерифа, — сказал он. — Что вы от меня хотите? Черт возьми, его не смогла поймать вся армия Соединенных Штатов.
— Тебе недолго ходить в шерифах, если ты не вернешься с мертвым индейцем.
— Ты пьян, Джейк, черт бы тебя побрал, — сказал шериф. Он отцепил свой значок и протянул его собеседнику. — Если тебе так нужен Предназначенный-для-Лошадей, прицепи это себе и убей его.
Джейк помешкал секунду, а затем с широкой улыбкой взял звезду шерифа и прикрепил ее к жилету.
— Я сделаю это, клянусь Богом.
Он выскочил на открытое место и, прыгая из стороны в сторону, стал пробираться к валуну, за которым прятался Предназначенный-для-Лошадей. Он успел сделать несколько шагов, когда прозвучал выстрел. Человек по имени Джейк повернулся вокруг своей оси; из раны на его груди хлестала кровь.