Трон
Шрифт:
Отвлеклась от разглядывания здания и поняла, что прошла уже довольно большое расстояние.
В конце улицы увидела деревянное двухэтажное здание из которого вышли двое мужчин. С виду они были трезвыми, но их путь вел в мою сторону и мне стало не по себе. Рассвет уже осветил незнакомые места, но людей вокруг еще не было. Учитывая увиденное сегодня, вряд ли кто-то станет мне помогать.
– Леди, доброго дня. – мужчина склонил голову и пошел дальше. Второй только кивнул головой и пробормотал что-то невнятное.
Я опешила от такого приветствия и не нашлась с ответом, а незнакомцы уже скрылись
Все встречающиеся на пути люди принимают меня за леди. Знать бы еще почему?
От здания в конце улицы пахло свежим хлебом и мясом со специями. Живот заурчал. Плохая идея: отказаться от ужина, но я опаздывала. Степе не докажешь о важности нормального питания. Этот найдет что сказать если я решу променять его на еду.
Открывала деревянную, грубо отесанную дверь с долей страха. Лишь заглянув внутрь вздохнула с облегчением. Внутри все оказалось прилично: небольшие квадратные столики на двоих и четверых, такие же грубые деревянные стулья со спинками и что-то наподобие барной стойки, за которой сидели две разодетые дамы и попивали что-то из мутных стаканов. Аромат жареного мяса заставил громко сглотнуть, но я не знала, как вести себя в этом мете.
Высшие силы услышали меня и за моей спиной открылась дверь, пропуская утреннюю прохладу в довольно душное помещение.
– Эй, Лиззи, принеси-ка мне жаркого! И хлеба не жалей! – крикнули позади и я вздрогнула, но вошедшие мужчины не обратили на меня внимание.
Проследила за ними и тоже села за ближайший столик. Первая девушка скрылась за дверью сбоку от барной стойки, а вторая не спеша подошла ко мне.
– Чего желаете? – устало спросила официантка, даже не взглянув на меня.
– А чем здесь кормят? – спросила мило улыбнувшись.
Официанткам лучше не грубить, а то еще плюнут в еду, или подсыплют чего-нибудь чай. Вот если с улыбкой обратится, да еще комплимент сделать, то тогда еда будет вкуснее. Надеюсь это действует во всех мирах. Я не хочу рисковать. Тем более от вежливости еще никто не умирал.
Официантка подняла на меня взгляд. По ее лицу пробежал испуг, а рот открывался и закрывался, как у рыбы. Я смотрела на это представление с улыбкой. Странная реакция позабавила и было сложно сдержать истеричный смешок. Я не придумала ничего лучше, чтобы взять с вазы салфетку и кашлянуть в нее.
Девушка отмерла и начала тараторить о том, что у них на завтрак только яичница и тушеное мясо в соусе. А из приличных напитков только бутылка вина.
– У вас есть чай?
– Да, но… – попыталась ответить мне девушка. В моем рту кроме слюны скоро не останется места, а издеваться над желудком, выслушивая молодую официантку – издевательство. Поэтому я подняла руку, пресекая разговоры.
– Тогда так: я буду яичницу с мясом и чай. В меню есть десерты?
– Меню? Нет у нас такого, а сладкое только со вчера осталось, свежее будет к обеду.
Пока официантка объяснялась, я увидела выходящую Лиззи с большим подносом, на котором, кроме завтрака в отдельных тарелках лежали большие куски пирога.
– Хочу еще этот пирог.
– Но леди…
– Сколько это стоит?
– Пять серебряных. – официантка округлила глаза.
– А за весь завтрак?
– Так это за весь.
В сумочке
Когда я осталась одна, облокотилась на стол и спрятала лицо в ладонях. «Что я творю? Это же деньги мертвеца.» В ответ живот скрутило, и я пожалела, что не попросила хотя бы воды.
Огляделась и увидела Лиззи, сидящую за барной стойкой. Девушка смотрела на меня как на привидение, а я склонила голову и искренне ей улыбнулась. Лиззи подскочила и отвернулась от меня. М-да, дела. У кого теперь попросить воды? Придется ждать вторую девушку.
Официантка не заставила себя ждать и поспешила ко мне.
– Можно мне еще стакан воды?
От моей улыбки девушка отшатнулась и, забыв поднос, подошла к барной стойке. Вернулась через минуту с чистым стаканом, наполненным водой.
– Спасибо.
Девушка кивнула, но ничего не ответила. Забрала поднос и уходя, схватила Лиззи за руку. Странные они.
Ну и пусть, главное, что передо мной сейчас еда богов: глазунья из трех яиц и щедро наложенное рагу с двумя толстыми кусками хлеба. Ела, как после недельной диеты, только не спеша, а смакуя каждый кусочек. Мясо было настолько мягким, что таяло во рту, а соус с чесноком и сыром просто сказка, особенно если обмакнуть в него хлеб. В яичнице ничего особенного, я такую почти каждый день делаю, а вот когда дошла очередь до пирога я заметила небольшую трезубую вилку. Караем глаза подсмотрела, что мужчины ели пирог руками, а мне так нельзя? Это из-за того, что я девушка, или потому-что все считают меня леди?
Ну и пусть считают, если им так нравится. Взяла вилку и попробовала первый кусочек пирога. Теперь понятно, зачем мне вилка. Для меня пирог залили горячей помадкой и теперь он был мягким и сочным. Закончила с едой, но девушек все еще не было. Решила не ждать их и положила на стол серебряную монету, на которой я узнала цифру пять, только закорючки были странными. Подумала и положила еще маленькую темную монетку с такой же цифрой. Не знаю сколько это и принято ли здесь давать на чай, но девушка принесла мне воды. Вдруг за нее тоже нужно было заплатить. Подумала еще и положила еще одну такую же темную монету и только после этого со спокойной душой вышла из здания. Еще не поняла, как это назвать. На кафе не похоже, если есть спиртное, то скорее бар, но люди приходили сюда поесть и быстро уходили – это ближе к столовой. Раньше подобное называлось трактир. М-да, с историей у меня всегда были проблемы. Я даже в основных датах путалась, не то что в названиях. Не знаю, насколько много у меня денег, но для меня завтрак не показался дорогим, учитывая, что в сумочке еще лежали две золотые монеты.
На выходе не успела среагировать и воткнулась лицом в чужую грудь. Мужчина оказался высоким, пришлось поднять голову. Отступила на шаг, чтобы посмотреть преграде в лицо: длинные волосы, остриженные по бокам, а сверху зачесаны назад, карие глаза и поджатые губы. Поверх рубашки накинут пиджак со странным рисунком. Что там ниже не успела рассмотреть, как черты лица у преграды смягчились. Мужчина, судя по редким проседям в волосах, в возрасте заговорил чуть хрипловатым голосом.
– Что забыло в таком месте это чудное создание?