Тропа барса
Шрифт:
— Оставшихся «эксов» вызвал?
— Да. Вот они обрадуются, — хмыкнул он. Добавил, ерничая:
— Какие еще будут приказания?
Вместо ответа. Крас глянул на оператора так, что у того отбило всякую охоту иронизировать. Разлепил губы:
— Ты прав. Потери таковы, что, если к имеющимся трупам добавятся один-два шутника, никто этого даже не оценит. Ты понял?
— Виноват, — быстро произнес оператор и мигом скрылся в кузове фургона, от греха подальше.
К месту побоища подъехали два зеленых «уазика», Вынырнувшие
— Каин в «вертушке» был? — спросил старший.
Крас кивнул, глядя в землю.
— Тогда — по коням? Ловить здесь больше нечего.
— Да, — согласился Крас. И медленно побрел обратно, к речному обрыву. Из сбивчивых, азартных переговоров вертолетчиков во время погони, которые хорошо принимались в фургончике спецсвязи, он знал, что автомобиль Барса останавливался у этого обрыва. Зачем?
— Эй, Крас, далеко?
Тот не ответил. Подозрение крепло, и нужно было его проверить. Да и… Он прибавил шаг. Приблизившись к обрыву, глянул вниз. Песок был измят неровными рытвинами. Крас вынул пистолет и аккуратно шагнул за край.
Девочка, свернувшись в клубочек, лежала под корнем вывороченной сосны, обняв плюшевого медвежонка. Услышав шаги, подняла голову, оскалилась, зарычала по-звериному.
— А вот и выводок, — усмехнулся Крас. — Ишь ты, настоящий звереныш… — произнес Крас, пряча пистолет. Волна горячего, нестерпимого желания затопила Краса… Он шагнул к девчонке, произнес хрипло:
— Не бойся, детка, не обижу…
Девочка еще больше сжалась в комочек.
Крас чувствовал, как пульсирует шрам. Сейчас, сейчас он сорвет с нее платьице, все сорвет, и тогда… Первый стон наслаждения и боли будет для нее и последним.
Он потянулся руками к ее ногам…
Девочка зарычала, как разъяренный барсенок. Пяткой попала прямо в лицо, Крас на секунду застыл в воздухе, не удержал равновесие и неловко рухнул на откос. Его потащило вниз.
Девчонка в два прыжка оказалась на кромке обрыва и исчезла.
Проскочила открытое пространство, подлесок и неслась стремглав уже через густеющий лес… Ветви стегали лицо, раздирали в клочья легкое платьице, но она мчалась без оглядки, пока не упала обессиленно в мягкий, чуть влажный мох. Слезы текли из глаз, девочка плакала, подвывая, будто оставшийся сиротой звереныш.
Глава 50
Ярость застилала глаза. Крас карабкался по песчаному откосу, песок струился, уходил из-под ног, и Крас сползал вниз снова и снова…
— Сук! Сука! Сука! — Он выхватил пистолет и пулю за пулей вгонял в корневище сосны, под которым пять минут назад спала девочка. Отдача выстрелов подбрасывала оружие вверх, Крас не удержал равновесие, упал навзничь и съехал вниз. Попытался привстать, пошатнулся, будто пьяный, и соскользнул в реку. — Черт! — Холодная вода отрезвила. Крас спрятал оружие, плеснул пригоршню за воротник. — Черт!
И услышал приближающийся
— Что, рыбалочкой занялся, Крас?
— Да пошел ты!
— Я-то пойду… А только сейчас начальник — ты. Хоть и мокрый по яйца… — Помолчал, добавил:
— Тут какой-то геликоптер подваливает… Сшибать или как?
— Помоги выбраться!
— Да с нашим удовольствием! — Боевик бросил тонкий трос.
Через минуту Крас уже сидел в машине, через пару — был в фургончике спецсвязи.
— Что Москва? — спросил он оператора, едва захлопнув бронированную дверцу.
— Молчит. А вот с вертолета пришел позывной.
— Какой?
— Приоритет Лир. Крас заметно побледнел.
— Ты не ошибся?
— Да как можно… Сажать? Он, пока ходит большими кругами, словно чует: настроение у наших придурков не праздничное, пальнут сгоряча в полдюжины стволов…
— Сажать. Отвечай моим позывным.
— Есть.
Вертолет приземлился еще через минуту. Лопасти наконец остановились, мотор затих.
— М-да… — произнес, выбираясь из кабины, моложавый, черноволосый человек. — Ну вы тут и налажали. Красавчик…
Краса внутренне передернуло от фамильярности обращения; ладно «эксы» — дебилы, мясо, наркота конченая… А этот что?
— Мы получили ваш позывной по приоритету Лир. Но вы, — Крас выделил это слово, — забыли представиться.
— Да? — Человек легко вскинул густые брови. — Меня зовут Маэстро. Теперь вам легче, Красавчик?
— Не называйте меня Красавчиком, — процедил Крас сквозь зубы с неприкрытой угрозой.
— Вот как? А кем называть? Уродом? Так лучше? Крас почувствовал, как пульсирует шрам; рука сама собой потянулась к оружию…
— Какие мы нервные… — Маэстро, казалось, не обратил ни малейшего внимания на намерения Краса, прошел вперед, бросив через плечо:
— Сколько у вас осталось людей?
Простой вопрос озадачил Краса.
— Постройте всех! — скомандовал Маэстро.
— Технический персонал тоже?
— Операторов, придурков, черта, дьявола, всех! — сорвался Маэстро.
— Построиться, — тихо приказал Крас. Как ни странно, боевики через несколько секунд уже стояли, образовав неровную шеренгу. И виной тому был , вовсе не приказ Краса. От этого холеного красавца Маэстро, больше похожего на актера в дешевом бродвейском мюзикле, чем на офицера спецслужбы, веяло холодной, уничтожающей, уверенной силой. Эту силу почувствовали все. Противиться ей? Это казалось странным до неестественности. Словно Маэстро обладал гипнотическим влиянием на людей: отпетые негодяи, наркоманы и убийцы подчинились ему мгновенно и беспрекословно, им и в голову не пришло, что можно не подчиниться: взгляд блестящих расширенных зрачков был пуст и безразличен, а если эти люди еще чего-то и боялись в этом мире, так это пустоты. Пустоты небытия.