Трудные дети
Шрифт:
Марат нас забрал, с неодобрением покосился на меня, на ворох пакетов. Забрал у Ксюши сумки, переложил их в багажник и сделал нам знак садиться в машину.
– Что купили?
– вроде равнодушно поинтересовался он. Смотрел исключительно на дорогу, напряженно сжимая руль.
– Что только не купили, - с восторгом всплеснула руками Ксюша.
– Устали просто ужасно. Правда, Саш?
– Да.
– Мы столько платьев перемерили. Я себе тоже парочку купила. И Сашку укомплектовали. Теперь мы официально готовы к празднику.
– Понятно. Завтра вечером будьте готовы, мы уезжаем.
–
– улыбнулась Оксана. Марат только кивнул.
– Кто такой Леша?
– подала голос.
И спрашивала у Марата, правда, ответила все равно Ксюша. Вполоборота ко мне развернулась, коленкой коснувшись руки чечена, и многозначительно закатила глаза.
– Наш хороший друг. Учился с нами в одном университете. Вы поладите. Он очень хороший.
Это был еще один человек, в котором Оксана ошиблась. Лешка Трофимов - лучший друг Марата. Точнее, тот человек, которого можно было бы назвать лучшим другом чечена. С учетом того, что Марат - ушлая свинья, всегда добивающаяся того, чего хочет и использующая людей, как одноразовый презерватив. Трофим - как называли его те, перед кем он ничего не строил и был самим собой - был достойным другом и соратником моего тюремщика. Оба во многом похожи, похожи по целям в жизни и методам достижения этих целей. Оба не гнушались многих вещей, честными и не совсем честными путями добивались победы. Если у Марата и мог быть друг, то только Трофим с его здоровым цинизмом, пофигизмом и отсутствием стыда и совести.
Но они отличались. В мелочах, каких-то деталях, не слишком-то и бросающихся в глазах, но лично для меня эти детали решили многое. Трофим был более развязным. Иногда очень остро ощущался его возраст, а Марат всегда казался старше, вел себя степенно и серьезно, не боялся брать на себя ответственность. Лешка тоже не боялся, но делал это редко и только если его к стенке приперли и отвертеться - никак не получалось. Но в то же время темперамент у Трофима был спокойнее. Марат умеет быть терпеливым, ожидая победы, и события не торопит, но все-таки он очень взрывной и в запале ярости может многое натворить. Это я уже поняла. А вот Лешка чаще всего конфликты переводит в шутку, так из себя не выходит, но порой ему терпения не хватает, и он начинает злиться и тогда ему под руку лучше не попадаться. Они друг друга дополняли и уравновешивали, обладая похожим стержнем и расчетливой натурой. И через многое вместе прошли.
В тот Новый Год мы поехали на Лешкину загородную дачу. И не его даже, а его отца, который, как я поняла, уехал на ПМЖ в Швецию. Ехали долго, и меня к концу пути потянуло в сон. Хотя я...не нервничала, совсем нет. Больно много чести. Но определенное волнение и возбуждение испытывала. В какой-то степени Марат устроил мне экзамен, от которого в дальнейшем многое будет зависеть. И мне нельзя облажаться.
– Там много людей?
– когда мы из машины вышли, я специально замешкалась, чтобы задать вопрос Марату, пока Оксана не слышит.
– Что ты молчишь?
– А что? Ты уже струсила?
– насмешливо хмыкнул парень.
– Нет, не струсила. Я просто спросила.
Чечен призадумался.
– Достаточно.
– Еще вопрос можно?
– Попробуй.
– Это твои друзья
Марат остановился как вкопанный, так что я от неожиданности на него налетела, а потом, не в силах удержать равновесие на покрытом льдом асфальте, резко поскользнулась, в последний момент схватившись за каменное плечо.
– А какая разница?
– с настороженностью уточнил Марат. Ему была неприятна моя въедливость, мои вопросы, которые всегда били точно в цель, и он не мог увернуться. Мог, конечно, но мои вопросы его неизменно цепляли, заставляя нервничать, потому что он не в силах скрыть от меня что-то из того, к чему я получаю допуск. Он снимал замок с какой-то части своей жизни, лишь приглашая меня войти, а я, вместо того чтобы робко топтаться в проходе, нагло включала свет и чувствовала себя как дома. И через рекордно короткий срок для меня не оставалось тайн. Ни одной.
– Что ты задумала?
– Ничего. Но должна же я знать.
– Иди в дом, Саш, - он досадливо поморщился, отцепил мою руку от своего плеча и подтолкнул в сторону уютного коттеджа.
– Без всяких фокусов.
– Я все равно узнаю, - буркнула недовольно, провела ладошкой по своей новой шубе и, гордо вышагивая, направилась к дому.
Это был уютный дом, изнутри отделанный деревянными лакированными панелями. На первом этаже даже камин был - настоящий. Каменный, наверное, нарочито грубо сделанный. Я никогда каминов не видела и во все глаза смотрела, как какой-то парень его разжигал. Постаралась отвернуться и не пялиться слишком пристально.
Здесь была красивая винтовая деревянная лестница, ведущая на второй этаж. Такого же теплого, солнечного цвета, как и все в доме. Вообще на ум сразу реклама пришла, которую я по телевизору видела. Реклама Колы. А этот дом как оттуда картинка. Венков только не хватает. А гирлянд много - очень много, и все они горят разным цветом, постоянно мигают, сбиваясь на желтые огоньки, красные или зеленые. Богато наряженная елка в углу просторной гостиной, такой просторно, что, наверное, больше всей нашей квартиры. И много народа. Так что я неосознанно поближе к Марату и Оксане придвинулась.
Знакомые люди, как оказалось, были. Подруги Ксюшкины - Маша и Света, вышли в просторную прихожую и с улыбкой к нам подошли, иногда тонко взвизгивая из-за того, что мы были очень холодные. Обе хорошо одетые, Света - в мягкий пушистый пуловер и вельветовые штаны, Машка - в ярко-красное платье без бретелек. Я их мельком оглядела и мысленно усмехнулась. Наша Ксюшка все равно лучше их и одета, и выглядит.
– Какие люди!
– довольно протянули девушки, расцеловывая Марата и Оксану в обе щеки.
– Наконец-то добрались. Вы с Иркутска ехали?
Марат рассмеялся, сверкнув глазами, в ответ девушек слегка обнял и отодвинул, освобождая нам место.
– Пробки, дамы. Хорошо, что мы не после Нового Года приехали.
Маша шутливо пихнула его в бок.
– Тогда бы мы вас просто не пустили.
– Хватит вам, - рассмеялась Ксюша, и Марат ей помог снять шубку.
– Уже навеселе, что ли?
Девушки переглянулись, прыснули со смеха и потащили Оксану за собой. Та только успела Марата напоследок клюнуть в щеку.