Тропа чероки
Шрифт:
— Мэтти! — закричала Мэри. — Они украли наших лошадей!
Она, не раздумывая, распахнула дверь и выстрелила. Какой-то индеец насмешливо махнул ей рукой и скрылся. Она снова выстрелила, но — слишком поздно.
Мэри медленно опустила ружье. Она проиграла. Лошадей угнали. Что же теперь делать?
Пег посмотрела на нее, широко раскрыв глаза от удивления.
— Ты стреляла в них? Попала в кого-нибудь?
— Не думаю, Пег. Я промахнулась. А лошадей угнали. Угнали! Когда утром приедет дилижанс…
Из конюшни пришел Ридж
— Простите, мэм. Я не сразу понял, что произошло. Похоже, их была целая дюжина. Появились прямо из ниоткуда!
— Вы не виноваты, мистер Фентон. По крайней мере, вы ранили одного из них.
— Нет, мэм, — возразил Ридж, — я его убил. Когда из человека так хлещет кровища, он покойник. В следующий раз будут осторожней. Теперь эти индейцы знают, как воровать лошадей, когда поблизости Ридж Фентон.
— Но они увели лошадей, мистер Фентон! А завтра утром сюда приедет дилижанс.
— Мы ничего не сможем сделать, мэм, пока Стейси не обеспечит нас другими лошадьми.
— А разве у мистера Кольера нет лошадей? — спросила Мэтти. — Может, вам у него попросить?
— У него и снега зимой не выпросишь! — заметил Фентон. — Он не сделает такого одолжения и самому Бену Холлидею. Никогда. Они терпеть не могут друг друга. Думаю, потому, что оба одинаковые.
Мэри Брейдон сняла фартук.
— И всё-таки я попробую! Не хочу, чтобы говорили: вот если бы мужчина управлял этой станцией, такого бы не случилось. Я еду туда.
— Мэм, собирается гроза, и поблизости индейцы. Не успеете отъехать, как…
— Мистер Фентон, посмотрите здесь. И если позволите, я возьму вашего коня.
— Послушайте, мэм! Этот конь — очень неспокойное животное! Он не выносит женщин, а кроме того, не любит, когда на нем ездят чужие.
— Вы хотите сказать, что мне нельзя его взять?
Фентон взглянул направо, налево, потер подбородок, посмотрел на нее с глупым видом и откашлялся.
— Нет, мэм, это не так. Просто…
— Спасибо, мистер Фентон. Я возьму свой плащ.
Ридж в сердцах пробормотал что-то насчет «глупых женщин» и направился к конюшне.
Мэтти уставилась на нее.
— Мэм, вы в самом деле считаете, что нужно ехать? Тут индейцы и все такое… а Пег… она уже потеряла отца.
— Это моя работа, Мэтти. Не волнуйтесь. Я хороший всадник, не успеешь и глазом моргнуть, как я буду обратно. Никуда не выходи и присмотри за Пег.
У двери уже стоял Ридж, держа своего коня. На нем было ее женское седло.
— Не понимаю, как это вы умудряетесь ездить на этих дурацких штуках! — высказался он. — Не думаю, что Артуру понравится.
— Артур? Вы называете его Артур?
— Мне его дал человек по имени Артур, поэтому я сперва называл его конем Артура, а потом для краткости — просто Артур.
Мэри подошла к коню и положила руку ему на шею.
— Здравствуй, Артур! Будем друзьями, ладно?
Артур настороженно покосился на нее, но, почувствовав
Становилось холоднее, небо все еще было покрыто тучами. Артур, казалось, был рад прогулке, поэтому Мэри предоставила ему свободу действий. У нее под плащом был тяжелый револьвер, а в карманах грубой юбки лежали два короткоствольных крупнокалиберных револьвера.
Индейцы!..
Они могут быть повсюду! Неожиданно Мэри испугалась. И что это на нее нашло? Отправиться в путь посреди ночи… Спокойно, спокойно, остановила она себя. На самом деле еще не так поздно, чуть больше девяти.
Мэри выбросила из головы все мысли, кроме одной: утром приедет дилижанс, и усталые лошади должны будут сделать еще один перегон. Необходимо иметь свежую упряжку. И кто несет за это ответственность, если не она? Мэри не задавалась вопросом, что стал бы делать Скант Лутер, или Марк Стейси, или Бун. Она думала только о том, что нужно делать ей.
Лошадиные копыта стучали по твердой дороге — дождь всего лишь прибил дорожную пыль. Ветер рвал ее одежду и трепал кусты, придавая им самые причудливые очертания. Она пустила Артура шагом, боясь загнать его. Мэри слышала, что мустанги могут бежать долгое время, но она привыкла к лошадям Вирджинии и Мэриленда.
Мэри потрепала коня по шее, поговорила с ним, он удивленно дернул ухом и перешел на шаг.
Опять пошел дождь, сильный шквал бросал тяжелые быстрые капли, холодные, как лед, обжигая ее тело, злобно стучал по капюшону.
Неожиданно Артур чего-то испугался и захрапел — что-то двигалось в деревьях вдоль дороги. Мэри сунула руку под плащ, ухватилась за револьвер. Но Артур продолжал идти легким шагом.
Мэри выехала на открытое пространство и увидала на вершине холма ярко освещенный дом; отблески огней отражались в блестящих полированных боках экипажей. Пробираясь между экипажами, Мэри подъехала к белым столбам коновязи. Сошла с коня, привязала Артура и поднялась по ступенькам.
У двери Мэри задержалась, скинула с головы капюшон. Удивленный дворецкий-негр обратился к ней:
— Мисс, чем могу служить?
— Могу я видеть мистера Кольера? Это очень важно.
— Вы приглашены, мисс? — Он заметил ее грязные ботинки и привязанного к коновязи мустанга. — Вижу, что нет. — Тон у него был вежливо-извиняющийся. — Видите ли, мэм, мистер Кольер не любит, чтобы его беспокоили, когда он развлекает своих гостей.
— Это в самом деле очень важно, я проделала долгий путь…
Дверь была открыта, и Мэри видела танцующие пары. Играли вальс, а она на этом балу была незваной гостьей. В какой-то момент ей захотелось повернуться и уйти, но она только крепче сжала губы.