Трон

Войлошников Владимир

Я сел к столу. Посмотрел на остывший кофе, на раскрытую книгу. Есть у меня серьёзное подозрение, что та Нижняя, у которой я сие чтиво спёр, его же и прокляла. Потому как — стоит только мне в него заглянуть, сразу какая-нибудь гадость случается!

Хотя нет. На охоту я же сам, своей волей подписался, так? Выходит, дело-то не в книге. Ладно. Потом разберёмся.

Повернулся к пленнице. Нет, что за шутки Мироздания — до чего на Эрвингель похожа! Не верю я в такое случайное сходство.

— Повторяю вопрос. Дочь или внучка?

— Все мы чьи-то

дети и внуки! — о, а она оказывается говорить умеет! Голосок тоже один в один Эрвингели.

Подожди-ка. Если конкретно эта лучница участвует в охоте, то… Так получается, Фракс и Эрвингель оприходовал? Её ж ледышкой на корабле звали! Значит, как-то уломал-таки…

— Соратница короля, великая лучница Эрвингель тебе кем приходится? — спросил я.

— Зачем мне отвечать? Ты всё равно убьёшь меня!

Я расстроенно поцыкал, глядя в потолок:

— Вот почему они норов свой показывают так не вовремя, а? — Объяснил ей тоном старого, уставшего ментора: — Затем. Во-первых, ты мне так или иначе всё расскажешь. Только или в виде умоляющего о смерти куска кровоточащего мяса… — о, как могу завернуть! — Или добровольно. Тем более, никаких особых секретов я у тебя выспрашивать не собираюсь. Кстати, она жива?

— Бабушка жива, — буркнула пленница.

— Ага. Значит, внучка. — Я отхлебнул кофе и медленно сменил облик на человеческий. — Когда-то мы знатно зажигали с твоей бабулей. Итак, представлюсь: Нитон Габелот, Серый демон.

— Я знаю. Бабушка показывала твои прижизненные портреты. И даже зарисовки в боевой форме.

— О как! — слегка удивился я. — А мне сказали, что все они уничтожены.

— Это её рисунки, личные.

Смотри-ка, оживилась. Ладно, теперь поспрашиваем о том, что действительно важно.

— Как ты «покров безразличия» прошла? Кстати, кофе будешь?

Она помолчала. Потом неловко поёрзала и ответила:

— Буду. А «покров» по стреле прошла, — потом видя, что я никак не комментирую пояснила: — На нескольких стрелах твоя кровь. Я закрыла глаза и почувствовала направление. Она тянет туда, где…

— Недобитая цель?

— Да, — девчонка облегчённо согласилась с таким определением. — Это часть самонаведения. Так и прошла, держась за стрелу. А оказавшись внутри, просто нашла достаточно большую щель в ставнях… — Она вдруг обиженно насупилась: — Почему ты не умираешь от прямых попаданий?

Я усмехнулся.

— Милая девочка, простых попаданий в меня — даже из такого великого лука как «Ветер» — будет явно маловато. Тем более что даже твоя бабушка умела накладывать заклинания на стрелы. Неужели она не обучила тебя?

— Бабушка не знает, что я тут, — буркнула пленница.

— О как! — я похлопал в ладоши. — Молодец, ничего не скажешь. Звать-то тебя как, горе луковое? Хотя зачем тебя звать, вон, сама приходишь, даже сквозь «полог».

— Лина, — снизошла-таки она до скромного меня.

Тут мне в голову пришла забавная мысль.

— Лина-Лина-Лина… А с чего ты решила, что в тебе кровь Фракса течёт? Бабуля поделилась постельной историей?

—

Ничего во мне не течёт! Королевский наследник ждёт меня в… — она осеклась, надулась и замолчала.

— Ага. Наследничек, значит, ждёт, когда ты ему моё сердце на блюдечке принесёшь! И он, весь из себя красивый, посыпаемый розовыми лепестками, взойдёт на трон? Так ты себе это представляла? — она смущённо опустила глаза.

Я развеял «путы».

— Садись за стол, кофе пить будем. И, я тебя умоляю, давай без фокусов. Уверяю, у тебя не получится убить меня.

Она осторожно встала с лавки и подтащила её к столу.

— Извини за глупый вопрос… — Я поощряющее кивнул, — А вы разве можете есть человеческую еду? В смысле — демоны? Вы разве не… э-э-э… своё едите?

Я фыркнул.

— Я не просто демон. Я, как ты помнишь — Серый Демон. Единственный и неповторимый. Который может есть вообще всё. Даже камни. Но они невкусные. А вот кофе, — я пододвинул к ней её чашечку и приподнял свою, — да с эльфийскими сладостями… У-у-у! Объедение! Недавно тут прилетали разные, на пегасах. Наверное, специально, печеньками поделиться? — насмешливо предположил я.

Лина осторожно сделала глоток кофе.

— Ой, как вкусно!

Ещё бы! Я кофе научился готовить лет шестьсот назад. И с тех пор совершенствовался. Думаю, мало найдётся знатоков сравнимых со мной. Может, пара Нижних, там тоже есть любители. Да один Верхний, тоже тот ещё знаток. Хотя могу и ошибаться.

— Вот заешь. Это бискотти. Эльфы придумали. Можно макать в кофе, а можно так.

Лина задумчиво пила кофе, хрустела сухариками. Забавная она. А ещё добавляло удовольствия её удивительная схожесть с бабушкой. Правда — зря я Эрвингель не навещал, уж за её раннее одряхление можно было не бояться.

И тут Лина подняла на меня взгляд и спросила:

— Когда ты убьёшь меня?

— Чего? — я чуть кофе не подавился.

— Я бы попросила, если можно, на рассвете… — она, не выдержав, всхлипнула.

— Чего началось-то, нормально же сидели! Отпущу я тебя. Утром и отпущу. Не хватало ещё внучку эрвингелевскую грохнуть! Тем более что, как ты утверждаешь, ты даже не наследница. Потом, как всё закончится, зайду к твоей бабке, пива попьем. Да «Ветер» ещё вернуть надо будет.

— Ой, не надо! Не надо! Отдай его мне! Я обещаю, что не буду больше в тебя стрелять, только бабушке говорить не надо… Пожа-а-алуйста! — внезапно запричитала Лина.

Я поморщился:

— Что за детство, в самом деле? А если бы тебя тут грохнули? Не я, так другие претенденты — такое тебе в голову не приходило? «Не надо говорить бабушке!» Церковная школа, штаны на лямках!

— Я сама… Я тихонечко…

— Ну уж нет! И сам отнесу, и сам отдам. Завтра выкину тебя поближе к границе охотничьих владений, и всё — вали домой, бабушку готовь к моему визиту, — осадил я её.

— А?.. — неуверенно спросила она.

— Что «а»? — раздраженно спросил её я. — А если меня убьют? Ты это хотела спросить?